Чтение онлайн

– Хорошо. Зашивай. Помнишь как?

– Угу. Шей красное к красному, жёлтое к жёлтому, белое к белому – так наверняка будет хорошо! – Нараспев продекламировала Мия.

С первым стежком я начинаю регенерацию мочевого пузыря и симфиза, попутно восстанавливая другие повреждения мягких тканей.

От начала подготовки и до последнего стежка хирургического шва. операция заняла пятнадцать минут, что в принципе было вполне даже неплохим результатом, что я в свою очередь и сообщил девушке.

– Неплохо. Но спать сегодня будешь на полу.

– Почему?! – удовольствие на лице девушки сменилось обидой.

– А потому что будь попадание несколькими сантиметрами ниже и в монастыре бы появилась ещё одна женщина. Я тебе говорил о подлости в бою, а не о жестокости. Извращенка…

Немудренная шутка в тандеме с густо покрасневшей девушкой, осознавшей наконец, какие именно волосы ей мешали во время операции, сделали свое дело и окружающие стражники грянули хохотом сбрасывая витавшее в воздухе напряжение.

– Пулю обязательно нужно вытаскивать? – поинтересовался Раст.

И я понял, что он имеет ввиду.

– Непосредственно в бою – нет. Хотя после эликсира достать её будет ещё сложнее, а учитывая, что свинец сам по себе ядовит, такая пуля со временем будет доставлять сильный дискомфорт.

Раст кивнул, принимая мой ответ. Дело в том, что из первой помощи у бойцов есть один интересный эликсир, который по своему действию подобен абсолютно инертному клейстеру. То есть его можно залить прямиком в рану и он, заполняя поврежденные участки быстро застывает, тем самым ликвидируя не слишком сильное кровотечение, а также препятствует возникновению воспаления в ране. Что является невероятным подспорьем для воинов на передовой. Никаких перевязок и прочего. Ранили? Плесни туда эликсир, и рана условно затянется. Условно, потому что функционал органа или конечности все равно пострадает, в отличие от моего лечения, которое натуральным образом сращивает поврежденные ткани восстанавливая её функции.

– Принял.

– Эммм… Господин Никт? – послышался девичий голосок чуть в стороне от меня.

Я кинул взгляд на замершую неподалеку Алексу. Подруга Мии, замерла в вежливом полупоклоне, что скорей всего был призван продемонстрировать в вырезе платья крепкую, молочно-белую грудь девушки. Судя по шумному сглатыванию со стороны остальных стражников, открывшийся вид успел оценить не я лишь один.

– Слушаю.

– Вы говорили позвать вас, когда у Ниисы отойдут воды…

– О! Отлично. Передай, что я сейчас подойду.

Девушка кивнула и грациозной походкой отправилась прочь.

– Раст, продолжим тренировку потом. Мия, хватай инструменты и лети за мной, нас ждет интересное зрелище.

Коротко кивнув остальным я направился вслед за успевшей скрыться из виду Алексы.

Дождавшись, когда личная служанка экса спешным шагом покинет тренировочную площадку, часть стражников шумно выдохнула. Раст позволил себе едва слышно хмыкнуть. А когда один из стражников, Лей, произнес: «Ну наконец-то!» так и вовсе кривовато ухмыльнулся. Он, будучи орином, что уже больше десяти лет странствует по земле ирхов, до сих пор не мог понять их предубеждение насчёт ярых, а именно так на его далекой родине называли эксов.

Конечно, он слышал об различных зверствах устраиваемых отдельными представителями этих людей, но переносить предубеждение на абсолютно всех…

– Знаете, порой у меня мурашки от этого Никта. Он иногда как глянет, словно я какой-то бездушный кусок мяса… Мерзкое ощущение.

– Пффф, ты лучше обрати внимание, что он успел сделать с нашей Мией. Бедная девочка, упокой её душу Эринии.

– Он учит её тому, что знает сам. А бесполезных знаний уж точно не бывает. – пожал плечами Раст.

– И как ей поможет умение ковыряться в человеческих внутренностях? – возразил ему Дзит.

– Несколько лет назад, я ходил с отрядом наемников возле Чёрной гряды, – произнес Раст задумчиво, – а потом случился Арвендел.

Сгустившуюся тишину, казалось, можно было резать ножом. Каждый хотя бы раз слышал о самой длинной и кровавой осаде одного из северных городов, но никто даже не предполагал, что их наставник по боевым искусствам был одним из немногих выживших.

– Через три месяца, у нас закончился эликсир. Сами должны понимать, что это означает.

Бойцы переглянулись между собой и опустили глаза.

Раст удовлетворенно кивнул. Запах крови, что казалось въелся в камень городских стен, начал смешиваться с сладковатой вонью гноя. Конечно, с зарождающейся инфекцией боролись всеми способами, что приходили в уставший и надломленный разум защитников. Каленое железо, сажа, пережеванная трава, некоторые даже мочились на рану, искреннее веря что противный запах отгонит злых духов но помогало это слабо. А ведь, казалось бы, то, чему учит Никт свою служанку – элементарные вещи и навыки, а скольких парней он мог спасти там, на склизкой от кишок мостовой, если бы показал, как правильно обрабатывать банальные раны.

Можно конечно хмыкнуть и обозвать это чушью, не забывая при этом бросить парочку проклятий в сторону правителей города, что не смогли в должной мере обеспечить средствами лечения своих защитников, но с возрастом, опытный воин понял одну простую вещь, что стала его девизом по жизни: Дерьмо случается.

И лучше ему сейчас наблюдать и переспрашивать у этого вполне адекватного ярого, некоторые нюансы оказания первой помощи, чем он ещё раз позволит себе бессильно сжимать зубы не зная, чем он может помочь своим товарищам.

Никт.

В помещении, которое я тут же про себя окрестил родильным отделением, царила деловая суета. Единственное, что выбивает из колеи, так это запах. Тяжелый аромат каких-то благовоний успешно совершал акт насилия над обонянием присутствующих.

Я едва заметно поморщился от витавшего амбре, но как говорится лезть со своим уставом в чужой монастырь… От пришедшего на ум каламбура я только хмыкнул – как не крути, а я не воспринимал это место как нечто родное. Да, я был благодарен людям, что позаботились обо мне когда я был беспамятным прямоходящим овощем, но будем откровенны, их забота несла в себе цель в будущем получить некую выгоду от меня, а не альтруистическое стремление помочь ближнему своему. С другой стороны, мне нравились эти простые люди, наблюдать за ними и помогать им, чувствовалось в этом стремлении некая… правильность? Словно прошлый я, тоже занимался чем-то подобным.