Чтение онлайн

Ведьма смотрела на меня молча и немного ошеломлённо, после чего неуверенно потрогала кончик носа, словно желая убедиться в его целостности, и на её лице появились странные эмоции.

— Хочу! — выдохнула она.

— Чё?.. — прохрипел я, жадно глотая ртом воздух и опираясь на меч.

— Тебя! — в её глазах горела жадность. — Через двадцать лет, наёмник, теперь я точно не передумаю!

Я устало махнул рукой и закрыл глаза, восстанавливая силы. Всё, что я мог сделать, наплевав на защиту, это немного войти в её безопасную зону. Немыслимо. Она могла играючи убить меня, если бы захотела, и я бы даже не смог ничего ей противопоставить. И я не знаю никого, кто смог бы.

— Как ты можешь так двигаться? — выговорил я, наконец, немного придя в себя.

— Результаты генной коррекции и немного моих способностей, — фанатичный блеск в глазах немного угас и она заговорила нормальным тоном. — Ты третий, кому удалось добиться такого результата, можешь собой гордиться.

— Не вижу поводов для радости, — пожал я плечами. — Моё тело чешется везде, где только можно. Ты могла убить меня, даже не напрягаясь.

Она заглянула в мои глаза и стала чуть серьёзнее.

— Это правда. Но для человека ты быстр и силён, особенно для своего возраста. И я очень надеюсь увидеть тебя на пике силы. Ради этого, — она глянула чуть насмешливо, — я даже научу тебя некоторым вещам. И Миру тоже.

Девушка, наблюдавшая за нашим поединком в стороне, вдруг спросила:

— Почему ты решила нам помогать, Ида? Мы ведь даже не успели попросить тебя о помощи, хотя и собирались.

Ведьма сцепила руки за спиной и повернулась к Мире, заговорив довольно тёплым тоном:

— Помнишь, что сказал Ларт, когда мы только встретились? Если вы спасёте меня, я должна буду путешествовать с вами. Вы сдержали слово, хотя могли испугаться и просто уйти. Так как я могу быть настолько неблагодарной, чтобы игнорировать проблемы моих спутников, с которыми буду делить воду и хлеб? Я ведь сказала, что придумаю способ отблагодарить вас. Считайте мою помощь частью этой оплаты.

Мира кивнула, а у меня в голове завертелся вопрос, который я давно хотел задать, но за сумбуром последующих событий просто забыл. И я начал говорить вкрадчивым тоном:

— Ида, скажи-ка мне… Ты ведь могла наврать нам и сказать, что без твоей помощи наверх не выйти. Почему ты так не сделала и выложила сразу все карты на стол?

Ведьма смотрела на меня широко раскрытыми глазами, впав в ступор. Медленно сев на корточки и схватившись за голову руками, она пробормотала севшим голосом:

— Потому что я дура, вот почему. Я так запаниковала, что даже не подумала о такой возможности.

Я ничего не стал говорить, но мысленно кивнул сам себе. Даже чудовища, порой, ошибаются.

От осознания своего промаха ведьма отходила несколько часов. Наверное, с ней такого давно не случалось. Однако к ужину она вновь была весела и постоянно болтала, рассказывая всякие интересные вещи о мире прошлого. Нужно будет познакомить её с Ольцем, обязательно. Они быстро споются.

Покинули комплекс мы на рассвете. Когда я вывел Лошадь наружу, солнце едва показалось из-за горизонта, разливаясь по небу золотистым сиянием. Лошадь, почуяв свободу, несколько минут весело гарцевала по горной траве, пока не успокоилась и не дала навьючить на себя поклажу. Ида вышла из комплекса последней, запирая дверь и погружая древнее здание в сон. Мы смотрели на восток и восходящее солнце, наслаждаясь слабым прохладным ветром, готовясь сделать первые шаги по новой дороге. Ида вышла вперёд, повернулась к нам и весело спросила:

— Ну что, вы готовы?

Мы синхронно кивнули. Глаза ведьмы хищно сузились и она улыбнулась.

— Тогда в путь. Попробуем испортить чужую игрушку.

13 сентября 435 года

Дни в пути протекали спокойно и размеренно. Некоторое время мы прошли по берегу реки Сарет, но сейчас она забрала очень круто на восток и нам стало не по пути. Через день-два мы должны будем выйти к одному из её рукавов, берущего начало где-то в горах возле Воловьего Пика. Когда мы пересечём этот рукав, мы официально окажемся на земле Авенхарта.

К нашему счастью ничего, что могло бы нас задержать, не происходило. На некогда бесплодной земле начинали набирать силу тонкие молодые деревья и буйное разнотравье. Лет через двадцать эти места станут непроходимой чащобой, если люди так и не вернутся в эти края. Несмотря на прошедшие столетия, пару раз нам удалось наткнуться на обломки поселений, когда-то стоявших вдоль реки. Пережить невзгоды смогли лишь остатки самых могучих стен, да и те мы пропустили бы мимо, если бы наше внимание не привлекала Ида.

Я пытался узнать её мнение по поводу того, что случилось тут века назад, но она не смогла пролить свет. Когда образовалась Мертвячка, она была на западе, там, где сейчас живут мореходы. Ведьма лишь сделала неопределённое предположение, что «люди, по незнанию, откопали то, чего не следовало» и на этом сеанс раскрытия тайн закончился. Но я не сильно от этого страдал, так как Ида постоянно рассказывала нам что-нибудь об исчезнувшем мире.

Большим потрясением для меня стал тот факт, что поезд, тот белый мастодонт, виденный в тоннеле, был некогда одним из самых быстрых типов транспорта. Дистанцию обычного десятидневного конного перехода он покрывал за час. Но когда я узнал, что по небу летали пассажирские машины, развивавшие ещё большую скорость, то надолго погрузился в раздумья. Каким же всё-таки был мир древних? Они постигли тайны здоровья и долголетия, покорили воду и небо, достигли других планет. Что толкало их двигаться всё дальше и дальше в погоне за силой? Только ли банальная жадность? Или были ещё и другие мотивы, которые ушли в могилу вместе с прежними временами? Был ли вообще смысл в том, чего они достигли, если это обернулось против них же?

Разумеется, я не мог ответить на эти вопросы. И не думаю, что Ида смогла бы дать ответы. Быть может, когда-то она тоже задумывалась над ними, но маловероятно, что сейчас это её хоть каплю беспокоит. Всё таки, прошло больше полутора тысяч лет. Насколько я успел изучить её характер, ведьма была достаточно открыта, непосредственна и не забивала голову мелочами. Её волновало лишь здесь, сейчас и то, что будет завтра. Быть может, это результат того, что она пережила внутри себя несколько личностей. А может, всегда была такой.