Чтение онлайн

— Прежде чем побежишь и тем испортишь мне работу, хочу сообщить, что это стенка-полог от лишних ушей и больше ничего. Просто я хочу твердо знать, что нас никто не подслушает.

— Аааа, — ответил я. Убедившись в моей вменяемости, кошка села напротив.

— Расскажи, что ты знаешь о драконах, Кайорат? — попросила она.

— Драконы очень похожи на кураторов. Портят нам репутацию своими поступками. Это разумная раса. Они жадны. Агрессивны, лишены чувства ответственности и каких-либо принципов. Живут как в сообществах, так и по одиночке. Иногда, под видом кураторов проникают в миры и творят бесчинства. Когда следом в эти миры приходят кураторы, пытаясь нести знания и прогресс, то натыкаются на резкое неприятие…

— Стоп. Выдержки из учебника?

— Да. Основы драконологии. Основные различия рас и родов.

— Ага. Ясненько. Хочешь послушать другую версию? Мои предки видели, как зарождалась ваши роды. Твой и драконов. Гм. Ненавижу идеологию, особенно утрированную…

— Эээ?

— Забудь. Так значит моя версия?

— Слушаю.

— Так. Сначала были кошки, — Тильда сощурилась и посмотрела на меня. Юмора я не оценил, тогда она продолжила, — потом появились пракураторы. В них природа заложила уникальные качества, которых нет ни у одной расы. Например, практическую невосприимчивость к магическому воздействию. Многие качества позволяют говорить об их исключительной одаренности. Кураторы ожившая магическая субстанция. Энергия, которая не просто имела зачатки разума, но и эволюционировала до сверхразумных существ. Гм… устала от умных слов. В общем, развивались и стали такими большими, умными и разноцветными. Энергия, Кайорат, не имеет плюса или минуса. Она течет туда, куда извне направляется ее движение. Для того чтобы энергетическое существо сохранило высокое энерго-я, уникальность, данную от природы недостаточно простой наследственности. Кураторы должны иметь доступ к первоисточнику подпитки, энергетическому океану, из которого каждый куратор вышел и в который рано или поздно возвратится.

— Не пойму, ты рассказываешь одну из теорий зарождения всего сущего?

— Нет. Помолчи немного. Это звучит помпезно, но суть кратка. Кураторы, единственные разумные существа, неразрывно связанные с океаном энергии, из которого все остальные черпают магическую силу. Они часть этого океана, самая дикая, стихийная, первичная. В то время как другие существа обладают крошечными частицами силы, кураторы состоят из нее. Именно они чувствуют связь с энергией как никто другой. Им не надо совершать магических ритуалов, покупать ценой значительных усилий глоток, как остальным. У них есть доступ к первоисточнику. К энергетическому фонтану, который смертелен для любого другого существа. Только кураторы могут направлять его воды в нужное русло. Они питают источник, а источник питает их. Первичный океан изначально недоступен никому из живущих. Он за пределами простого понимания и окружает все. А вот источник — большая трещина, сквозь которую проникает чистая магическая энергия, находиться в мире кураторов. Энергетический фонтан в сердце радуги. Столп. Или белый посох, как его еще называют. Теперь перейдем к тому, что я хотела рассказать.

— То есть это не тайна?

— Нет. Это знают те, кто имеет отношение к радуге или преступники типа нас с Фифниром. Ближе к сути. Доступ к источнику только у кураторов. Повторюсь, он опасен для остальных существ и смертельно. Но как помнишь, кураторы жители высокоразвитого мира. Они активно используют и науку и магию. Построили, например, целую цепь порталов для перемещения между мирами. Про прочие чудеса не будем, некогда. А суть в том, что радуга построена вокруг источника и является защитой посоха, его лучами, проходящими сквозь миры. Каждый выполняет свою роль, а вместе они защищают посох. Он же, в свою очередь, защищает их. Опустим технические описания? На этой основе кураторы создали целый магический город, расположившийся вокруг радуги. Центр для взаимодействия разумных существ, решения ими разных задач, просиживания задниц в кабинетах и прочих развлечений. Постепенно радуга как объект потеряла свое первоначальное смысловое значение. Переродилось в политическую структуру, которая контролирует работу тех самых технологий и много чего еще.

Кураторы — созидатели, хранители, творцы — несли просвещение, охраняли, защищали новорожденные и примитивные миры когда-то, но сейчас все изменилось. В состав совета входит все больше представителей развитых миров, они прибирают к рукам права, не заботясь обязанностями. Радуга превратилась в государство, которое медленно и верно подминает под себя остальные миры. Кураторы теряют то, что даровано им от природы из-за амбиций и лени. Их шкура твердеет. Они перерождаются в существ неспособных питаться и питать источник. И хотя не все кураторы таковы, но большинству для стабильности довольно видимости порядка. Не понимают, что большое дело постепенно превращается в балаган, где им уготована роль хранителей ключей, простая формальность, по сути. У кураторов не осталось власти, их ритуалы стали традицией, а они инструментами в чужих лапах. Многие уже не верят, что они настолько важны для источника. Дальше хуже. Рано или поздно кто-нибудь решит, что кураторы вообще не нужны радуге для поддержания ее работы. Забудут о главном. Таких безрассудных уже достаточно и именно поэтому радуга стала местом интриг. Кураторы разделились на группы и примкнули к разным лагерям. Часть верит в догмы и традиции, продолжая тупо плыть по течению, и не желая ничего менять. Кто-то хочет перемен, видит в этом единственную возможность возрождения. Договориться не могут. Одни мечтают о мирном решении, другие готовы к войне. Итог — радуга на грани раскола. Но и это не самое интересное. Теперь поговорим о драконах. И твоем отце.

Вообще, я думал со мной случиться какой-нибудь истерический припадок. Слушая Тильду, начал понимать каким должно быть идиотом считал меня Пилон. С каким снисхождением относились все остальные. То ли действительно я так туп, то ли наивность просто не имела границ. Всю жизнь я — сын хранителя посоха (даже не догадывался о истинном значении статуса хранителя), жил рядом с радугой и не имел ни малейшего понятия о том, что происходило прямо перед носом. Зачем и от чего родители оберегали таким странным образом? Почему держали в тепле и уюте неведения? Все, что я знал о мире — сказки, жалкие крохи. Едва столкнулся с реальностью, начал понимать, насколько необразован, как мало знаю о жизни, как наивен…

— Малыш? — встревожено позвала Тильда. Я посмотрел на нее. Кошка отпрянула назад, а потом очень мягко спросила, — что с тобой, сладенький? Неприятно слушать такое? Может, это традиции кураторов? Не только с тобой, а вообще. Чтобы шок взросления испытали там…

— А может, считали меня больным? Ну, умственно отсталым, например? — тихо прошептал я.

— Знаешь, — наконец, произнесла Тильда, — сложно понять, что на уме у того или другого. Может боялись, хотели уберечь от чего-то? Не знаю. Сомневаешься в их любви?

— Я чувствую себя идиотом.

— Малыш, ты умный. Искренний, добрый. Настолько совестливый, что даже Пилона достал. А он тот еще циник. Ну, не повезло тебе с воспитателями. Хотя, мы ведь не знаем причин их поведения. Вернешься к родителям, задашь вопросы.

— Говоришь умный? — ее слова льстили истерзанному самолюбию. Тильда зевнула и устроилась удобнее, намереваясь продолжать рассказ.

— Конечно. Учитывая, что ты ничего не знаешь, буквально ловишь на лету. Я бы сказала у тебя отличные, хотя и неразвитые задатки. Если не будешь хлопать ушами, вырастешь великим куратором.

А вот тут я не поверил. Видимо сомнения слишком явно отражались на морде, потому что Тильда заерзала, отводя взгляд.

— Ладно. Поздно плакать. Теперь что выросло, то выросло, — мрачно сказал я. В конце концов, выжил же. Хотя мог умереть уже, по крайней мере, трижды, — продолжай. Чего я еще не знаю?

— О том, что расскажу сейчас, действительно знают немногие. Но будем честны, в наших мирах любые сведения можно купить. Хотя сомневаюсь, так как это один из секретов кошек, а их сведения стоят баснословных денег. У всех свои скелеты в шкафу, — Я фыркнул. Опять она со своими странными словечками. Кошка на фырканье внимания не обратила и продолжила:

— Теперь следует вернуться немного назад, обратиться к истории. В период развития цивилизации кураторов, еще до открытия источника, большая группа существ откололась от основной общины и образовала собственную. Так как кураторы живут намного дольше большинства существ, они и остальное делают основательно и надолго. Почему произошел первичный раскол в племени, к сожалению, не знают даже кошки. Думаю, ничего особенного. Кураторы испытывают эмоции, значит, способны гневаться, злится, идти на конфликты. Они испытывают жизненную потребность в тесном эмоциональном контакте с сородичами, поэтому склонны к проживанию семейными общинами. Кураторы очень редко живут в одиночестве. Подобное проживание их тяготит, вызывает душевные и физические страдания, вплоть до помешательства. Кураторам необходимо поддерживать родственные связи, но если такой возможности нет, переносят свою заботу, потребность любить и сопереживать на других. Именно поэтому у них репутация миротворцев, созидателей и творцов. Если куратора отправляют на работу в какой-либо из миров, он, скорее всего, потащит с собой семью и родственников. Семейственность, преемственность, тесные эмоциональные связи, забота и ответственность каждого сородича внутри семьи — база, на которой держатся роды кураторов. Это себя отчасти оправдало. Они, как и все бывают нервными и злобными, но по сути своей не агрессивны. У большинства и завоевывать нет потребности. По крайней мере, у потомков основного рода. Как понимаешь, сладенький, прямо так, как я расписываю, не бывает. Воспитание детенышей играет большую роль в том, какими они станут членами сообщества, повзрослев. И, как и в любом нормальном сообществе, сто процентов не могут укладываться в одну идеальную схему. Рождались разные детеныши. Некоторых, годами устоявшийся, нерушимый порядок жизни не устраивал. Они всячески пытались его изменить. Если старшим действия казались слишком агрессивными, выходившими за допустимые рамки, они таких кураторов объявляли отступниками и изгоняли. Из семьи и из памяти рода. Вычеркивали. Был сородич — нет сородича.