Коллекционер
Шрифт:
– А после звонка видели, чтобы кто-то покидал здание?
– Нет, не смотрела. Когда она упала, я на секунду оцепенела.
– Ваш звонок в «девять-один-один» поступил в час сорок одну минуту, – вставила Файн. – Через сколько минут, после того как вы ее увидели, последовал удар?
– Примерно через минуту. Я видела пару двумя этажами выше. Они были одеты как для званого ужина, и еще… (только не ляпнуть про голого гея с любовником!) у… мужчины на двенадцатом этаже гостил друг, так что было приблизительно час сорок две или три, когда я увидела блондинку.
Файн взяла свой телефон, перелистала файлы и протянула ей.
– Узнаете этого человека?
Лайла всмотрелась в фото на водительских правах.
– Это он! Бойфренд Блонди! Я уверена! На девяносто девять… нет, на девяносто процентов. Вы уже поймали его? Я дам показания.
Слезы сочувствия жгли Лайле глаза.
– Все, что угодно. У него не было права так с ней обращаться. Я сделаю все, что от меня потребуется.
– Мы ценим это, мисс Эмерсон, но в ваших показаниях против этого человека нет необходимости.
– Но он… он признался?
– Не совсем.
Файн спрятала телефон.
– Его везут в морг.
– Не понимаю.
– Похоже, что человек, которого вы видели с жертвой, вытолкнул ее из окна, потом сел на диван, сунул дуло пистолета в рот и спустил курок.
– О боже!
Лайла, шатаясь, отступила и рухнула на кровать.
– О боже! Он убил ее, а потом себя.
– Видимо, так.
– Но почему? Почему он это сделал?
– Вопрос… – вздохнула детектив. – Давайте еще раз с самого начала.
К тому времени, как уехала полиция, Лайла была на ногах уже почти сутки. Ей хотелось позвонить Джули, но она сдержалась. Не надо, чтобы у лучшей подруги день начинался таким кошмаром.
Может быть, позвонить маме? Мама – незыблемая скала в минуты кризиса. Но заранее известно, каков будет их разговор.
Да, она посочувствует и поддержит, но что потом?
Почему ты живешь в Нью-Йорке, Лайла-Лу? Там так опасно! Приезжай к нам с папой – в Джуно. То есть на Аляску.
Лайла больше не желает об этом говорить. Слышать одно и то же.
Поэтому она легла на постель, прямо в одежде, обняла Томаса и, к своему удивлению, мгновенно провалилась в глубокий сон.
Проснулась Лайла с колотящимся сердцем. Руки вцепились в края кровати. Ее до сих пор покачивало от ощущения падения.
Реакция на случившееся, сообразила она. Всего лишь запоздалая реакция.
Она поднялась с кровати. Оказывается, уже полдень.
Довольно. Нужен душ, смена одежды и поскорее выйти отсюда. Она сделала все возможное. Рассказала полиции обо всем, что видела. Мистер Ловкач убил Блонди, а потом себя, унес две жизни, и ничто этого не изменит, даже если всю жизнь раздирать себе душу вопросами.
Продолжая уговаривать себя, она схватила айпад и помимо воли принялась искать репортажи о случившемся ночью несчастье.
«Модель погибла, упав из окна…»
Ну да, она так и знала! Модель. У жертвы несомненно была фигура модели.
Схватив последний бисквитик, хоть и понимая, что этого делать не стоит, она, жуя, быстро пробежала глазами короткую заметку о двух смертях.
– Сейдж Кендалл. У нее даже имя было, как у типичной модели! И Оливер Арчер, мистер Ловкач. Блонди было всего двадцать четыре, Томас!
Она на четыре года младше ее, Лайлы! Снималась в рекламе. Интересно, видела ли она ее когда-нибудь? И почему от этих мыслей на душе еще хуже?..
Нет, необходимо остановиться и сделать то, что она себе намечала. Постоять под душем и выйти ненадолго на воздух.
Душ помог, как и легкое летнее платье и босоножки. Макияж помог еще больше, бледность и запавшие глаза надо же как-то скрыть ненавязчивой маскировкой.
Следует пройтись быстрым шагом, размяться, подальше от своих мыслей. Пойти куда-нибудь, где можно вкусно позавтракать. Потом она позвонит Джули, возможно, попросит ее снова прийти, чтобы все рассказать ей. Она посочувствует и не станет ее осуждать за шпионство.
– Я приду через пару часов, Томас, а ты без меня не скучай.
И она пошла к двери. Но повернула обратно, взяла карточку, которую дала ей детектив Файн – из головы не шла навязчивая идея узнать, как продвигается это расследование. И что в том дурного, если свидетель убийства спросит у детектива, не закрыли ли они, случаем, дело?
При любом раскладе прогулка будет полезной. А вернувшись, она поплавает в бассейне. Правда, формально Лайла не имеет права пользоваться бассейном или тренажерным залом комплекса, поскольку не является здешним жителем, но заботливая Мейси все уладила.
Как хорошо – она сможет сбросить остатки усталости, стресса, расстройства и закончить день, рыдая в жилетку близкой подруге.
Завтра она займется своей работой. Смерть всегда напоминает нам, что жизнь должна идти своим чередом.
Аш вывалил на стол содержимое мешка.
Имущество – так они назвали все это. Личное имущество: часы, кольцо, бумажник с большим количеством наличных, визитница, кредитные карты. Серебряное кольцо для ключей от Тиффани. Часы и кольцо, вероятно, тоже либо от Картье, либо от той фирмы, которую Оливер считал достойной своего внимания. Тонкая серебряная зажигалка. И карманный мусор, который собрал брат в последний день своей жизни.
Оливер… Всегда на краю следующего большого предприятия, большой игры, чего-то нового. Обаятельный, беззаботный Оливер…
Мертв.
– У него еще был айфон, но мы сейчас его просматриваем.
– Что?
Аш взглянул на детектива. Кажется, Файн? Детектив Файн с мягкими, голубыми, полными тайн глазами.
– Простите, что?
– Мы все еще просматриваем телефон вашего брата, а когда обыщем квартиру, вам нужно будет опознать его вещи. Как я уже сказала, в водительских правах указан адрес в Уэст-Виллидже, но, по нашим сведениям, он выехал оттуда три месяца назад.