Чтение онлайн

Взгляд в окно только подтвердил ее худшие опасения: она увидела бесконечные крыши кирпичных домов – ни зеленых полей, ни лесов.

Нищим не к лицу быть разборчивыми, вздохнула она, стараясь делать хорошую мину при плохой игре. И стискивала свою панду так, словно от этого зависела вся ее жизнь. Черные кудри выглядывали из-под шляпы. Но зато она надела очки, на которые натянула глазную повязку. Челюсть словно окаменела и иногда подрагивала без всяких причин. Как жаль, что нет мамы… которая обняла бы ее и прижала к себе!

Если закрыть глаза, можно увидеть Долли Беллейр в концертном темно-синем платье со стеклярусом и маленьким меховым жакетиком-болеро. Мадди почти ощущала сильный запах роз и вкус маминой помады, когда целовала ее на ночь. Волосы пахли лосьоном для укладки, а ногти были алыми. Она всегда выглядела так шикарно!

Но тем не менее Мадди с легкостью отдала бы все свои карточки, чтобы ее мама стала простой заурядной женщиной в твидовом костюме и жакете, с шелковым шарфом на голове и с корзинкой, с которыми обычно ходят по магазинам матери других детей… и чтобы ее отец работал в офисе и каждый день ехал бы электричкой в восемь десять на Пикадилли. Но, увы! Ее желаниям не суждено осуществиться. И она, Мадди, должна быть сильной ради своих родителей.

Ей нужно в туалет. Но она не хочет, чтобы солдаты догадались, как сильно хочется писать.

– Не покажете мне, где туалет? – прошептала она женщине напротив, которая улыбнулась, но покачала головой.

– Мы обе потеряем места, если я пойду с тобой. Это в конце прохода… Спроси охранника.

Мысль о том, чтобы спросить о таком мужчину, ужаснула Мадди.

– Не стоит его беспокоить, – отрезала она. Было до жути противно протискиваться мимо всех этих грубых мундиров, сидевших за дверью, но она не хотела снова описаться.

– Побережете мое место? – спросила она. Женщина кивнула.

Перед туалетом стояла очередь, и воняло так, что девочку затошнило. Но тут поезд подъехал к какой-то большой станции и остановился. Некоторые мужчины прыгали вниз, другие, наоборот, залезали в вагоны. Женщина в смешной шляпке подсадила в вагон двоих детей и крепко обняла их. Огромные слезы катились по ее лицу.

– Будьте хорошими детьми, слышите? Эта большая девочка отведет вас к своему учителю и присмотрит за вами. Это Глория. А это Сид. У нее в кармане письмо. Она еще не умеет читать.

Женщина плакала, не переставая. Но тут раздался свисток. Она спрыгнула вниз и побежала по перрону, прочь от поезда.

Дети немедленно заревели. Малыш вопил, требуя маму. Женщина всхлипнула и снова побежала, на этот раз за поездом, махая вслед составу, медленно тронувшемуся в путь.

Дети продолжали орать. Мадди не знала, что делать.

– Тише, – велела она мальчику в вязаном шлеме и девочке в остроконечном капюшоне. – Можете пойти со мной. Берите меня за руку.

Мадди посмотрела на детей: замурзанные лица, сопливые носы…

– Как вас зовут?

– Глория Конли, а он – Сид, – пояснила маленькая девочка. На вид ей было лет восемь-девять. Таких пылающих волос Мадди до сих пор не видела.

Все случилось так быстро, что она уже было подумала, что все это ей приснилось. Малыш был ростом с одного из крошечных детишек в воскресной школе, и Мадди злило, что их так жестоко бросили одних. Придется найти учителя, который отвечает за их группу, и заставить все выяснить. Возможно, они ехали в другом конце состава и в суматохе потерялись? А их матери пришлось отлучиться по срочному делу? Все это очень странно.

– Мама! Где моя мама! – снова взвыл Сид. Глория храбрилась, но Мадди прекрасно понимала: каково это, когда рядом нет мамы. В выражении лица их матери было что-то, обеспокоившее ее. Вот бабушка Миллс точно знала бы, что делать. Придется забрать детей с собой. А там решить, как быть дальше.

Мадди посадила Сида к себе на колени, Глория устроилась рядом. Они заняли столько места, что почти вытеснили сидевшего рядом солдата с его сиденья. Тому это не слишком понравилось, но он хмуро молчал.

Мадди отсчитывала каждую остановку, чтобы сказать учителю, на какой именно нашла детей. Ни на одной станции не было табличек.

Почему мать с ними не поехала? Они слишком маленькие, чтобы ехать самостоятельно. Но ей и самой еще не было десяти, однако она едет без сопровождающего. В школе они никогда не выходили одни в город. Но школа казалась так далеко, как будто в другой жизни.

Дети были одеты в аккуратные суконные пальтишки. На ногах спортивные тапочки, но волосы пахли высохшей мочой и вареными овощами. Мадди старалась не морщить нос и надеялась, что до Лидса осталось недолго.

– Куда вы едете? – спросила она.

– Не знаю, – промямлила Глория. Мадди решила, что у малышки чудесное имя, а грива прекрасных рыжих локонов, завивавшихся еще круче ее собственных, ее просто потрясла. На носу и щеках Глории пестрела россыпь веснушек. А глаза – зеленые, как у кошки. Сид был уменьшенной копией сестры.

– У тебя смешные очки, – сказала Глория, показывал на ее повязку.

– Как твое второе имя? – спросила Мадди, игнорируя это замечание.

– Берил.

– Нет, я хотела сказать, фамилия. «Берил», а дальше? Я Мадлен Анжела Белфилд, но можешь называть меня Мадди.

– Глория Берил Конли.

– Где ты живешь?

– Не знаю…

– Но у тебя должен быть адрес. Город… улица…

– Элайджа-стрит, рядом с перекрестком. Больше ничего не знаю, – пожала плечами Глория.

Безнадежно. Глупышка вообще ничего не знает. Может, она полоумная, вроде Эдди, кузена Айви, который ходил в спецшколу.