Шрифт:
Глава 1
Я прищурился. Эйна стояла слишком близко. Я чувствовал её дыхание и слабый запах каких-то незнакомых мне трав. Не отшатнуться, не отвернуться резко, а прищуриться — значит сделать так, чтобы свечение было заметно меньше. Если оно вообще еще есть. Но самое противное, что она улыбалась так спокойно, как человек, который уже всё для себя решил, и теперь просто наблюдает, как ты будешь выкручиваться.
Признать? Невозможно. Отрицать в лоб? Глупо — она же только что видела. Между этими крайностями оставалась узкая тропинка: сделать вид, что ничего особенного не произошло. Что свечение — это не свечение, а просто игра света на воде. Зрение ее обмануло.
— Глаза как глаза, — сказал я ровно, не отводя взгляда от ее отражения. — Игра света…да и вода мутноватая.
Я мельком ещё раз глянул в воду убедиться, что зелень ушла полностью, — оставалась слабая тень, не больше, — и взглянул на Эйну. Ее это, конечно, не провело. По взгляду было видно — она видела вспыхнувшие глаза, и уверена в этом. Но эту тему она почему-то решила не развивать, не сказала «ну-ну», и не прокомментировала мою реплику, а наоборот — она взглянула на корыто, на мои глаза, и сказала:
— Покажешь остальные растения?
— Конечно, — кивнул я отходя от воды.
Мы пошли в заднюю часть сада, за домом. Там как раз пустовали грядки, откуда Тран забрал маслянку.
— О, — наклонился Эйна, — Маслянка росла?
Я вздохнул.
Да уж, не доследил, пару увядших листьев валялись на земле. С другой стороны, маслянка была самым невинным растением из тех, что я выращивал.
— Да, было дело, — ответил я.
Она кивнула и пошла дальше, к черному бревну мертвого дерева.
— О, у тебя смолопряд! Какая прелесть! Где достал? Его непросто поймать.
— Да повезло, — пожал я плечами, — Встретил… в лесу.
— Везучий ты, — прищурила глаза она.
Я выдохнул сквозь зубы. Смолопряды и растения сейчас волновали меня меньше всего. Если бы я на ее месте увидел у одаренного травника вспышку зеленого цвета, чтобы я подумал?
Я замер. Да уж, точно не про симбиота. Нет, я бы подумал про…
Точно! Первая мысль была бы, что кто-то с сильным Даром травника пытается его скрыть. Гасит. Прижимает. По каким-то своим причинам прячет от чужих глаз. Может не хочет, чтобы гильдия заинтересовалась, или по каким-то другим причинам. А вот вторая мысль уже неприятнее, что человек попросту не контролирует свой Дар или что он у него треснувший и расколотый. Логично, что когда корень только начинает давать трещину, то и сила выплескивается рывками. По идее именно так это и должно выглядеть. Вспышки. Нестабильность. То гаснет, то полыхает.
И любой из этих вариантов для меня лучше варианта с симбионтом. Повезло еще, что вспышки зеленого цвета: будь он зелено-фиолетовый, как показал камень определения, вот тогда всё, пиши пропало.
Потом она присела у смородины и даже удивилась, что я пересадил такое простое растение к себе. Потом заинтересовалась лунным мхом.
— А зачем? Вроде бы он на любой реке растет, зачем выращивать?
— Чтоб не ходить каждый раз за ним, — невозмутимо ответил я.
К счастью или к сожалению, мой мох так и не эволюционировал, поэтому внешне не отличался от речного.
И сейчас Эйна как-то тянула время, спрашивала даже про сорняки. Про каждое растение, спустилась в грибницы, исследовала каждое мелкое растение у ограды, мы прошли по всему периметру. Седой пару раз планировал мне на плечо и зло шипел на травницу. Да уж, не нравится она ему. Эйна на это только мило улыбалась.
Я не думаю, что показывал больше знаний, чем любой начинающий травник, когда отвечал ей. И у меня сложилось впечатление, что она оценивала не мои знания, не растения, а меня самого.
— А как ты это делаешь? — спросил я, — Вот когда касаешься растений, я видел как у тебя жива из них перетекает в растения.
— О… — довольно улыбнулась Эйна, — Заметил.
— Сложно не заметить, когда ты так с каждым растением делаешь. — ответил я.
— Это особый навык, его могут использовать только…
Она замялась, а потом закончила.
— Такие, как я.
— Такие, как ты? С таким сильным Даром? — уточнил я.
От Грэма о таких навыках я даже не слышал.
— Именно. Чтобы использовать такое нужно очень хорошо чувствовать растения — лучше, чем рядовые травники. А это либо дано, либо не дано.
Я кивнул. Однако несмотря на вроде бы непринужденный разговор, внутри у меня все было в напряжении. Во-первых, я следил за тем, чтобы не было повторной вспышки, а во-вторых я подспудно ожидал новых вопросов о том, что она увидела.
Мы сделали круг и остановились у дома.
— Знаешь, — сказала Эйна, прищурившись. — Растения в этом саду все как будто простые… обыкновенные травы. Ничего редкого. Но я чувствую, что они на порядок лучше обычных. Прямо сильно лучше. Каждое.
— Кромка рядом, — ответил я, — Земля хорошая, да и я пытаюсь ухаживать за растениями.
Звучало, конечно, смешно, глядя на обрезанные листья.
Эйна не отреагировала на мою реплику, будто не услышала. Сложила руки за спиной и сказала уже совсем другим голосом — ровным, спокойным, без заискивания, без кокетства, без того «полевого цветочка», которым она прикидывалась последние полчаса.
— Значит Дар у тебя не такой слабый, как думает Марта. И Дар твой не в варке. Ну, оно и понятно, глядя на некоторые растения.
Я молчал.
Что тут отвечать?
Она словно просто проговорила свои мысли, и хотела, чтобы я их слышал.
Эйна выдержала паузу. Потом мягко улыбнулась, но теперь ее улыбка была какой-то совсем другой — не открытой и солнечной, а понимающей. Как у человека, у которого тоже есть что-то, о чем он не любит говорить.
— Ну, — сказала она тихо. — У всех есть то, что они не выносят на свет. Это нормально.
Она помолчала.
— Я надеюсь, у нас с тобой будет повод когда-нибудь поговорить об этом. Отдельно. В другой обстановке.
И взглянула мне прямо в глаза.
— Хорошо… — протянул я, нахмурившись, — Когда люди понимают друг друга. — А Дар…я только учусь им владеть. Слишком уж недавно он пробудился.