Чтение онлайн

– Если кто из наших погибнет там, в холодных безднах, то это навсегда - без посмертия и возможности когда-нибудь снова расцвести весной, - от этих слов задумчивой Веллини мать и сын не сговариваясь переменились в лице и сделали над собой отгоняющий зло знак.
– Оттого туда никого и силой не затянешь. Может, ну его, этот меч? Потормошить духов земли, пусть другой сыщут...

Судя по выражению лица Айлекса, последняя идея не пришлась ему по вкусу. Он переполз головой на колени матери и возразил:

– Когда это что-то хорошее удавалось добыть даром?
– и обе дриады согласились с парнем.

И тут Веллини неопределённо воскликнула, дёрнулась на месте. А затем перевернулась на живот и лукаво прищурилась сквозь траву.

– Ага! Только, кажется - я знаю цену, ради которой согласилась бы рискнуть всем.

– Не вздумай, - нерешительно бросила ей дриада, осторожно расчёсывая провонявшиеся духом человековского жилья волосы сына.

Поскольку лениво раскинувшемуся в траве Айлексу оказалось невдомёк, о чём идёт речь, он преодолел блаженную истому, в которую его каждый раз повергала немудрёная ласка матери, и даже сумел открыть один глаз.

Однако Веллини повела речь совсем о другом.

– Знаете, как появилась эта поляна и чем она замечательна?

Поскольку мать и сын не знали, но весьма любили послушать всякие старинные истории, то разом навострили уши и устроились поудобнее.

Да, среди лесного народа редко вспыхивает яростная и неистовая любовь, куда более свойственная человекам с их горячей кровью. Однако, всё же иногда случается незабываемое, и тогда... Немного печальная Веллини так мастерски пересказала легенду, как именно на этом месте простая лучница Тервен из нашего Туманного леса спасла жизнь командиру лесных воителей, пришедших для совместной борьбы с орками из дальних дубрав закатной стороны. И как израненный, но непобеждённый Кенэль впервые заглянул в весеннего цвета глаза воительницы с единственной оставшейся в колчане стрелой. От них и пошёл, кстати, лесной клан Тисовой ветви.

Айлекс чуть ли не явственно почувствовал, как вокруг разлетелась сладостная незримая волна, заставившая расцвести и зажмуриться лес в истоме и ожидании новой весны. И подумал о тех незримых, но могучих страстях, подспудно управляющих нашим миром.

– Спасибо, Веллини - ты замечательная рассказчица, - он наощупь нашёл ладонь дриады и ласково поцеловал каждый пальчик.
– Только, я не согласен на твою цену. Давай, лучше я подарю тебе не один, а сразу два танца любви - но только не ходи под землю.

Да, не только лесным жителям свойственна чуткость и умение читать по сердцам других. Айлекс тоже унаследовал кое-что от матери, да и жизнь на природе тоже обострила донельзя это весьма полезное умение. Оттого Веллини улыбнулась и тихо ответила.

– Я подумаю, - и тихо улеглась, совсем скрывшись в траве.

Некоторое время ничего не происходило, лишь отголоски дующего с другой стороны горы ветра иногда шевелили кроны деревьев, да нахальный крикливый скворец что-то выискивал меж ветвей.

– Что ты ворочаешься, сын мой?
– Весини, очнувшаяся от своих дум, обнаружила, что они остались вдвоём - вторая дриада тихо и бестелесно куда-то исчезла.
– Какая мысль тревожит твой покой?

Парень вздохнул. Правду, наверное, говорят, что содеянное тобой рано или поздно к тебе вернётся. Нынче утром хмурый и озабоченный граф немедля вызвал Айлекса к себе, едва тот вернулся из патрулирования. Дело оказалось не то чтобы непростым - а совсем даже непростым. И оттого дед, легонько наморщив лоб, не сразу перешёл к делу.

– Помнишь того паладина, что ты пришиб ненароком? Никто и ничто в мире не вправе требовать за то ответа - даже церковь Хранителя согласилась с тем. Только... вчера в замок прибыла мать того воина - и она хочет посмотреть в глаза убийце своего сына. Любого другого я послал бы куда подальше или даже приказал бы повесить, но тут я бессилен. Он у неё единственный был, и дело вовсе даже не выплате виры...

Весини слушала молча, загадочно уставив вдаль вечнозелёные глаза и задумчиво гладя голову своего сына. Ох, мальчишки, что же вы делаете? Разве тому учил нас великий Манвэ, которого вы почитаете как Эола, бога ветров? Разве убивать друг друга?

– Старая женщина человеков выдержит переход к роще твоего отца?
– её решение оказалось настолько неожиданным для сына, что тот поначалу даже не сообразил, что ответить.

– Граф может выделить носильщиков, если его удастся убедить в необходимости, - он пожал плечами.
– Но зачем?

– Я поговорю с нею, - чуточку печально ответила дриада, и вновь со вздохом взъерошила чуть выгоревшие на солнце волосы сына, так непохожие на её собственные.
– Мать всегда найдёт путь к сердцу матери. Пусть придёт, и не беспокойся больше о том.

Затем принялась опять заботливо расчёсывать пряди Айлекса. Видимо, что-то было умиротворяющее в том и даже настраивающее на лирический лад, ибо дриада понемногу успокоилась. И наверное, именно от того вновь выглянуло солнце, спрятавшееся было за облаком.

– Но на самом деле я назначила тебе встречу, чтобы поговорить о другом, - её голос вдруг зазвенел тихой, тщетно скрываемой гордостью.

– Наверное, для вас, человеков, это мелочь, - Весини едва не затаила дыхание - как её сын воспримет?
– Но для меня гораздо важнее всего, о чём мы беседовали сегодня.

Айлекс неплохо знал образ мышления и систему ценностей лесного народа, да и мать тоже отнюдь не была ему чуждой по духу. Но всё же мысль, что же так могло взволновать дриаду, настолько заинтересовала его, что он даже открыл глаза. И когда синева горных озёр встретилась взглядом с зеленью весеннего леса, уже не в шутку волнующаяся Весини выдохнула:

– Этой весною мне впервые удалось сохранить и вырастить саженец священного дерева. И скоро у тебя появится сестра - маленькая дриада, - как после таких слов не остановилось бешено стучащее сердечко женщины, знал, наверное, только Вечный Лес.