Монохром
Шрифт:
считывал на интуитивном уровне. Что-то долго мог обдумывать и предаваться
затяжной рефлексии, от чего-то будто бы отгораживался, порой ненамеренно, порой вполне осознанно.
Судя по заинтригованному взгляду, Берн сейчас был очень близок к разгадке, но
Юэн уже терпеть не мог. Он выпустил его палец изо рта, напоследок широко и
влажно лизнув мягкую подушечку.
— Очень сладко.
***
Когда Юэн поднялся в спальню, Бернард, чуть склонившись к коленям, сидел на
краешке кровати лицом к тёмному прямоугольнику окна. Юэн обвёл его
неподвижную фигуру задумчивым взглядом, обошёл кровать и, опустившись на
пол, уткнулся носом ему в скрещенные кисти рук.
— Привет.
Уголки губ дрогнули в улыбке. Взгляд оживился.
— Привет.
Юэн придвинулся ближе и, приникнув щекой к бедру, изучающе посмотрел на
Бернарда снизу вверх.
— О чём задумался?
Берн слабо мотнул головой.
— Да так, ерунда. Ни о чём.
Пропустив под коленом руку, Юэн обхватил другое его бедро и лицом
придвинулся на дюйм ближе к туловищу.
— Спасибо за ужин. Не сомневался, что мясо в меду у тебя получится
великолепно.
— Ты поэтому преклонил передо мной колени? Типа благодарность? —
усмехнулся Бернард.
Юэн расплылся в обворожительной улыбке.
— Может быть.
Он опустил взгляд Бернарду между ног, невольно сглотнул скопившуюся на
языке влагу и сжал пальцами его бедро. Потом вновь пересёкся с зелёными
глазами, сейчас казавшимися ярче обычного.
Тёплая ладонь легла ему на щёку. Пальцы скользнули по скуле и выше, очертили
бровь и зарылись во влажные на кончиках волосы.
— Почему Аполлон никогда не досушивает волосы? — тихо произнёс Бернард и
посмотрел строго, но приподнятые уголки губ выдавали его совсем не суровый
настрой.
— Потому что не хочет.
Прикрыв веки, Юэн наслаждался массирующими голову движениями
заботливых пальцев. Вдыхая нотки лавандового геля для душа, тёрся щекой об
горячую ладонь, когда та касалась его лица. У него такая поразительно мягкая
кожа, что прерывать даже мимолётных прикосновений не хотелось.
Большим пальцем Берн скользнул по его припухшим после душа губам, и Юэн
открыл глаза, чуть размыкая рот. Он крепче стиснул Бернарду рукой бедро и
придвинулся к промежности ещё на дюйм. Мягкая подушечка пальца прошлась
по его губам, от уголка до уголка. Сначала по нижней, а обратно по верхней, едва
касаясь краешков зубов.
Приоткрыв рот, Юэн лизнул Берни большой палец и, недолго думая, обвил его
языком, втянул в себя и примял губами, чувствуя, как внизу живота
стремительно завязывается горячий узел. Согнутые в коленях ноги начало
покалывать, и все мышцы отозвались приятной напряжённостью.
Над головой раздался низкий вздох. Берн слабо прижал Юэна коленями, и на
пару секунд ноги его задержались в таком положении. Не сдерживая тихих
стонов, Юэн с характерным причмокиванием ласкал его палец языком, смыкая
вокруг него губы и откровенно посасывая. Он тёрся ладонью Бернарду об бедро, и рука его сама собой норовила скользнуть к промежности, оттянуть пояс
штанов, нырнуть под ткань.
— Ю, это как-то очень… — прокашлявшись, протянул Берн, но не договорил, потому что Юэн поднялся и повалил его спиной на кровать.
Пристальный взгляд зелёных глаз лучился любопытством. Чуть приоткрытые
губы так и манили коснуться их поцелуем. Хотя бы невесомым и дразнящим.
— Берн… — низко и тихо сказал Юэн, чувствуя, как у него горят щёки. Не от
смятения или какого-либо смущения, а от нетерпеливого предвкушения
близости, мысли о которой давно терзали его. Он склонился так близко к лицу
Бернарда, что мог вдыхать воздух, который тот выдыхал, влажно провёл языком
по кромке его уха и жарко прикусил мочку. — Могу я сделать для тебя кое-что?
— Что? — прошелестело в ответ осторожным шёпотом.
Приподнявшись и заглянув в зелёные глаза, которые сильнее прежнего заиграли
любопытством, Юэн хмыкнул и лукаво вздёрнул брови. Он схватил Бернарда за
запястье и нескромно лизнул его ладонь от самого основания до кончика
среднего пальца. Обхватил губами и погрузил палец целиком себе в рот. Бернард
прикрыл веки. Грудь его медленно поднялась. Он сглотнул и открыл глаза.
— Ты имеешь в виду… — тихо выдохнул он.
Юэн выпустил изо рта его палец и провёл им по своим губам.
— Хочу. Сделать. Тебе. Минет, — прямым текстом, отчеканивая каждое слово
решительностью, сказал он. И от наконец-то озвученной мысли все
внутренности будто сжались, а низ живота острее отозвался томным тянущим
ощущением.
Бернард увёл взгляд в сторону. Щёки его немного зарумянились, что вызвало у
Юэна ироничный смешок.
— Ого, неужели мне удалось чем-то тебя смутить?
— Вовсе нет, — пытаясь оправдаться, заявил Бернард, обратив свой взгляд
обратно на Юэна. Он помедлил в задумчивости пару секунд. — Хотя ладно, это
прозвучало прямолинейно.
— А чего увиливать? — улыбнулся Юэн, игриво поёрзав на его бёдрах. Тут он