Чтение онлайн

Второй вариант казался мне более вероятным, но, скорее всего, дело придется иметь с третьим.

В котором дерьмо все-таки попадет в вентилятор, и всем нам придется ходить с лицами в крапинку.

Вылет закрыли через три часа.

Главная проблема корпоративной солидарности заключается в избирательности ее применения на практике. Ты имеешь дело не с законом, даже не со сводом неписаных правил, а с набором случайных ситуаций, в каждой из которых тебе приходится делать выбор. И выбор этот, как правило, непростой.

Ничто не мешало мне попытаться улететь с планеты и после того, как это было запрещено официальными властями. Орудия средств орбитальной обороны обращены наружу, а не внутрь, и рассчитаны на то, чтобы стрелять в тормозящие, а не разгоняющиеся корабли, и даже если бы местные успели поднять перехватчики, «Старому Генри» хватило бы скорости и маневренности, чтобы от них уйти.

Я видел ТТХ местных перехватчиков, воображения они не поражали. Новый Далут был захолустной планетой и технологически отставал от среднестатистического мира исследованного сектора космоса на пару поколений.

Да, я был связан контрактом, но кто бы узнал, что я не выполнил его условия до конца?

Консорциум был серьезной организацией, но группа Моники совершенно точно не входила в топ его боевых отрядов. Это было понятно хотя бы по их выбору плана Б.

В Консорциуме я был новичком, темной лошадкой, еще не заслужившей достаточной репутации, и меня выбрали только потому, что у меня был космический корабль и я не мог отказаться от черного контракта. Так поступают от безысходности, когда других вариантов нет.

Конечно, любой член Консорциума неизмеримо крут по сравнению с обычными наемниками, и в любой другой ситуации группы Моники хватило бы за глаза. В любой другой, но не в этой.

Здесь им придется иметь дело не с обычными короткопалыми селянами, не с дешевыми нейромозгами, не с рабочими, которым срочно всучили в руки оружие и объявили их солдатами. Ставки были слишком высоки, и здесь собралась элита. Здесь были имперцы, здесь было Содружество, здесь были все три корпорации, и, насколько я мог судить, здесь они были представлены своими лучшими диверсионными ресурсами, поэтому я не думал, что у группы Моники получится их всех обскакать. Шансы были… ну, десять из ста, максимум. И это при самом оптимистичном раскладе.

С вероятностью в девяносто процентов группа Моники не выберется с этой планеты и не сможет уличить меня в несоблюдении контракта.

Или они настолько круты и настолько верят в свои силы, что никакой план Б им был не нужен, но на нем настаивал заказчик, и они привлекли меня только для того, чтобы его успокоить? Нет, будем реалистами. Даже топ отряд Консорциума не мог бы рассчитывать в таком деле на стопроцентный успех.

Как говорил Трехглазый Джо, в беспорядочной городской перестрелке всегда присутствует некий элемент лотереи, в ней даже самого лютого профессионала могут уложить случайным выстрелом с траектории, которую он не смог бы предугадать, поэтому вам никогда не следует доводить дело до случайной городской перестрелки. А если она все-таки началась, то остается только уповать на удачу.

Все эти соображения перестали быть умозрительными в тот момент, когда Моника появилась на экстренном канале связи, который местные были не в состоянии закрыть. Сообщение было коротким, не особо информативным, зато изрядно тревожным и подтверждало мою первую теорию. Ту, в которой я полагал, что они не потянут.

«Нас зажали. Есть потери. Нужна твоя помощь.» Далее следовал набор координат, по которым я мог установить их относительное местоположение в городе и кое-какая инструкция, которой мог слепо последовать только человек, окончательно решивший свести счеты с жизнью.

— Задница, кэп, — констатировал Генри, который прочитал сообщение одновременно со мной.

— Еще какая, — согласился я.

Если они позвали меня на помощь, прекрасно зная, что даже на дорогу к ним мне понадобится несколько часов, значит, их не просто зажали. Их бросили на землю и начали топтать, и шансы, что к моему прибытию их не растопчут окончательно, не раскатают по асфальту и не вомнут в пыль, стремились к нулю.

Они хотели, чтобы я устроил для них отвлекающий маневр, который поможет им… нет, на то, чтобы пробиться напрямую к космопорту они уже не рассчитывали. Им просто нужно было выиграть немного времени, чтобы сбросить преследователей с хвоста и затеряться в городе. При этом они даже не удосужились сообщить, удалось ли им добыть искомый артефакт.

Может, и нет. Может быть, они засветились при попытке его добыть, и преследователи сели им на хвост в рамках здоровой конкурентной борьбы.

— И что мы намерены делать? — спросил Генри.

На выбор у меня по-прежнему были три варианта. Я мог бы попробовать свалить с планеты, ставшей слишком опасной, в надежде, что никому из группы Моники не удастся отсюда выбраться и омрачить мое будущее в Консорциуме. Я мог бы сидеть ровно и ждать, пока все закончится естественным путем (опять же, питая вышеупомянутые надежды), или же я мог попробовать что-то сделать.

Отвлекающий маневр, но на моих условиях. Потому что те, которые предлагали мне ребята, с очень высокой долей вероятности не дали бы мне дожить не только до Распада, но и до следующего рассвета.

Я начал одеваться. Я не особенно спешил, потому что лишние минуты на корабле все равно не шли ни в какое сравнение с тем временем, которое потребуется мне для дороги в город.

— Ага, — сказал Генри.

— Мы связаны условиями контракта, — напомнил я.

— А тебе не кажется, что это выходит за рамки того, что было оговорено изначально?

— Профессиональная этика, — сказал я. Кроме того, форс-мажор может быть основанием для того, чтобы пересмотреть оговоренную сумму контракта. В большую сторону, разумеется.

В том случае, если все пройдет успешно.

— Есть способ сделать это быстрее, — сказал Генри. — Полет до города займет не больше трех минут, включая время на старт. Я мог бы навести там шороху.

— Нет, — сказал я.

Диспетчерская сеть сообщала, что силы орбитальной обороны приведены в полную боевую готовность. Конечно, спутники не могут работать по атмосфере, но здесь ведь есть и корабли, и местные готовы поднять их (или опустить те, что уже находятся на орбите) при первом же намеке на угрозу.