Чтение онлайн

Здесь также полно систем безопасности, из-за которых, уверен, Сойер проклинал всех моих предков, пока отключал их, чтобы мы смогли попасть сюда без появления кавалерии. Даже несмотря на то, что моя семья была убита своими же и объявлена предателями, здесь скрыто огромное количество знаний — достаточно, чтобы обвинить всё Восточное побережье. Уверен, уже есть планы вывезти всё это отсюда. У меня нет сомнений, что именно этим и заняты Одарённые, находящиеся здесь.

Я поднимаю руку, показывая, что мы приближаемся к концу коридора, и Нокс взмахивает рукой, посылая свои тени вперёд. Они уменьшаются в размерах, пока не становятся не более чем пятном — чем-то, что можно убедить себя считать просто игрой света.

Норт стоит рядом с Ноксом, скрестив руки на груди, и наблюдает за его работой. Они могут обладать одним и тем же Даром, но используют его совершенно по-разному. Тени Нокса подчиняются каждому его капризу, а тени Норта — хаотичный и всепоглощающий хаос, полная противоположность тому, кем они являются как люди.

Слышу сдавленный вскрик, а затем глухой стук — три тела падают на пол.

Глаза Грифона вспыхивают чёрным, когда он призывает свой Дар. На мгновение мне кажется, что к нам присоединился Прорицатель, но затем он говорит — на этот раз вслух:

— С ними разобрались. Мы можем войти и забрать всё, что нам нужно, прежде чем отвести их в допросные камеры.

Я делаю глубокий вдох, а затем делаю то, чего никогда не ожидал.

Поворачиваюсь к Ноксу:

— Если Сойер сможет взломать компьютеры, я могу дать тебе доступ к базе данных Сопротивления. Всё, что они когда-либо собирали, будет там. Для тебя это буквально мечта наяву. Если хочешь, я отдам тебе всё это.

Так мы с Ноксом находим общий язык в подвале особняка моих родителей — ради моей Привязанной, потому что её безопасность для меня превыше всего.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

.

Оли

Если я и раньше не думала, что воспитание Атласа было чересчур роскошным и избалованным до чёртиков, то вид его дома окончательно убеждает меня в этом. Он небрежно открыл стену, чтобы попасть на спрятанную за ней лестницу — по-моему, это странно и чертовски жутко, — а потом повёл нас в подвал, будто в этом нет ничего особенного. Я бы никогда не поверила, что такие дома действительно существуют, а теперь я в Группе Привязанных с тремя мужчинами, выросшими в таком богатстве.

Чёрт, уверена, у двух других тоже в семьях есть особняки. Просто сейчас я не хочу об этом думать.

Мы нашли одного из Привязанных его сестры — последнего, кто остался в живых и на свободе, — и ещё двоих Одарённых. Они пытались взломать компьютерные системы и стереть любую информацию, которая могла бы их скомпрометировать, а также найти компромат на других высокопоставленных членов Сопротивления. В тот момент, когда мы завернули за угол и увидели их, окутанных тенями, с глазами, светящимися белым светом — пока Дар Грифона подчинял их разум нашему контролю, — у меня перехватило дыхание от вида архивов, расположенных здесь.

Атлас не ошибся: Нокс буквально в восторге от всего этого. И действительно, он проходит мимо всего остального в комнате и направляется к большим стопкам архивных коробок и огромной куче компьютерного оборудования. Я даже не могу догадаться, что половина из этих штук такое, но уверена, что один только счёт за электричество здесь способен заставить взрослого мужчину расплакаться.

Норт тут же связывается с Сойером по телефону, жестом подзывает Киерана, как только убеждается, что удалённо это сделать не получится, и Транспортер исчезает из комнаты, чтобы привести нашего болтливого Технокинетика.

Гейб наклоняется ко мне и шепчет:

— Давай поспорим, кто из них первым сойдёт с ума от восторга? Я ставлю на Бенсона.

Атлас бросает на него взгляд через плечо:

— Ты смотришь на того же Дрейвена, что и я сейчас? Компьютеры не произведут на Сойера такого впечатления.

Мой взгляд останавливается на Ноксе, который начинает вскрывать коробки, перелистывать страницы и раскладывать их стопками, сортируя. Он делает это методично, фотографирует всё на телефон, прежде чем прикоснуться к чему-либо. Выглядит так, будто он дотошный старый библиотекарь, который следит, чтобы никто из нас не испортил систему каталогизации.

— Никто из нас не посмеет подойти к нему, пока он работает. Мне нравится, что моя голова находится там, где она есть, и я не собираюсь лишаться её, — протяжно говорит Грифон, когда я подхожу к нему.

— Ты снова читаешь мои мысли, — говорю я, беря его за руку, но он лишь пожимает плечами.

— Мне не нужно знать, о чём ты думаешь. Это займёт целую вечность, но лучше, если Нокс сделает это сам. Норт мог бы помочь, но я видел, как Нокс отрывал ему голову за то, что он сделал что-то не так. Похоже, Киерану сегодня придётся весь день заниматься транспортировкой.

Могу только догадываться, как отреагирует его заместитель на эту новость, но это всё равно вызывает у меня улыбку.

Я бросаю взгляд на Одарённых у наших ног — их лица всё ещё пустые. Я никого из них не узнаю, но злобные взгляды, которые Атлас бросает на одного из них, ясно дают понять, кто именно был жестоким мерзавцем по отношению к его сестре.

Если убийство сотен людей ещё не отправит меня в ад, то, уверена, мой ботинок, с силой наступивший на руку этого подонка и сломавший её под толстым каблуком, вполне может туда меня отправить.

Гейб взрывается хохотом, а Атлас ухмыляется мне, приподнимая брови, когда я смущённо улыбаюсь ему в ответ. Я поворачиваюсь к Норту и вижу, что он смотрит на меня так, будто никогда раньше не видел. Я посылаю ему сладкую, кокетливую улыбку и пожимаю плечами.

Я могла бы соврать и сказать, что это сделали мои Узы, но в комнате находится буквальный детектор лжи, так что вместо этого я говорю:

— Меня тошнит от взрослых мужчин, которые думают, что могут причинять боль женщинам вокруг себя без последствий. Моё единственное сожаление здесь в том, что он недостаточно в сознании, чтобы понять, кто это сделал и почему.