Чтение онлайн

Я подняла бровь, ожидая, что он скажет. Внимание Нико было приковано к девочкам, на его лице играла широкая улыбка.

— Конечно, девочки. Но я должен вас предупредить: я действительно хорош в классиках.

Я не смогла сдержать громкий смех. — Могу ли я снимать тебя? Потому что это будет бесценно, я просто это знаю.

Глава девятнадцать

НИКО

я

мог носить дорогие, сшитые на заказ костюмы, но я никогда не колебался пытать и убивать людей, которые меня предали. Независимо от того, были ли они мужчиной или женщиной. После игры в классики и раннего ужина с Бьянкой и ее девочками я направился к месту, где держали Дженну.

Голова Дженны повернулась, когда я вошел в подвал. Она была первой женщиной, посетившей наше маленькое место пыток. Она не должна гордиться.

Она висела там, ее запястье было связано над головой, свисало с потолка, а ноги едва касались земли. Особый вид пытки, хотя я бы предпочел повесить ее за череп.

Чертова предательская сука.

Ее глаза уставились на меня, как олень, пойманный в свете фар.

Медленно и сознательно я вытащил пистолет и снял предохранитель. Я положил его на столик в углу и повернулся к ней. Затем я вытащил нож и неторопливо подошел к ней.

Взгляд Дженны метнулся к моему ножу, и краска сошла с ее лица. Она была достаточно умна, чтобы знать, чем это закончится. Конечным результатом будет смерть — от нее зависело, будет ли это легкий путь до ее последнего вздоха или долгий и мучительный.

— У тебя есть два варианта, — начал я голосом, лишенным всяких эмоций. — Легкий путь или трудный путь.

Ее лицо было измазано от слез. Я слышал, она просила моих людей о пощаде. Она никогда этого не получит. Она уже не выглядела так хорошо. Следы макияжа размазались по всему лицу, по всему лицу уродливые красные пятна от слез.

— Нико, пожалуйста…

— Я хочу знать все, — сказал я ей. — Начни с начала.

Она покачала головой. — Я-я ничего не знаю, — сказала она, дрожа, с глазами, полными лжи. Ее тело покачивалось взад и вперед.

— Мы можем делать это всю ночь, — сказал я ей. — И еще много дней впереди, — я наклонился ближе, сморщив нос. — Но знай, Дженна Палермо, — прошипел я. — Я вытащу это из тебя. Или Габито!

— Габито трус, — её зубы начали стучать, глаза отчаянно смотрели на Леонардо позади меня, умоляя о помощи. — П-пожалуйста, я не… — закричала она. — … Я ничего не делала…

Я поднял бровь. Эта женщина была произведением искусства. Здесь трусихой была Дженна.

Я не мог не вспомнить Бьянку и то, как она призналась, что муж украл деньги. Ее единственной просьбой было убить ее где-нибудь в другом месте, чтобы дочери не нашли ее там.

Раскрыв нож, я прижал его к ее щеке и провел им по шее. — Я надеялся, что мы сможем покончить с этим быстро, прострелив тебе мозг, — сказал я. — Но я тоже не против того, чтобы это было грязно. Иногда это приносит пользу.

Я прижал лезвие к ее шее, и ее крик пронзил воздух. Я ее едва порезал, но она была трусихой. Я наблюдал, как маленькая капля крови стекала по ее шее и под ее ярко-розовую футболку-поло.

— Знаешь, — поддразнил я. — Не стоит играть с большими мальчиками, если ты не можешь понести наказание, когда тебя поймают, — я опустил нож ниже, приложил его к ее бедру и провел вверх под короткую белую теннисную юбку. Я не позволил лезвию порезать ее плоть, зная, что пройдет совсем немного времени, прежде чем она треснет.

— У-у меня не было выбора, — завизжала она. — Я этого не сделала.

Я опустил нож и стал ждать. — Ну, расскажи, Дженна. Расскажи мне, что заставило тебя переспать с мужем Бьянки и работать на Бенито, — она была глупа, думая, что я еще не знаю. Я был Волком. Когда дело доходило до информации, я мог без особых усилий найти то, что мне нужно. Единственным недостатком было то, что нужно было задавать правильные вопросы. В противном случае я бы ходил по кругу, гоняясь за собственным хвостом.

С ее губ сорвался вздох. — Б-Бенито?

Я ухмыльнулся, и мне показалось, что это была некрасивая улыбка, потому что я был чертовски зол.

— Ты это отрицаешь?

— Ты должен отпустить меня, — умоляла она, пытаясь дернуть себя за цепи, но сумела лишь вывихнуть плечо.

Я прижал нож к ее лопатке, пронзив ее кожу через футболку и вонзив ее в мышцы. Я не чувствовал к ней ни сожаления, ни жалости. Она преследовала мужа Бьянки и причинила Бьянке боль. Я хотел знать, почему.

— Почему Бенито хотел, чтобы ты соблазнила Уильяма Картера? — я спросил. — И позволь мне сказать тебе, я чертовски ненавижу повторяться.

Леонардо шагнул вперед, держа в руках пистолет. — Мы знаем, что ты работаешь на него. Расскажи Нико все, и он быстро покончит с этим. Или я позабочусь о том, чтобы ты продержался несколько дней, прежде чем ты получишь хоть какое-то облегчение от той боли, которую я тебе причиню.

Она рыдала, ее волосы были в беспорядке. Если бы она надеялась на жалость, она бы ее здесь не получила.

— Последний шанс, — объявил Леонардо, схватив большую пилу. — Мы можем начать с отпиливания тебе пальцев на ногах.

Ее голова дернулась взад и вперед. — Он хотел, чтобы я убила его, — визжала она.

Мы с Леонардо переглянулись. — Продолжай, — приказал я.

— Он хотел его смерти, — плакала она, но ее слезы меня нисколько не смутили. — Чтобы он мог заполучить жену Уильяма.

Гнев горел огнем в глубине моего желудка.

— Зачем?

— Кое-что о недвижимости на побережье Амальфи, — голос ее дрожал, глаза были безумными. — Он этого хотел, — ее взгляд снова обратился ко мне. — Пожалуйста, Нико. Я сделаю что угодно…