Чтение онлайн

Кроме того, Бахтияр Мамедов в последнее время не совсем адекватно себя вел. Часто напивался, пристрастился к наркоте, среди личного состава болтал больше, чем следовало бы. А это всегда опасно. Видимо, действительно любовь ему стукнула по шарам … Это всего лишь предположение. Может, у предателей для его ликвидации была более весомая мотивация? Чтобы не вспугнуть врага, мы очень осторожно должны развязать этот клубок…

Честно говоря, я даже не предполагал с каким спрутом придется иметь дело, – замолчал на миг полковник, потушив еще недокуренную сигарету в пепельнице. – В последнее время Саламова замечала за собой хвост, когда возвращалась домой, вернее в избушку в райцентре, которую ей на время предоставили для проживания. А в день перед убийством Мамедова кто-то в ее отсутствие пытался проникнуть в дом. Кажется, помешала собака, которую, кстати, на следующий же день отравили. Мы были вынуждены в спешном порядке убрать Саламову с поля зрения предателей. Ей было уже опасно оставаться в райцентре.

– И как вы это сделали?

– А пришлось помирить ее с “женихом”, – с улыбкой подключился Адылов. – Мы разыграли целый спектакль. Раскаявшийся жених, его родители, дородные матроны-старушки, взявшиеся уговорить строптивую невесту, что-бы та возвратилась в город. Было весело! – потер он руки, озорно глядя на нас.

Полковник постучал ручкой по столу и остудил своего сотрудника.

– Кстати, женихом являлся мой младший брат, – продолжил Адылов. – И родители были настоящие, и родственники. И они были уверены, что все происходит на самом деле. Что их непутевый отпрыск в лице моего брата, наконец, образумился и решил жениться. На радостях они быстро собрались, нарядились и примчались галопом прямиком в районный госпиталь, а после штурмом взяли и дом, где проживала растерявшаяся от такого натиска Саламова.

– И как далее? – невольно улыбнулся я. – Ведь правду когда-то надо будет выложить?

– А там видно будет, – махнул рукой Адылов. – Кажется, братик вошел во вкус и не прочь в действительности затащить “невесту” под венец. У них сейчас, согласно легенде, конфетно-букетный период.

– Работой надо заниматься! – тут неожиданно взорвался Расулов. – Тоже мне, жених!.. Твоего непутевого брата приставилик Наилю по делу, а не голову девчонке морочить.

– Ревнует, – улыбнулся Адылов, подмигивая мне. – Ты, медведь, все равно не в ее вкусе.

– Не твое дело! – огрызнулся тот. – На фронт бы твоего брата…

– Он хотел, ему отказали, – уже мрачно перебил Адылов. – У Вахида очень слабое зрение, плюс плоскостопие…

– Выгодная партия для Саламовой, – холодно ответил я и обратился к полковнику, молча слушающего нашу словесную перепалку. – С ней общались многие. Почему именно я попал в поле зрения?

– Ты в последнее время слишком часто оказывался в ее обществе, она пыталась тебя основательно изучить, – тут взгляд полковника на миг застыл на мне. – Думаю, она перестаралась… Видимо поэтому покойный Мамедов начал ревновать… Ну и этот противный тип, племянник командира части, имел на тебя зуб. Ты, кажется, при всех залепил ему оплеуху, так?

Я кивнул:

– Он самый что ни на есть “голубой воришка”. Пацанам тухлое мясо подкладывал.

– Вот тебе и мотив… С этим племянником-воришкой нам еще предстоит разобраться. Он не так прост, как кажется. Предположительно убийство Мамедова его рук дело. В ту ночь он ошивался вблизи позиций, якобы искал отвязавшуюся собаку… Кстати, ты всегда пользуешься глушителем на СВД?

Я пожал плечами:

– Так обучили. Если можно действовать тихо, зачем шуметь.

– Так или иначе, на роковой выстрел никто не обратил внимания. На позициях часто свистят шальные пули и труп Бахтияря Мамедова обнаружили не сразу…

Кстати, покойный тоже являлся порядочной сволочью. Заведуя оружейкой, работал в тесном контакте с руководством, конкретно с командиром части. Был постоянным участником их застолий и ночных пирушек. Нам известно, что Мамедов поставлял для руководства части и их “гостей” из Баку элитных проституток.

Кое-кто же как-то нашептал Саламовой, вероятно в плане конкуренции, что застукал Мамедова, когда тот ночью высаживал из машины двух красивых женщин, показавшихся ему армянками. А вот это уже хоть слабый, но очень интересный след…

– Он мог ошибиться. Как можно с ходу определить национальность женщины, да еще и ночью, при неясной видимости.

– Этот человек был родом из Армении и, по его словам, чуял армян на расстоянии.

– Следовательно, – вновь вклинился в беседу Расулов, – если наши предположения верны, у твоих командиров с той стороной фронта настолько тесные связи, что могут позволить себе заказывать экзотику. И это не все…

На этот раз продолжил Адылов.

– Саламова, по природе очень внимательный человек, как-то увидела у себя в приемной скомканную пустую коробку от сигарет “Арин-Берд”, производимых в Армении и в советское время высоко ценившихся нашими табаколюбителями. Мы сверили отпечатки пальцев покойного Мамедова с отпечатками, обнаруженными на коробке – не совпали. Следовательно, владелец был некто другой. Сигареты эти могли попасть в вашу часть из Грузии, где “бравые” армянские и азербайджанские предприниматели, плюнув на этнические и военные предрассудки, дружно делают бизнес. Мы под тем или иным предлогом вошли в контакт с выходцами из Грузии и казахскими 36 ребятами вашей части, но ни у одного из них в наличии этой марки сигарет не оказалось. Случайность? Может быть…

– Странно не то, что в вашей части находится курильщик, балующийся сигаретами армянского производства, я тоже ценю армянский коньяк и это действительно могло оказаться случайностью, – добавил полковник, – а то, что этот человек на фоне убийства гизира Мамедова оказался в опасной близости к Саламовой. Возможна попытка проникновения в дом нашей сотрудницы и, видимо, с этой же целью отравление ее собаки – это была часть единого плана по физическому устранению Саламовой.

– А вы не допускаете утечку из собственного ведомства?

– Исключено, – Мусаев решительно заявил, – я же сказал: операция строго засекречена, и в ней задействован узкий состав сотрудников. Каждого я лично подбирал и контролирую. Материалы дела хранятся даже не в “секретке”, а у меня в сейфе. Не исключено, что Саламова сама излишне усердствовала и попала в поле зрения противника. Покойный Мамедов мог бы рассказать хозяевам о нездоровом интересе недавно появившегося в их зоне влияния врача на некоторые вышеуказанные нюансы, которые она пыталась выведать у него под различными предлогами.

И еще что нас насторожило в деле убийства Мамедова… Вы знаете, какая обстановка сейчас на фронте. Гибель военнослужащих на позиции хоть у нас, хоть у армян не такой уж редкий случай, если даже они погибают от рук сослуживцев. Обычно руководство подразделения скрывает такие факты и пытается списать их противнику. А тут тотчас пригласили следственно-оперативную группу из райцентра. Провели экспертизу, нашли не только гильзу, но и, “повезло”, пулю. Она продырявила голову Мамедова, прошла навылет и сплющилась в дереве. Выковыряли и вытащили. Даже в таком бездарном составе СОГ местной полиции смогли воссоздать картину преступления, конечно, в том контексте, как им было выгодно. Сами же известили Особое Управление 37 . Хорошо, нас предупредил свой человек, он каким-то образом все пронюхал. Мы успели опередить особистов и через каналы полковника Гаджиева – у него очень сильные связи в Президентской администрации – забрали дело к себе на основании вышеупомянутой особой операции.