Чтение онлайн

— Я слышал о законе имперского города, но ещё никогда не видел, как он применяется на деле. Я тоже был удивлён, что ваш первый офицер снял обвинения.

— Имперский закон — это основа империи, — объяснила она с убеждённостью в голосе. — Только так можно гарантировать, что власть будет обязана миру.

Это прозвучало странно, может это была цитата. Я хотел спросить, но снова раздался стук.

Она пригласила войти, и дверь распахнулась. Там, отдавая честь, стоял матрос.

— Сэра, — начал он. — Лейтенант меча докладывает, что «Кровавая Рука» находится в пределах досягаемости баллисты.

— Хорошо, — ответила сэра, беря со стены одну из рапир, чтобы присягнуть её к талии. — Пусть начинает атаку, я сейчас буду.

— Да, сэра, — отчеканил солдат и закрыл за собой дверь.

— Вы не будите против, если я последую за вами на палубу? — вежливо спросил я.

Она с удивлением посмотрела на меня, затем покачала головой.

— Совсем нет. Вы сможете наблюдать, как имперский флот поступает с пиратами, — она указала на тарелку, стоящую передо мной. — Но не хотите сначала доесть?

— Я доем, — отозвался я, встал и просто взял миску с собой.

Я, конечно, почти ничего не знал о мореплавание, но то, что увидел теперь с полуюта «Снежной Птицы», впечатлило меня. Корабль сильно отличался от «Копья». Во-первых «Снежная Птица» была в три раза больше моего корабля, во-вторых, у неё были прямоугольные паруса и другая оснастка.

Корабль двигался как-то иначе в воде. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это ощущение ветра было другим. Он дул не с кормы, а со стороны. До сих пор я думал, что корабли могли плыть, используя ветер только так.

Экипаж также был во много раз больше, чем у «Копья», на борту, наверняка, присутствовало более восьмидесяти морских пехотинцев и лишь часть из них была занята управлением судна, остальные проверяли оружие и снаряжение. Почти у каждого солдата был арбалет и в большинстве случаев ещё лёгкая рапира, иногда топор или короткий меч. Абордажные сабли пиратов, видимо, презирались, зато каждый солдат имел наготове шесть или восемь метательных ножей в петлях на нагруднике.

Настроение на борту было хорошим, хотя люди готовились к бою. Казалось, все точно знают, что делать. Высокие щиты по бокам обеспечивали защиту от обстрела противника. Воронье гнездо на мачте было больше, чем я привык, предоставляя место за высокими стенами шестерым метким стрелкам.

Когда меня мыли, привязанного к мачте, корабль выглядел ещё довольно запущенным, теперь этого сказать было нельзя. Латунь и дерево везде были отполированы, кроме досок палубы. Там два мальчика, едва старше десяти или двенадцати лет, рассыпали песок.

Эльгата стояла рядом со мной, держа в руке одну из имперских подзорных труб. Она заметила мой интерес к песку и мрачно улыбнулась.

— Он для того, чтобы не поскользнуться от крови, — объяснила она. Она подняла трубу, поднесла ненадолго к глазу, потом снова опустила. — Стрелять по возможности! — пролаяла она, моряк, стоящий впереди, перехватил приказ.

— Да, сэра, стрелять по возможности! — выкрикнул он и лишь мгновение спустя с бака раздался жёсткий механический удар.

Я ещё никогда не слышал, чтобы баллиста издавала подобный звук. И не только это. Казалось, что вражеский корабль ещё слишком далеко для моего неопытного глаза, чтобы стрелять.

Я с любопытством отошёл в сторону, чтобы между парусов лучше рассмотреть бак, и то, что я там увидел, удивило меня. Эта баллиста была сделана не из дерева, а из металла, а её рычаги натягивала не скрученная верёвка, а стальная пружина.

Сразу четыре солдата прилагали там огромные усилия, чтобы зарядить оружие.

— А это орудие не слишком тяжёлое для корабля? — спросил я.

— Хм? — переспросила сэра; она так внимательно следила за происходящим, что не расслышала мой вопрос. Я повторил.

— Нет. Внутри металл полый, — лаконично сообщила она и выкрикнула приказ в переднюю часть корабля. Корабль ещё чуть больше наклонился на бок; я был удивлён, что он не перевернулся. Она бросила на меня взгляд, в котором явно было заметно напряжение. — Найдите безопасное место и оставьте свои вопросы на потом, — она снова прокричала команду.

Я отошёл в сторону и наблюдал, как перезаряжается баллиста. Это Амос там прицеливался, гладя поверх конца болта, а потом решительно передвинул рычаг.

Снова последовал этот тяжёлый удар, но на этот раз также раздались восторженные крики. Видимо, выстрел попал в цель.

В течение следующих двух часов я узнал о морском бое больше, чем хотел. Тактика имперского флота была очевидной. Решающим здесь был не рукопашный бой, а превосходящая дальнобойность баллисты и арбалетчиков. Когда пират понял, что не сможет ускользнуть, он изменил свою тактику и попытался втянуть «Снежную Птицу» в ближний бой.

Эльгате это было совсем не интересно. Она его не подпустила…

А когда он всё-таки приближался, меткие стрелки в вороньем гнезде обстреливали ют пиратов.

Несколько единичных стрел воткнулись в щиты, но большинство вражеских выстрелов не долетало до цели. Баллиста на носу снова и снова гремела, и постепенно её разрушительный эффект становился очевидным.

Пират лежал глубже в воде и, казалось, управлялся теперь лишь веслами, да и то с горем пополам. После добрых трёх десятков выстрелов капрал Амос положил на салазки сразу два болта и когда выстрелил, я увидел, что между болтами была натянута цепь. Выстрел был удачным и попал в цель, порвал такелаж пиратского корабля и сломал пополам мачту.

Остальная часть боя была массовым убийством. Последние десять выстрелов из баллисты были огненные болты. Капитан Копья Эльгата держалась на безопасном расстояние даже тогда, когда горящие обломки судна медленно перевернулись. Вскоре после этого корма пирата сначала приподнялась, а потом погрузилась в воду.

Обломки плавали на поверхности, тут и там за них цеплялось несколько пиратов. И я не ожидал, что последовало потом. «Снежная Птица» осторожно подплыла ближе, и арбалетчики на борту с мрачными лицами сделали своё кровавое дело, пока в живых не осталось ни одного пирата.