Чтение онлайн

— Итак, вы из будущего? — спросил Лев Яковлевич, усаживаясь рядом и наливая в чашки холодный кофе. — И как там у вас?

— Коммунизм у нас еще не наступил, — ответил ему Макс.

— Вы ведь из капстраны, да? А у нас таки уже наступил, вы посмотрите вокруг — красота… Вам до такого идти и идти, да и что там в этих ваших будущих? Я вам скажу так: рыночная экономика и частная собственность это, конечно, хорошо, одно плохо — когда средства производства находятся в руках паразитов. Вы читали Маркса?

— У нас не читают Маркса. У нас вообще не читают книги. У нас смотрят глупые фильмы, слушают однообразную музыку и следят за примитивными реалити-шоу, — буркнул в ответ Макс.

— Реалити-шоу? — нахмурил лоб одессит. — Я не знаю что это. Читал я как-то в американской прессе, доходящей до меня, о неких шоу с подглядываниями, но это так низко и подло, что я не стал вдаваться в подробности. Для капиталистов нет моральных запретов, их единственный бог — деньги, и они готовы бросить на алтарь этого бога все что угодно. Впрочем, вы об этом знаете лучше меня…

Лев Яковлевич глубоко вздохнул и, отхлебывая мелкими глотками кофе, задумчиво уставился в одну точку.

— У нас «пятая колонна» тоже пытается всячески доказать, что наш строй исчерпал себя, — после некоторой паузы продолжил одессит, — что у нас не развита индустрия развлечений и человек не может безгранично потреблять. Положительные вещи ими категорично замалчиваются. Замалчивается и тот факт, что «пятиколонники» и заведуют развлечениями и снабжением, и то что блага не доходят до обывателя — это их вина в первую очередь. Ох, молодой вы человек, проблема с ними еще серьезнее чем кажется. Вы только посмотрите на этих либералов — сплошь полоумные безумцы с сумашедшим взглядом, им только сидеть в лечебницах, да тюрьмах, где они, впрочем, частенько и бывают.

— У нас таких называют элитой.

— Элитой?! Пф-ф… я знаю, можете мне не говорить, я примерно представляю какая вакханалия творится в ваших странах. Правит тот, у кого больше денег. Но судьба редко дает деньги честным, все больше негодяям. Вот их и называют элитой. Точнее они сами себя так называют.

Лев Яковлевич хотел было продолжить разговор дальше, но его перебила появившаяся в дверях супруга, приглашавшая к столу.

Пообедав чечевичной похлебкой и сочным форшмаком, Макс вместе со Львом Яковлевичем прошли в гостиную. Удобно расположившись на диване у зажженого камина, Макс обратился к своему собеседнику:

— А вы коммунист?

— Я?! — встрепенулся одессит. — Да вы шо! Окститесь, молодой человек, я не настолько убог, чтобы быть коммунистом. Но я вам скажу, что коммунизм меня хоть и не полностью, но устраивает. Он способен принести гораздо меньше вреда обществу, чем все остальное. Выбирайте сами, но я вам скажу, если вы хотите осваивать космос и строить города на Марсе, то это возможно лишь при коммунизме. Капиталистам это не нужно — это не приносит доход. Мало того, если когда-нибудь в далекой галактике будет открыта алмазная планета, они сделают все возможное, чтобы до нее никогда не добрались. И знаете почему? Потому что избыток алмазов насытит весь спрос и обрушит цену на них — таков закон рынка.

Лев Яковлевич вновь глубоко вздохнул и вновь задумчиво уставился в одну точку.

— Ну ладно, мир мне не изменить, — сказал он через некоторое время. — Насколько я понял вы приехали в Москву, чтобы попасть на Олимпиаду, так?

— Ну… да… — растерянно произнес Макс.

— Тогда я вам, с вашего разрешения, немного посоветую — забудьте о политике хотя бы на эти короткие дни. Политика вредит всему, чего касается. Наслаждайтесь праздником спорта, такого больше не будет никогда. У вас есть планы на завтра?

Макс отрицательно покачал головой.

— Тогда я вам, от всего сердца, кстати, подарю билет на стрельбу. Я брал его для Цилечки, но, как оказалось, она терпеть не выносит всех этих выстрелов. Откуда же я знал ее привычки? Мы женаты всего сорок лет.

В кабинете Льва Яковлевича зазвонил телефон и, нехотя поднявшись, он ушел. Его долго не было. Макс смотрел на согревающий теплом огонь и потрескивающие в камине дрова.

Постепенно его сморил сон.

Макс проснулся, когда уже рассвело. Пока он спал, заботливые хозяева накрыли его теплым пледом. Макс встал с дивана.

С кухни доносилось неразборчивый разговор и звон тарелок. Макс вошел на кухню и поздоровался с гостеприимными хозяевами. Циля Марковна, кажется, никак не отреагировала на его приветствие, поспешив скрыться с кухни, перед этим одарив презрительным взглядом нашего героя. Ей как будто было неприятно само присутствие постороннего человека рядом с собой.

— Ах, вы уже таки проснулись, а я думал вы так и будете спать до вечера, — в ответ на приветствие Макса ответил Лев Яковлевич. — Вы знаете, молодой человек, если вы планируете посетить стрельбу, то вам неплохо бы уже поторопиться.

Макс сел за стол. Пока он завтракал, Лев Яковлевич подробно и доходчиво объяснил как добраться до стрельбища «Динамо» в подмосковных Мытищах, где будут проходить соревнования. После этого одессит вручил Максу красочный билет с надписью «Москва 1980. Игры XXII Олимпиады. Пулевая стрельба».

Затем Лев Яковлевич проводил нашего героя до остановки, усадил на электричку и сказал на прощание:

— Вечером обязательно заходите к нам, мы таки вас будем очень ждать.

Конечной станцией была платформа «Динамо». Стрельбище располагалось недалеко отсюда, за высокими кронами деревьев.

Макс выбрался из электрички. Шел мелкий дождь. Такой мелкий, почти неощутимый, что это был и не дождь вовсе, а крохотные капельки воды, распыленные в воздухе. Говорят, что в такой дождь стрелять одно удовольствие — капли совсем не мешают, а вот витающая в воздухе пыль оседает, и видимость становится значительно лучше.

Пройдя сквозь широкую аллею и предъявив билет, Макс нашел тир, где будут проходить соревнования по стрельбе; дисциплина — произвольный пистолет. Дальность стрельбы — 50 метров. Проходя мимо стрелковых мест, Макс обратил внимание на мишени. С такого расстояния они кажутся совсем крохотными, и по величине кажутся не больше окружности, образованной большим и указательным пальцами в известном жесте «о'кей».