Орфей спускается в ад
Шрифт:
Они долго и возбужденно обсуждают эту новость, совсем позабыв о Лейди.
Низенькая женщина с заправочной станции стремительно выбегает из лавки.
ДОЛЛИ. А сама она где?
БЬЮЛА. Входит в аптеку «Под белой звездой».
Долли кидается к телефону.
(Подойдя к Лейди.) Дайте мне слово, Лейди, что, если сюда явится эта девка Катрир, вы ее не пустите. Ладно?
ЛЕЙДИ. Нет.
БЬЮЛА. Как? Вы позволите ей войти?
ЛЕЙДИ. Ко мне в магазин вход никому не заказан.
БЬЮЛА. Вот как? Хотелось бы знать почему?
ДОЛЛИ. Тсссс! Я звоню.
БЬЮЛА. Куда?
ДОЛЛИ. В аптеку «Под белой звездой»! Хочу удостовериться, что мистер Дубинский не станет обслуживать эту девку. (Разыскав монету и опустив ее.) Дайте мне звезду под белой аптекой!.. (Топнув ногой.) То есть аптеку «Под белой звездой»! Я так разволновалась, что язык заплетается…
Лейди отдает бутылку Вэлу.
Бьюла у окна.
Занято.
Она еще не вышла?
БЬЮЛА. Нет, еще в аптеке.
ДОЛЛИ. Может, они сами догадаются не обслуживать ее?
БЬЮЛА. Как же, ждите! Дубинский обслужит краснозадую макаку, если та выложит на прилавок медяк и ткнет пальцем во что-нибудь!
ДОЛЛИ. Я, например, знаю, что когда она последний раз была здесь и зашла в кафе «Синяя птица», то битых полчаса просидела за столиком, и ни одна официантка даже близко не подошла!
БЬЮЛА. Нашли с кем равнять! Они ведь местные, а Дубинский — чужак!
Долли подходит к прилавку.
Грош цена нашему бойкоту, если не все будут заодно. Вот и Лейди сию минуту сказала, что обслужит ее, если она явится сюда.
ДОЛЛИ. Не может быть!
БЬЮЛА. Спросите сами. Мне она заявила, что лавка открыта для всех, в том числе и для Кэрол.
ЛЕЙДИ(внезапно встает и, повернувшись к ним, кричит). Какое мне дело, что вам она всем не по душе?! А мне вот нравится эта дикарка: я в восторге от того, что она доставляет столько неприятностей своему братцу! (После этой вспышки отошла за прилавок.)
ДОЛЛИ(у телефона). Тс-ссс!.. Мистер Дубинский? Говорит Долли Хэмма, жена мистера Песика Хэмма.
Неслышно входит Кэрол.
Скажите, пожалуйста, Кэрол Катрир случайно не у вас в аптеке?
БЬЮЛА(предостерегающе). Долли!
КЭРОЛ. Ее там нет.
ДОЛЛИ. Что?
КЭРОЛ. Ее там нет. Она здесь.
Бьюла проходит в кондитерскую.
Кэрол направляется к Вэлу.
ДОЛЛИ. Ах!.. Нет-нет, ничего, мистер Дубинский, я… (В ярости вешает трубку и идет к двери.)
Молчание. Взгляды всех — где бы кто ни стоял — прикованы к Кэрол. Она ехала всю ночь в открытой машине: волосы у нее разметались, лицо пышет жаром, глаза горят лихорадочным огнем. Держит она себя в этой сцене, словно загнанный зверек: смесь отчаяния с бесстрашием.
Молчание наконец прерывает Лейди.
ЛЕЙДИ(спокойно). Здравствуйте, Кэрол.
КЭРОЛ. Здравствуйте, Лейди.
ЛЕЙДИ(с вызывающей сердечностью). Я думала, вы в Нью-Орлеане.
КЭРОЛ. Да, была. Еще вчера вечером.
ЛЕЙДИ. Как же вы так быстро добрались?
КЭРОЛ. Гнала всю ночь.
ЛЕЙДИ. В этакую бурю?
КЭРОЛ. Ветром сорвало крышу с машины, но я не остановилась.
Она не сводит глаз с Вэла, а он упорно не обращает на нее внимания: отворачивается, ставит бутылку кока-колы на стол.
ЛЕЙДИ(с нарастающим раздражением). Случилось что дома? Кто-нибудь болен?
КЭРОЛ(отсутствующе). Нет… Насколько я знаю, нет… Если бы что и случилось, я бы не знала: они… Можно присесть?
ЛЕЙДИ. Да, пожалуйста.
КЭРОЛ(подходит к стулу у прилавка, садится). Они ведь платят мне, чтобы я не появлялась здесь…
Молчание.
Вэл неторопливо проходит мимо нее и идет к нише.
У меня, кажется, жар… Простудилась, должно быть, в дороге… Все вокруг словно в тумане…
Снова молчание, и только из глубины лавки, куда отошли Долли и Бьюла, ползет их приглушенное, свистящее шушуканье.
ЛЕЙДИ(сдерживаясь). Вам что-нибудь нужно?
КЭРОЛ. Все так далеко-далеко…
ЛЕЙДИ. Я спрашиваю, Кэрол, вам здесь нужно что-нибудь?
КЭРОЛ. Простите!.. Да.
ЛЕЙДИ. Да? Что именно?
КЭРОЛ. Нет-нет, не беспокойтесь, пожалуйста, я подожду…
Вэл выходит из ниши, на нем синяя куртка.
ЛЕЙДИ. Чего?.. Чего вы ждете, Кэрол? Вам не придется ждать: скажите только — что, и если у меня есть, извольте…