Чтение онлайн

Посмотрев по сторонам, он сел. Поднялась Тзя.

– Еды хватает, кормим полной долей. Уруки еще охотой теперь помогают, - она кивнула в сторону Углука, - лучниц от луков не оторвать. Щенки уруков, двое младших, умерли, поздно уже было. Остальные почти все встали, остались с десяток самых слабых, но не умрут, встанут. Крепкие. Часть уже в обучении. Все, что ты поручил, делаем. Мазей, отваров наготовили много. Должно хватить. Ученицы уже с простыми ранами справятся, а там уж как Темный решит. И еще, ты реши уже Вождь с Углуком.

Посмотрев на мрачного урука, я кивнул. Тзя села.

– Болото такой суеты не видело никогда, - Урта рубанул рукой и задорно сверкнул глазом, - все, кто может работает, весной сможем начать нерест во много раз больше, чем обычно. А уж как Драконы ходят, ты посмотришь. На каждый по две полные смены готовы. На реке нам теперь врагов нет.

– Прям уж и нет, хотя хорошо. Садись. Хромой.

– Все идет, как ты сказал, учим и учим. Они уже просто ходить разучатся, все норовят по привычке бегом. Парой Охотника уже почти всегда делают. Уруки и в одиночку, не всегда, но есть и такие. Ты не бойся, Вождь, мы их не слишком бьем. И дерево, не железо, да и кормят их хорошо. Доспехи на них. Учим. Десятком, лапой, ну и в одиночку. Они было роптали, а теперь втянулись, сами просятся. Тоскливо то в яме сидеть. И после работы их кормят лучше чем в яме. Наши-то уже того, орлы. Не стыдно и Темному в дружину.

– Не завирайся, в дружину, нам они самим нужны. Кто мне скажет, как там люди?

– А что люди, сидят у себя, - Хрууз покивал головой, - заставы наши кормят, не задираются. Сбежать не пытались. В полях работают. В лес только за дровами. Два десятка в лесных хуторах уголь жгут. Тоже тихо сидят.

– Хорошо. Но такой жизни нам недолго осталось, - я оглядел помрачневших Старших, - ходил, видел. Встречать Ульриха будем на этой стороне перевала, где расскажу. Даритай лошадей выделяет?
– Хромой кивнул, - как всадника бить все знают, от коня никто не побежит?

Мне ответил до этого молчавший Углук.

– Не побегут, Вождь, не побегут. Мне и самому было страшно поначалу, как кинется на тебя такое, да еще Даритай все норовит жердью ткнуть. А потом обвыклись. И стрелы на щит ловить от него привыкли. Не подведем.

– Хорошо. Сегодня я тебя посмотрю, - окаменевший лицом урук, помедлив, кивнул мне в ответ.

Отдав распоряжения Тзя, с очередной партией на обучение убежал к Даритаю.

Добравшись до его поселка, нашел его спящим в землянке в обнимку с Длинной и безжалостно растолкал обоих, попутно переполошив весь поселок. Присевшая у колодца Ая с посыльными с удовольствием наблюдали за получившимся бардаком.

Через полчаса я сидел у горящего очага и неторопливо попивал поднесенный мне напиток из кислого молока в компании Даритая.

– Даритай, я тобою доволен, - тот поклонился мне в ответ, - всем, и тем, как ты ведешь дела и учебой. Так сколько орков могут уже работать с лошадьми?

– Ухаживать за ними могут все, что здесь живут, это полтора десятка. Ездит на них пятеро, а есть один щенок, что их чувствует, как я, - он замялся, подбирая слова, - он сразу же подошел к лошадям, и они его поняли. Я не знаю, как это ему удалось, но он их чувствует, а они за ним бегают, как собаки, - запнувшись, покосился на меня, - как дети за матерью.

– Хорошо. Значит, от конницы орки не побегут?

– От одного всадника, точно. От десятка, может, и не побегут, а полусотня выбьет всех.

– Буду знать, и об этом с тобой у меня разговор будет. Ты просил тебя принять в род?
– он кивнул, - у нас впереди трудный бой. Ульрих, по твоим словам и рассказам других людей, приведет не меньше двух десятков воинов на лошадях. А может и больше. Мне не хочется терять много своих воинов. Я хочу, чтобы ты с Тзя сварили отвар для лошадей Ульриха, ты меня понял?

Дернувшийся Даритай опустил голову, помолчав, произнес, не поднимая ее.

– Вождь, лошади, травить их...
– помотав головой, он еще раз повторил, - травить их. Я не знаю, смогу ли я... Я не хочу, не могу это сделать. Накажи меня, но я не могу это сделать.

Подняв голову, он твердо взглянул мне в глаза. Покивав ему в ответ, я произнес.

– Рано значит тебя в род брать, был бы родичем, я бы тебя казнил, - Даритай, не опустив глаза, продолжал смотреть на меня, - но ты не в роду у меня, прощаю. Мне не надо их травить до смерти, мне нужно спешить, как можно больше всадников Ульриха. Думай сам, говори с Тзя, придумайте что-нибудь, но спешите дружинников. Если это не сделать, ты понимаешь, сколько погибнет орков. Я не хочу их смертей. Думай, и для тебя будет лучше, если ты придумаешь. На этом все, отвези меня в Большой лагерь.

Тихая заводь у обычного островка на Болоте, заросшего ивой и ничем не примечательного. Как и все остальные он зарос со всех сторон полосой высокого тростника, с виду стоящего сплошной стеной.

Сейчас у нее стояла на якоре тяжело груженая барка Бооргуза. Экипаж в основном спал, на страже стояла пара воинов Семьи, самые непоседливые пытались ловить рыбу. На остров отплыл на небольшой лодке Купец с парой доверенных воинов.

Сейчас он сидел в тени старой ивы, с неприязнью косился на солнце, пытавшееся достать его своими лучами через густую крону. У малого костра, почти не дымящего возились оба его спутника, державших свое оружие под рукой.

Расслабленно сидевший у ствола Купец, до этого поглаживающий свой топор, дернул ухом и тихо цыкнул. Стражи, схватив оружие, замерли с двух сторон от него.

Из-за ствола дерева в пяти шагах от них вышел орк, по самые глаза укутанный в травяную накидку с глубоко надвинутой шляпой. Остановившись, он протянул вперед руки показывая, что они пустые. Купец взмахом руки отправил прочь заворчавших орков охраны и показал на землю перед собой.

Подождав, пока шаги охраны утихнут вдали, Купец кивнул головой в знак приветствия.

– Я помню тебя, ты один из Рвачей. Это хорошо, что ты уцелел. Ты помнишь свой долг Бооргузу?

– Это трудно, забыть Бооргуз, особенно когда он все время о себе напоминает, - пришедший сел удобнее, - я вас тоже помню, видимо, ваш отец ушел к Темному. Интересно, чем он может порадовать нашего отца?

– Не забывайся, Рвач, - Купец почесал ухо шипом своего топора, - все, что ты можешь мне сказать, я могу узнать и у других.

– Сможешь, но не все. И ты это знаешь.

– Знаю, ты лучший сотник Рвачей, по словам моего отца, да и я помню, как под твоим началом они делали свою работу. Потому заканчиваем этот разговор. Мне интересно другое, расскажи мне о Ходоке.