Чтение онлайн

Было бы глупо думать, что он просто уйдет, лишь немного попугав. Паланок приподнял меня над кроватью, придерживая ладонью голову. Дыхание щекотало шею. Я услышала, как он тянет носом воздух, будто впитывая запах. И только затем вампир пронзил клыками тонкую кожу.

Вскрикнула, панически цепляясь за каменные плечи. Изогнулась в бессильном протесте, попыталась оттолкнуть, но все мои трепыхания остались незамеченными. Боль, такая невыносимая в начале, по мере того, как он тянул из меня кровь, постепенно стихала, оставляя лишь жжение и пульсацию. От накатившей слабости мысли путались и уплывали. И в какой-то момент мне стало все равно, что со мной происходит, и чем все закончится.

Осенью утром особенно холодно и промозгло, поэтому спали мы под шерстяными одеялами. Но когда я проснулась, ощущение, что спала я голой и на крыше. Ноги и руки просто окоченели, хотя я и была укутана почти по шею.

— Никогда так не высыпалась, — потягиваясь, заявила Анна.

— Угу, — отозвалась Карен, сидевшая на краю кровати, и расплетавшая косу. — Мне снилось что-то такое хорошее… Клэр, ты встаешь? Учителя уже начали о тебе беспокоиться.

— Нет, останусь дома. Чувствую себя не очень хорошо.

Это была абсолютная правда. Голова кружилась, да и ещё подташнивало. Ночь я абсолютно не помнила, но простыня сбилась так, будто во сне я выплясывала на кровати канкан. Карен, проходя мимо, пощупала мне лоб.

— Температуры нет, хотя ты все же бледновата. Принести тебе завтрак?

Благодарно кивнула, почесывая шею.

— Слушай, а ты клопов случайно не принесла? — с подозрением спросила Анна. — Эй, ты себе шею уже до крови расчесала. Фу!

Я замерла, а затем посмотрела на свою руку. Под ногтями виднелись красные полоски. К горлу тут же подкатилась тошнота, и я, спотыкаясь, рванула в ванную комнату.

— Если ты залетела, то я знаю хорошего доктора, который тебе поможет!

Замечательно. Теперь еще пойдут сплетни, что я беременна. Карен, отлично знающая мою слабость перед видом и запахом крови, зашла минут через пять с пластырем и мазью.

— На что похоже? — зажав нос, спросила я, пока соседка обрабатывала мне шею.

— Не на клопов. Скорее, на аллергию. Расчесы, краснота, и какие-то пятнышки. У тебя уже было что-то похожее. Лучше и вправду показаться доктору.

Когда девушки ушли, я снова заснула, так и оставив завтрак на тумбочке около кровати. Проснулась уже ближе к трем пополудни, такая же разбитая, и в придачу ужасно голодная. Мадам Жабер заглянула в комнату, где я бродила растрепанным призраком в халате и шерстяных носках, недовольно поцыкала языком, но так ничего и не сказала. А спустя час принесла мятный чай и пирожков с повидлом. К вечеру вернулась Ален, с затуманенным взглядом и горящими губами.

— Влюбленность тебе к лицу, — с легкой завистью сказала я.

— А тебе не очень. Чего у тебя шея заклеена? Твой страстный вампир заходил, кровушки попить?

— Месье Паланок не вампир, он подонок, — скривилась я. — И у меня аллергия.

— Ого-го! Что там между вами произошло? Он, кстати, тебя искал несколько дней назад.

— Вчера нашёл. Я выплеснула на него кофе, а он обещал со мной поплатиться.

Улыбка Ален увяла.

— Звучит как-то не очень романтично. А ведь показался таким приятным мужчиной. Даже не слишком обиделся, когда я на него святой водой побрызгала.

— И что?

— Ты же сама сказала, что он не вампир, а подонок, — подколола меня художница. — Но ты не думала, что он не упырь, а оборотень?

— Оборотни в Париже? Звучит как очень плохая идея для романа.

В коридоре послышались тяжелые медленные шаги, и в комнату без стука зашла хозяйка пансиона.

— Клэр, тебя там спрашивает один месье.

Мы с Ален переглянулись. В её взгляде было предвкушение, в моем — паника.

— И кто? — первой спросила подруга.

— Представился как месье Эмбер… Рихтер, Райан?

— Рейнард?

— Как-то так. Его прогнать, или ты спустишься? Я не собираюсь пускать всяких хлыщей в пансион, — сурово поджав губы, сказала мадам Жабер.

— Да, пусть подождет!

В этот момент я осознала, что совершенно неподобающе выгляжу, и начала поспешно переодеваться.

— Так, и кто этот Рейнард? — наблюдая, как я, пыхтя, натягиваю чулки, спросила Ален.

— Учитель… Ты не поможешь с пуговицами на платье?

— Повернись, — скомандовала подруга. — И чему же он тебя учит, дорогая?

— Не меня, это учитель Клода, моего братишки. — И не удержавшись, похвасталась: — Он пригласил меня на Бал белых хризантем.

— Клод?

— Рейнард Эмбер!

— Наверное, он воет на полную луну и поскуливает, когда его гладят за мохнатым ушком.

Я закатила глаза.

— Выкинь все свои романчики в помойку. Оборотней, как и вампиров не существует.

Ален только хихикнула. Торопливо собрав волосы в пучок, я покрутила головой у зеркала. И вздохнула.

— Хотя да, наверное, он оборотень. Настоящий мужчина бы на такую красоту не клюнул.

— Превратить призрака в живого человека не так сложно, — подмигнула моему отражению художница. — Иди сюда.

Она так старательно орудовала кисточками у моего лица, пытаясь скрыть нездоровую бледность за пудрой и румянами, что я расчихалась.

— Всё, хватит. Меня ждут.

Едва не свалившись на лестнице, я перешла на легкий шаг, и вышла, полная достоинства. И все же Рейнард Эмбер, ждущий на крыльце, почему-то заулыбался.

— Мадмуазель Легран, у вас что-то, к-хм, на носу.

— Правда? — я испуганно попыталась скрыться в доме, но Эмбер успел меня перехватить.

— Подождите…

Учитель достал из кармана платок, и осторожно потер мой нос. А затем продемонстрировал — на белом батисте отпечатались персиковые румяна.

— Зачем вам румяна, мадмуазель? Вы ведь так мило краснеете.

— А зачем вам лесть? — парировала я. — Вы же учитель в католической школе.

— Но при этом не перестаю быть мужчиной. Которым хочет пригласить понравившуюся ему девушку на бал.