Чтение онлайн

– Хорошо, на улицу так на улицу.

Друзья вновь оказались в прихожей. Илья стал одеваться. Мать, заметив, что сын одевается, спросила его:

– Ты куда?

– На улицу.

– Только недолго: обед скоро будет готов.

– Ладно, – ответил Илья.

Друзья вышли во двор, а потом на улицу. Уже выглянуло солнце. От белого ослепительного блеска в глазах точно резало, и нужно было время, чтобы привыкнуть к свету.

– Нынче так светло, – начал Николай, не зная с чего завести разговор.

– Я-то вижу у тебя хорошее настроение.

– А у тебя разве плохое?

– Нет, но отчего оно должно быть и хорошим?

– Ну, хотя бы оттого, что…

– Что на улице светло и это поднимает настроение, – прервал Илья друга. – Так, да?

– Разумеется.

– Тебе хорошо, должно быть, тебе сама природа создаёт радостное настроение.

– Если бы это только так и было, – возразил Николай.

Последовало молчание. Друзья молча шли по улице, то осматриваясь по сторонам, то глядя под ноги. И тот и другой испытывали внутреннюю скованность, неуверенность. Светило солнце, и веяло теплом, чувствовалось таяние снега.

– Завтра снега уже не будет, – заметил Илья с каким-то сожалением.

– Да, не будет, – тупо сказал Николай.

– Значит, завтра у тебя будет совсем другое настроение?

– Вероятно… Не знаю… То будет завтра, а сегодня есть сегодня.

– Николай, я-то ведь тебя знаю хорошо, ты чего-то недоговариваешь.

– Нет, Илья, просто-напросто я не знаю, как и с чего начать.

– А начни тогда с какой-нибудь ерунды.

– С какой ерунды? – удивился Николай.

– С любой.

– Как скажешь… Ты любишь кого-нибудь?

– Наверное, – притворяясь, сухо ответил Илья.

– Вот ты наверное, а я наверняка.

– А в чём разница между этими словами?

– В степени самой уверенности: ты в сомнительной, а я в убеждённой. Не отвлекай пустяками… Да вот не знаю, как мне к ней подойти.

– Подойди к ней да и скажи: вот, так и сяк, милая, я люблю тебя.

– Нет, Илья, это несерьёзно.

– Тогда не знаю, а начинать всё равно с чего-то надо будет.

– Эх, только бы знать с чего.

– А кто она такая?

– Кто она?.. Ирина…

Илья не дал ему договорить.

– Репнина? – прозвучал его вопрос.

– Да, она, – ответил Николай, не замечая изменившее настроение друга.

– Одобряю твой выбор, друг. Уже время – мать, должно, давно приготовила обед. Пойдём ко мне, пообедаем вместе.

– А пойдём.

Друзья вернулись домой. Анастасия Алексеевна, давно приготовив обед, дожидалась их возвращения. Она была недовольна ими.

– Долго вас, друзья, где-то носило, – сказала она, упрекнув их.

– Пришлось, – возмутился Илья.

– Ну ладно, проходите сразу на кухню.

Кухня, куда они все втроём прошли, жарко натоплена, и долго в ней находиться было невыносимо. Быстро и сытно отобедав, Николай простился с Мудриковыми и ушёл домой. А Илья с Анастасией Алексеевной перешли в зал, где было свежо и светло.

– Я рада за тебя, сынок, – сказала мать и, помолчав недолго, добавила: – Вы с Николаем точно братья.

– Вот именно, мы как братья.

– Неродные, случается, лучше даже родных, сынок, – с осторожностью заметила ему мать.

– Наверное. Но этого я утверждать не могу, так как родного брата у меня нет. А может быть, это даже и к лучшему. Так ведь?

– Что?.. – встрепенулась Анастасия Алексеевна. – Что ты спрашиваешь?

– Ничего я не спрашиваю, просто говорю… Просто мысли вслух.

– С тобой что-то случилось?

– Со мной? – переспросил Илья.

– Мне кажется, ты чем-то встревожен, и голос у тебя изменился.

– Какой?

– Язвительный.

– Какой?.. Мама, говори понятно и просто.

– Я и говорю… Чем ты так встревожен?

– Ничем.

Анастасия Алексеевна, помолчав, поднялась со стула и вышла из зала. Илья остался сидеть на диване. Затем он улёгся на спину и закрыл глаза. Полежал немного таким образом, повернулся набок, лицом к спинке дивана, и так оставался лежать долго.

Илья услышал сегодня нечто ужасное для себя. Ведь его самого особенно беспокоила в последнее время Ирина. Он совсем не ожидал услышать откровенное признание друга, который был больше чем другом – был братом. Но человеческая близость, даже близость таких двух друзей, мало что решает в столь спорных вопросах – обязательно происходит столкновение. Но как не допустить столкновения и возможно ли это вообще? А невозможного, как известно, ничего нет. Илья, оставаясь на диване неподвижным, перебирал в голове возможное и невозможное. Он пока неясно себе представлял, как отнесётся к нему самому Ирина, возможно любившая другого. А это как раз Илье не давало покоя. Теперь он сам, как и его друг, не знал, как поступить, что ответит Ирина в случае его признания ей в любви. Илья боялся быть отвергнутым.

В ночь на первый день зимы выпало много снега. Стояли слабые морозы. Давно замечено, что на многих людей зима действует как-то по-особому: она своим холодом словно остужает пылкие, горячие нравы, приводя тем самым в благоразумное состояние. Случается и другое: некоторые оказываются упрямы, своенравны, что окати хоть ледяной водой, хоть кипятком – всё едино будет. И Бог им судьёй становится. Эх, попробуй разгадать сразу, кто из нас какой.

Друзья, Илья и Николай, встречались как прежде, подолгу вместе находились, разговаривали между собой, строя планы на будущее. Вот они снова вместе.

– Я слышал, ты встречаешься с Ириной? – поинтересовался Николай.

– Ну да, случалось иногда.

– И как она?

– В каком смысле?

– В том смысле: как живёт, как учится, – пояснил Николай. – Ведь вы о чём-то говорили?

– В принципе, ни о чём. Так себе, встретимся, поздороваемся, потопчемся на месте и расходимся.

– И всё?

– И всё.

– Слушай, – переводя разговор на другую тему, спрашивал Николай, – а как думаешь встретить Новый год? Уже декабрь, время-то быстро идёт.