Чтение онлайн

— Девочки! Кто вы… как… в таком виде…, - ошеломленная Регина напрочь забыла, что готова была лично отдать приказ страже растерзать вторгнувшихся в святая святых Дворца полуночниц.

Еще в большее недоумение она пришла, когда обе девушки синхронно пали на колени и, размазывая по грязным мордашкам слезы и сопли, попытались на два голоса что-то рассказать. При чем обе старались не повышать тон и регулярно с ужасом оборачиваться на запертую дверь.

Не будь Регина уже двадцать четыре года единодержицей в Гориции (и пусть Аустин даже не мнит о себе большего), она бы не смогла четко и властно прервать завывания парочки истеричек. После чего эти две потеряшки были направлены в ванную с наказом не шуметь (ибо за стенкой супружеская спальня, и Король может весьма обра… возмутиться такому подарку на ночь) и привести себя по возможности в порядок.

И только дождавшись умытых (а некоторых даже отмытых от излишней косметики) девиц, Ее Величество позволила им присесть и по очереди рассказать «чудовищную, дикую, отвратительную историю», в которую Дульсинея и Геома вляпались по самые сережки, обнаружив скрытый за гобеленом тайный ход, ведущий, на их беду, в крыло, занимаемое до сего дня загрызенным архимагом Диноном Вероэни.

— Молодой человек! Немедленно руки прочь от моей… моего тела! — от неожиданности кронпринц дернулся и голова Эйлис, лежавшая у него на плече всю дорогу до Торторены, подпрыгнула и смешно клацнула зубками. — Ррруки! Убрал!

— Слава Светлым Богам! Ты пришла в себя, любимая! — Рин развернул Лису к себе и вгляделся в ее зеленые глазищи, очень недовольные и злые глазищи. — Эйли? Лисёнок?

— Я тебе покажу сейчас лисёнка, наглая твоя …, - молодая женщина задумалась, подбирая определение растерявшемуся Ринэйрту. — Хапуга!

— Кто? Я?! — не таким видел Рин пробуждение своей жены, ой, не таким. — Прости, дорогая, я все понимаю, последствия яда не до конца… асфиксия… нарушение, эээ, работы чего-то там в мозгах…

— Это я тебе сейчас сама что-нибудь в мозгах нарушу! — тыкнула пальчиком в грудь мужа Эйлис, от злости прикусывая нижнюю губу. В ее глазах так и плясали зеленые искорки. — А ну говори, кто таков!

— Рин. Муж. Любимый… и единственный, — по-военному складно отрапортовал наследник Короны, хмурясь от того неприятного факта, что рыжеволосая нахалка не узнает его спросонок.

— Чем докажешь? — сурово сдвинув бровки, прищурилась Лиса.

— А надо? Молчу! Виноват, осознал, — младший Вельтлант на секунду завис в раздумьях, а потом сгреб в охапку свое неразумное рыжее чудо и впечатался в губы собственническим поцелуем.

— Если выживу, запатентую собственный способ лечения амнезии, — хмыкнул про себя довольный Рин, с наслаждением делясь только что открывшимися целительскими способностями.

— Ринэйрт Мирт Кайст Вельтлант! — отрезвляющий голосок жены и ее задорный смех вернули несостоявшегося лекаря на землю… то есть в салон кареты. Маленькая плутовка, голову которой украшали остренькие доказательства срабатывания инновационного метода лечения, обхватила ладошками его лицо и смачно чмокнула в нос.

— И что это было? — обескураженный принц разжимать свои руки не стал, а ловко пересадил себе на колени вредное создание, чуть не доведшее его до… точки. — Я прошел проверку, а, Лиса?

— Прошел, муж мой единственный и неповторимый, — чуть смущенно ответила Эйлис, ерзая, чтобы поудобнее устроить еще одно пушистое доказательство, что только в присутствии Рина она моментально обзаводится дополнительными украшениями. — Рин, отвернись, я сейчас все спрячу. И вообще… Скажи честно… Ты меня за вот это все не презираешь? Никак у меня этот своевольный хвостик убрать не получается по своему желанию…

– Боюсь, если мы сейчас твой хвостик обсуждать начнем, то мы не только к завтраку во Дворец опоздаем, а ещё и к обеду, — Рин расхохотался и прижал заворчавшую было Лиску к себе, — и появимся только к ужину. Пока нам еще несколько часов трястись в этой тесной коробчонке, давай, что ли, займемся тренировкой… твоего оборота. А то как тебя на люди выводить, ума не приложу!

— Сам дурак, а я обиделась, — привела чисто женский аргумент Эйлис, сердито засопев в такое уютное плечо. — И вообще… Ну, не знаю я, почему, когда ты меня целуешь… и не только… у меня хвостик отрастает. И ушки. Я ужасный нелюдь, да?

— Дурочка ты моя, — Рин поцеловал жену в макушку и потерся щекой о мягкие пряди. — М-м-м… у какой зверушки такие ушки… вкусные… И хвостик. А уж что под … Ай, не кусайся! Лиска! Нас моя мама на завтрак ждет. Ну, вот доигралась! Грых с ним, этим завтраком. А не завалится ли нам по дороге в гостиницу? Обсудим тему про ушки и хвостик…

— Нет, ну, как можно быть такими… идиотками! Реджи, и это отобранные тобой кандидатки! — Аустин, уже не таясь от поникшей супруги, набулькал себе в вазу крепкого контрабандного бренди, перед этим остервенело вышвырнув из нее заботливо составленную самой Королевой икебану. — Что они, прости меня Пресветлый, забыли по ночи в той части Дворца? Напомни-ка мне!

— Потерялись, — огрызнулась Регина, сложив руки на груди в защитном жесте. — Ты бы не пил на ночь, Аусти, это вредно для…

— Тупых куриц во Дворце разводить вредно! А это, — он помотал перед носом супруги наполовину полной янтарной жидкостью хрустальной посудиной, — это, Реджи, чтоб успокоиться и не отправить тебя на ночь глядя пешком в монастырь к грыховым непорочным сестрам! Вместе с этими… этими двумя!

«Эти две» хлопали округлившимися глазенками и боялись даже громко вздохнуть, чтобы, не приведи Светлый, Его Величество не исполнил свою угрозу.

А ведь как необычно все начиналось! Тайны, интриги, расследования! Найденная потайная дверца в комнате Геомы, которой не давала покоя мысль, что она может вылететь птичкой обломинго с кастинга.

А закончилось чем? От пережитого у девушек до сих пор тряслись конечности и срывался голос. Юным аристократкам, получившим классическое образование в виде танцев, музицирования и прочих «искюсств», как выражалась их местная, дворцовая, надзирательница и по совместительству статс-фрейлина Селирия Кордо, не пристало случайно находить подземный ритуальный зал, в котором они обнаружили…

— Так вы обе утверждаете, что мумифицированных жертв было трое? — Король сделал продолжительный глоток, глубоко втянул побагровевшим носом воздух и совсем не по-королевски хакнул, утирая скупую слезу. — Ядреное пойло у северян! Будете? — подобревший монарх широким жестом протянул вазу и с одобрением кивнул Дульсинее, которая зачарованно вцепилась в нее обеими лапками и с тихим всхлипом отхлебнула дармовой напиток. — Слышь, Реджи, ты эту отчаянную смело записывай к Эйлис в свиту. Смотри, навернула полвазы и даже глазом не повела! Такую фрейлину можно и на дипломатические переговоры брать… к оркам.