Чтение онлайн

— Звоните кому угодно, — сказал он Гастону, собирая вещи. — Но я сейчас проведу обыск по судебному ордеру.

Он закрыл отсек и направился прямо к Гастону, хотя в проеме гаража было достаточно места, чтобы обойти. Испуганный этим движением, Гастон отступил назад и в сторону. Он достал из кармана мобильный телефон и начал звонить.

Стилвелл вошел в гараж и увидел, что левая сторона уставлена пустыми зарядными ячейками. Все туристические кары, вероятно, были в использовании или, по крайней мере, находились в гавани, готовые к прибытию туристов с паромов. Правая сторона гаража предназначалась для ремонта или разборки каров на запчасти. Там стояли два шестиместных кара в разной степени разобранности. Один был на подъемнике, так как у него не было колес. Другому требовался кузовной ремонт, поскольку его стеклопластиковый перед был расколот — похоже, он врезался во что-то.

В правом заднем углу гаража находился Г-образный верстак с инструментами, висящими на перфорированной доске за ним. Это привлекло внимание Стилвелла, и он обошел два сломанных кара, чтобы рассмотреть. Гастон последовал за ним в ангар и стоял в центре, разговаривая с кем-то по телефону.

— У него есть ордер на обыск, — сказал он. — Я не мог его остановить.

Стилвелл осмотрел доску с инструментами, пока его взгляд не остановился на ручной пиле с длинным лезвием и синей пластиковой рукояткой.

— Э-э, сейчас он в задней части у инструментов, — сказал Гастон. — Ты приедешь?

Стилвелл достал телефон и сделал фото пилы, висящей на доске. Затем надел перчатки и снял пилу. Под лучом фонарика он внимательно изучил лезвие. Ему не потребовалось много времени, чтобы определить, что оно новое. На его нержавеющей поверхности не было царапин, следов коррозии от соленого воздуха, а зубья были нетронутыми, без признаков того, что ими резали даже кусок масла.

Однако пластиковая рукоятка пилы была старой и испещренной следами времени и использования. Новым было только лезвие.

— Это пила для труб, — сказал Гастон. — Мы используем ее в основном для стеклопластика и ПВХ.

Он подошел к Стилвеллу сзади. Телефон он уже убрал.

— Что-нибудь еще ею резали? — спросил Стилвелл.

— Только то, что связано с карами, — сказал Гастон. — Мы переделываем. Иногда разрезаем их пополам и делаем из двух четырехместных один восьмиместный или шестиместный. Вот так.

— Не похоже, что кто-то резал этой пилой последнее время. Лезвие выглядит новым. Вы недавно его меняли, Генри?

— Э-э, нет.

— Вы уверены?

— Конечно, уверен.

— Сделайте мне одолжение, закройте гараж и выключите верхний свет.

— Зачем?

— Потому что, если вы этого не сделаете, я сам это сделаю и могу нажать не ту кнопку.

— Ладно.

Гастон пошел выполнять указание. Стилвелл снова посмотрел на пилу. Лезвие было около восемнадцати дюймов длиной с очень мелкими зубьями — подходящее для ровного реза стеклопластика и ПВХ-труб. Оно крепилось к рукоятке двумя барашковыми гайками. Он использовал большой и указательный пальцы, чтобы открутить гайки и снять лезвие. Гастон потянул за цепь, прикрепленную к шкиву у верха гаражных ворот, и они начали опускаться.

Сняв лезвие, Стилвелл положил рукоятку на верстак и осмотрел одну сторону, затем другую под лучом фонарика. Верхний свет выключился, и гараж погрузился в темноту, за исключением луча фонарика Стилвелла и дневного света, проникающего под карнизами гофрированной крыши.

Стилвелл распылил химикат из бутылки на одну сторону рукоятки — вещество, которое излучает беловато-голубое свечение в присутствии гемоглобина. Затем выключил фонарик и стал ждать, наблюдая.

— Что происходит? — крикнул Гастон из темноты.

— Я провожу предварительный тест на наличие крови, — сказал Стилвелл.

В месте, где стоял Гастон, воцарилась тишина.

Прошла минута, и ничего не произошло. Стилвелл включил фонарик, перевернул рукоятку пилы и распылил химикат на другую сторону. Пока свет был включен, он провел лучом по гаражу, чтобы найти Гастона. Тот отошел от ворот и теперь стоял в десяти футах позади Стилвелла, пытаясь разглядеть, что он делает.

— Останьтесь там, Генри, — сказал Стилвелл.

— Почему? — сказал Гастон. — Я здесь работаю. Имею право быть где угодно.

— Мне нужно знать, где вы, когда свет выключен. Не шутите со мной. Вам это не понравится.

— Ладно. Я стою здесь. Делайте, что хотите.

— Спасибо.

Стилвелл выключил свет и посмотрел на верстак. Отверстия в рукоятке пилы, где крепилось лезвие, заполнились бледно-голубым фосфоресцирующим свечением. Это означало, что кровь, вероятно, просочилась в отверстия и не была смыта при чистке.

— Можете включить свет, Генри, — сказал Стилвелл.

Гастон вернулся к выключателю, и верхний свет загорелся. Стилвелл подошел к воротам гаража, держа рукоятку пилы в перчатке.

— Откройте, — сказал он.

Гастон потянул за цепь, и ворота начали подниматься.

— Что значит «предварительный»? — спросил он.

— Предположительный, — поправился Стилвелл. — Это значит, что это что-то похоже на кровь, но лаборатория должна подтвердить.

— Так вы это забираете?

— Да, на основании ордера на обыск. Кому вы звонили по телефону, Генри?

— Я позвонил Бэби Хэду на его точку. Он уже едет.

— Это не имеет значения. Я все равно это заберу.

Стилвелл вышел к своему кару и достал пакет для улик из отсека для хранения. Положил рукоятку пилы в пакет, запечатал его и красным маркером написал на нем дату, время и номер ордера на обыск. Пакет он положил в отсек и запер его ключом.

Он сел на место водителя и взял планшет с полки под приборной панелью. Гастон стоял в проеме гаража и смотрел.

— Я выписываю вам квитанцию за рукоятку, которую забираю, — сказал Стилвелл.

— И что это дает? — сказал Гастон.

— Фиксирует цепочку хранения улик.