Паслен
Шрифт:
Когда карета, наконец, въехала в каменные стены монастыря, у Люстины скрутило живот. Она последовала за епископом Венейблом из кареты в здание лазарета.
Вниз по каменной лестнице он шел первым с единственным факелом, который прихватил с кронштейна на стене, и когда они, наконец, достигли самого нижнего уровня, волнение в ее животе превратилось в котел чистого ужаса.
– Ваше превосходительство, я не имела в виду никакого неуважения ранее .
Не потрудившись поговорить с ней, он остановился перед комнатой, которая несколько раз использовалась как морг для умирающих. Однажды ей пришлось сопровождать одну из монахинь лазарета, которая катила тело вниз по лестнице, гладкому кирпичному склону без каких-либо ступенек на противоположной стороне здания. С тех пор этот тревожный опыт не выходил у нее из головы.
Епископ Венейбл открыл дверь в камеру внутри, не обнаружив ничего, кроме холодной и пустой комнаты.
– Сегодня ты будешь спать здесь .
Ужас скрутил ее внутренности.
– Что?
– Возможно, это научит тебя больше не задавать мне вопросов .
– Ваше превосходительство, пожалуйста. Я больше не буду этого делать. У вас есть мое слово. Пожалуйста, не заставляйте меня спать здесь, в темноте, одну .
– Туда. Сейчас же .
– Пожалуйста. Я умоляю ваше превосходительство!
– В комнату! Сейчас же!
Один сильный толчок сзади отправил ее влететь в комнату, и она упала на каменный пол, ободрав колени о его твердую поверхность. Она быстро вскочила на ноги, но прежде чем она успела добежать до двери, та захлопнулась, заперев ее в маленьком, кромешно-черном помещении.
В панике она ударила ладонью по холодной поверхности и закричала.
– Пожалуйста! Выпустите меня отсюда! Пожалуйста!
Только звук защелкивающегося замка был ответом на ее крики.
– Пожалуйста! Ваше Превосходительство! Я не могу остаться одна в темноте! Пожалуйста!
Звук удаляющихся шагов прокатился по ее спине, и Люстина развернулась в темноте, неспособная видеть что-либо дальше собственного носа. Ее сердце бешено колотилось
грудь, и она закрыла глаза от видений, проносящихся в ее воображении. Одни из злых существ, которые вцепились когтями в ее разум.
– Мама , - захныкала она, прижимаясь к двери.
– Пожалуйста .
Плохие и ужасные вещи происходили в темноте. Она крепко зажмурилась, прогоняя видения из своей головы.
Я не боюсь. Я не боюсь. Я не боюсь.
В последовавшей тишине она подумала о Драйстане. Бедный мальчик, который пострадал от ударов плетью. Конечно, его раны были хуже, чем эти. Конечно, он страдал гораздо больше, чем она.
Люстина открыла глаза в темноте, которая ничем не отличалась от той, когда они все еще были закрыты. Там, в комнате, она увидела Драйстана, цепляющегося за столб, и хлыст, щелкающий по его бледной-пребледной плоти.
– Если Бог есть,- прошептала она в темноте, - прояви к нему милосердие.
Беспокойство за мальчика отвлекло ее от страхов, все еще требовавших ее внимания.
Должно быть, прошли часы, ее кожа покрылась мурашками от холода, и когда дверь наконец открылась, Люстина едва могла видеть из-за слепящего света.
Она встала и обнаружила, что епископ Венейбл пристально смотрит на нее.
– Ты чему-нибудь научилась из этого, девочка?
– Да, ваше превосходительство,- сказала она, вздернув подбородок.
– Я поняла, что больше не боюсь темноты .
Его челюсть дернулась, глаза горели тем, что она предположила как разочарование.
– Внутри тебя есть зло. Совсем как твоя мать. И попомни мои слова, я изгоню это из тебя, или тебя постигнет та же участь.
Проигнорировав его угрозу, она вздернула подбородок еще выше.
– Я рассчитываю остаться здесь, в монастыре, когда вы в следующий раз отправитесь к лорду Прецепсии .
– Ты ожидаешь чего-то неправильного. Хотя я был бы склонен, чтобы ты понесла такое же наказание от Тотилла, как и Драйстан, похоже, леди Прецепсию утешило ваше присутствие. Она попросила, чтобы вы снова сопровождали меня. Еженедельно. Я ожидаю, что
в следующий раз ты должна вести себя наилучшим образом, иначе твои наказания станут еще хуже .
Леди Прецепсия просила ее? Произвела ли она какое-нибудь впечатление на эту женщину, чтобы заслужить такую честь? Отведя от него пристальный взгляд, она опустила голову.
– Да, ваше превосходительство .
– Скажи мне, дитя. Ты помнишь запах горящей плоти?
Атмосфера веселья в его голосе задела ее, и она была благодарна, что случайно не смотрела на него в тот момент.
– Каждый день , - процедила она сквозь зубы, ее рот покалывало от горького, медного привкуса крови, которую она пила, прикусив собственный язык.
– Хорошо. Мне бы не хотелось, чтобы ты забыла .
1 0
ФАРРИН
Замечательно.То, что я приняла за аптеку, оказалось заброшенным зданием, спрятавшимся в тенистой аллее Восточного Гарфилд-парка, рядом с мясокомбинатом.
Конечно, так и было.
Согласно вывеске, приклеенной перед входом, аптека закрылась.
Повернись.
Уходи.
В конце концов, никто в здравом уме не стал бы доводить до конца подобный план. Этот парень мог быть серийным убийцей, насколько я знала. И я могла бы легко отказаться от этой идеи так, чтобы никто даже не узнал, что я даже рассматривала что-то настолько глупое.
Если бы не ноющее чувство, что я бы пожалела, что ушла.
Необъяснимое и неумолимое притяжение, которое говорило мне, что ничто в моей жизни больше никогда не будет иметь смысла, и что уход все изменит.
И не в лучшую сторону.
Тем не менее, я развернулась и шагнула в противоположном направлении, к своей машине, полагаясь на логическую часть своего мозга. Как гвозди по классной доске, это ощущение пробежало по моему позвоночнику, и я задрожала.
Не помогло и то, что ранний утренний дождь оставил на земле слой тумана, из-за чего почти невозможно было что-либо разглядеть внизу