Чтение онлайн

Лиза увидела у нее в глазах страх, но также и непоколебимую решимость.

— Ради того, чтобы получить лекарство? — сказала Лиза. Сьюзен кивнула.

— Я должна заразиться еще раз, тем, что находится здесь. Я не могу объяснить, откуда мне это известно, но это так. — Она прикоснулась ладонью к голове. — У меня такое ощущение, будто… будто я одной ногой в прошлом, а другой здесь. Мне трудно находиться здесь. Меня переполняют мысли, чувства. Я не могу отключить все это. И я… я чувствую, как это разрастается.

И снова у нее в глазах ярко вспыхнул страх.

То состояние, которое описала Сьюзен, напомнило Лизе аутизм, неспособность остановить на неврологическом уровне поток чувственных восприятий. Однако некоторые больные, страдающие аутизмом, становятся олигофренами, гениями в какой-то узкой области: изменения в нервной системе приводят к развитию блестящих способностей. Лиза постаралась представить патофизиологические процессы, происходящие в головном мозге Сьюзен, кишащем странными биотоксинами, возбужденном микроорганизмами, вырабатывающими токсины. Человек использует лишь малую часть возможностей своего головного мозга. Лиза мысленно увидела электроэнцефалограмму мозга Сьюзен, объятого огнем, бурлящего энергией. Шатаясь, Сьюзен добрела до края воды.

— У нас есть только один этот шанс.

— Почему? — спросил Грей, приближаясь к ней.

— После того как озеро достигнет критической массы и взорвется, выбрасывая целиком свой токсический заряд, оно истощится. И потребуется целых три года, чтобы оно восстановило свои свойства.

— Откуда вам это известно? — недоверчиво спросил Грей.

Сьюзен перевела взгляд на Лизу, ища у нее помощи.

— Сьюзен просто знает это, — ответила та. — Каким-то образом она связана с этим местом. Сьюзен, вот почему ты так стремилась сюда попасть?

Сьюзен кивнула:

— Открывшись воздействию солнечного света, озеро забурлило, готовясь к взрыву. Если бы я не успела…

— Тогда мир на три года остался бы беззащитным. Лекарства не было бы. Пандемия распространилась бы на весь земной шар.

Лиза представила себе микрокосм на борту круизного лайнера, увеличенный до глобальных масштабов.

От этих жутких мыслей ее оторвали быстрые шаги возвращающейся Сейхан. Молодая женщина задыхалась, ее лицо блестело от пота.

— Я нашла дверь.

— В таком случае уходите, — настойчиво промолвила Сьюзен. — Немедленно.

Сейхан покачала головой:

— Я не смогла ее открыть.

— А ты ее хорошенько толкнула? — насмешливо спросил Ковальски, подкрепляя свои слова выразительными жестами.

Закатив глаза, Сейхан все же кивнула:

— Да, я ее толкала.

Ковальски картинно вскинул руки вверх, признавая свое поражение.

— Ну, тогда я больше ничего не могу предложить.

— Но над каменной аркой есть крест, — продолжала Сейхан. — И какая-то надпись, вот только там слишком темно и я не смогла ее разобрать. Быть может, в этих словах ключ к разгадке.

Грей повернулся к прелату.

— Фонарик по-прежнему у меня, — ответил тот. — Я пойду с Сейхан.

— Поторопитесь! — бросил им вдогонку Грей.

Уже становилось трудно дышать. Светящееся пятно разрасталось, приближаясь к берегам. Сьюзен указала на воду:

— Я должна войти в озеро.

Они направились к скалистому мысу, выступающему далеко от берега.

Грей поравнялся с Лизой.

— Ты что-то говорила про нарушенную биологическую систему. Не хочешь просветить меня, что за чертовщина, на твой взгляд, здесь происходит?

Он указал на светящееся озеро, на Сьюзен.

— Всего я не знаю, но не сомневаюсь, все ключевые игроки мне известны.

Грей кивнул, приглашая ее продолжать. Лиза указала на расплывающееся белое пятно:

— Все началось здесь, с самого древнего живого существа на земле. С сине-зеленых водорослей. Предшественников всех современных растений. Они заполнили все экологические ниши: их можно найти в камнях, в песке, в воде и даже в других живых организмах. — Она выразительно кивнула на Сьюзен. — Но я забегаю вперед. Давай начнем с самого начала.

— С этой пещеры. Лиза кивнула:

— Сине-зеленые водоросли заполнили этот провал, но, если ты помнишь, им необходим солнечный свет, а в пещере побольшей части темно. Вероятно, отверстие вверху первоначально было еще меньше. Для того чтобы выжить здесь, водорослям был необходим другой источник энергии, источник пищи. А сине-зеленые водоросли мастерски умеют приспосабливаться к особенностям окружающей среды. Пищи у них было достаточно — наверху, в джунглях… требовалось только найти способ добраться до нее. Ну а природа-мать проявляет чудеса изобретательности, выстраивая самые невероятные взаимоотношения между различными живыми организмами.

Лиза повторила то, о чем когда-то рассказывала доктору Девешу Патанджали: про ланцетовидного печеночного сосальщика, в чьем жизненном цикле участвуют три хозяина: травоядное животное, улитка и муравей.

— И на определенном этапе сосальщик, по сути дела, захватывает муравья, в котором обосновался. Он заставляет муравья взобраться по травинке, блокирует ему челюсти и ждет, когда его вместе с травой съест пасущаяся корова. Вот какие чудеса творит природа. И то, что произошло здесь, не менее удивительно.

Лиза продолжала, радуясь тому, что ей предоставилась возможность высказать вслух свои теории. Она подробно рассказала о той оценке, которую дал иудину штамму Хенрик Барнхардт, классифицировавший вирус как представителя семейства Bunyavirus. Она вспомнила диаграмму, нарисованную Хенриком, которая отображала линейную передачу вируса от одного человека к другому через членистоногое.

— Но мы ошибались, — закончила Лиза. — Похоже, вирус заглянул в учебник, написанный печеночным сосальщиком. Здесь в игре участвуют три хозяина.