Чтение онлайн

Почему-то показалось, что воздух в комнате стал плотнее, как будто мир прислушивался, тянулся к Силане в ответ.

И она заговорила. Мягко и тихо, совершенно естественно. Благодарила, рассказывала. И что-то в воздухе, что-то невидимое словно наполняло ее светом изнутри.

Рейз смотрел и не мог отвести взгляд.

Силана не просила Майенн. Она с ней говорила. С кончиков пальцев срывались вверх крохотные алые искры.

Рейз так и не запомнил слов, он сидел и боялся пошевелиться.

Когда Силана закончила, она повернулась к нему и сказала:

— Спасибо, что разделили со мной молитву.

Хотя он ничего не просил и ничего даже не сказал.

Она встала, мягко и плавно, и подошла к нему.

Рейз протянул к ней руки, взял ее ладони в свои и поцеловал. Не знал, как поблагодарить иначе.

Силана улыбнулась, коснулась ладонью его волос и сказала:

— Давайте пойдем в постель.

А потом словно решилась на что-то и стянула платье через голову. Помедлила, отводя взгляд, и опустила на кресло.

– -------------------------------------------------

Спасибо за чтение) Рада, если вам нравится текст. Не забывайте оставлять комментарии и нажимать на сердечко)

***

Силана осталась совершенно обнаженной, и Рейз замер, не зная, как реагировать. Взгляд сам прикипел к острым ключицам, к тонкой коже на груди, к маленьким аккуратным соскам.

Нужно было отвернуться — чтобы не смущать ее, и чтобы хоть как-то держать себя в руках. Не подойти ближе, не дотронуться, хотя хотелось до дрожащих рук, до раскаленного жара внутри.

Уймись, похотливый кобель, — сказал себе Рейз. — Уймись, она просто переодевается.

Она просто доверилась, потому что ты был с ней во время молитвы. Это не то, что ты думаешь.

Силана много раз видела Рейза голым. Трогала его везде, и он позволял, наслаждался. Но сама она всегда спала одетой.

Рейз прочистил горло, а взгляд непроизвольно опустился ниже. По мягкой линии живота, задержался в паху.

Силана тихо выдохнула, неловко пошевелила руками, словно собиралась прикрыться, а потом развела руки в стороны и спросила:

— Вам нравится на меня смотреть?

Рейз сглотнул, не зная, как ей ответить и не в состоянии отвернуться:

— Зачем спрашиваешь? Ты же сама все знаешь.

Она подошла к кровати, села, аккуратно откинув одеяло — маленькая, почти светящаяся в свете свечи фигура:

— Сегодня можете… — она замолчала, замялась, а потом неожиданно твердо сказала. — Можете делать все, что захотите.

А Рейз едва не застонал, от того, как одновременно до боли захотелось подмять ее под себя, и от того, как же с ней все получалось неловко и нескладно.

Он выдохнул, долго и протяжно, чтобы успокоиться и не наделать глупостей.

Силана как-то сказала ему «вы хороший человек». Рейз вовсе не чувствовал себя хорошим.

И нежность к ней внутри боролась желанием заставить Силану кричать. С желанием полностью подчинить ее себе, чтобы всякий раз, когда она смотрела на Рейза, у нее слабели колени. Чтобы она и думать не могла что-то ему запрещать, чтобы не могла отстраниться, и чтобы хотела так же сильно.

Тем более, что она и правда его хотела. Он это видел и чувствовал всякий раз, как они спали вместе.

Вот только разделась сейчас и предложила не поэтому.

Он подошел к ней, опустился рядом, привлек к себе и коснулся губами лба, мягко, успокаивающе:

— Ты ничего. Абсолютно ничего мне не должна. Не за то, что я был с тобой во время молитвы, не за то, что выйду драться за тебя на Арену. Понимаешь?

Она замерла — напряженная и прямая в его руках, а потом расслабилась и призналась:

— Мне страшно. И если завтра что-то…

Рейз даже фыркнул:

— Ты совсем меня в смертники записала. И себя в мой «последний ужин».

Он завалился на бок, увлекая ее за собой, и подумал: все было как обычно, только наоборот. Теперь он был полностью одет, а Силана была голая, и он мог делать все, что захочется.

Она повернулась в его руках, уткнулась головой Рейзу в плечо и сказала:

— Я не очень хорошо готовлю, раз вы даже теперь отказываетесь, — а потом неожиданно добавила. — Вам не нужно меня жалеть. Вы все время обращаетесь со мной, словно я вот-вот рассыплюсь. Но я не настолько слабая. Я часто чувствую себя сломанной, уродливой, не могу поверить, что я вам нравлюсь. Я боюсь привязываться, придумываю какие-то дурацкие правила, что вам нельзя меня трогать. Но от них никому не легче, ни вам, ни мне. И даже если завтра что-то случится, то это не ваш «последний ужин». Это мой.

Он молчал и не мог до конца поверить тому, что услышал.

— Если вы меня сейчас не поцелуете, — тихо и как-то загнанно добавила Силана, — я сбегу.

Рейз поцеловал ее, перекатился, подминая под себя и сказал:

— Теперь не сбежишь.

***

Когда она снимала платье, Рейз боялся сорваться и натворить глупостей, а теперь вжимал Силану своим телом в кровать, целовал — снова и снова — и чувствовал, что может делать так хоть всю ночь. Просто гладить ладонями, тереться о нее.

Силана закинула ему руки за голову, изгибалась, будто хотела стать ближе, зарывалась пальцами в волосы.

Одежда мешалась, и Рейз на мгновение отстранился, быстро стянул рубаху через голову. И замер, глядя на Силану.

Она тяжело дышала, хватала ртом воздух, и смотрела на Рейза, как завороженная. Она была раскрасневшаяся, откровенная и очень женственная. Лежала, широко раздвинув ноги, чтобы Рейзу было удобнее, и хотела.

И была намного лучше любой фантазии, всего, что ему раньше представлялось.