Побег
Шрифт:
– А государство?
– Что, собственно, вас интересует?
– Какое оно из себя? Кто нами правит?
– Ну и вопросик!
– восхитился Тэви и весело глянул на Ларта, будто позабавиться приглашал. Ларт не улыбнулся. Поглядел по-доброму и сказал:
– Может быть, вы попробуете иначе сформулировать вопрос? Не уверен, что я вас понял.
– А я, думаете, себя понимаю? Как я с этим делом связался, так совсем ничего не понимаю. Ну ладно, пришельцы, чертова бабушка. Есть чего испугаться. Но чтобы так? Чтоб всех, кто знает, сразу к ногтю... не допросив? Чтоб из-за какого-то пилота третий индекс? Вы ж поймите: я профессионал. Я правила игры четко знаю. Для всех нас закон не писан, но для каждого по-особому. По тому, как на закон плюют, я всегда вам скажу, кто замешан. А тут не знаю. Все нитки мимо министерства... нашего, я разумею... а куда? В Канцелярию? Почему ей страшен этот корабль?
– А вы уверены, что вам это нужно?
– мягко спросил Ларт.
– Не уверен, - ответил Хэлан честно.
– Одно я знаю: не загнемся, так пробьемся к чужаку. А потом?
– Страшно, - задумчиво сказал Ларт.
– Наверное, не посмел бы взять на себя такую ответственность. Вы - очень мужественный человек, Ктар. А сумеете?
– По делу увидим, - уклончиво ответил Хэлан. Что-то он тут не понял, но спрашивать не рискнул. Он всегда чувствовал, когда дальше не стоит спрашивать.
– Ну да, конечно. Никто заранее не знает, на что способен. Мы можем вам чем-то помочь?
– Майху - точно можете, мне - не знаю. У меня ведь сейчас вопрос один. Докопаться, что это такое - наш Мир и что в нем - черт побери! делается.
Тэви усмехнулся.
– Занятные у вас вопросы! Вчера родились?
– Нет, - ответил Хэлан сухо.
– Не вчера. Могу сказать, все знаю кроме очевидного. Вот вы, раз вы такой умный - вы за что сюда загремели?
– За длинный язык, - ответил Тэви нехотя.
– Роскошно! И что же вы такого страшного сказали? Что Мир зашел в тупик. Что скорость прогресса уменьшается. Что в науке заправляют тупицы, помешанные на утилитарном подходе. Что там, наверху, умных людей не видать, что все как-то не так, и надо бы что-то сделать... пока не поздно. Да?
– Почти угадали.
– А что гадать? Сто раз слышал. Ну, а все-таки, что здесь такого, господин Тэви?
– Инте-ересно! Слушайте, Ктар, вы молодец! Одна и та же, скажем, неадекватная реакция...
– Да уж куда неадекватней! Что каждый десятый на Планете безработный и каждый третий из безработных связан с бандой - это так, пустяки. Что на час приходится по два убийства - тоже пузыри. Что каждый четвертый к шестнадцати годам попробовал наркотики, а каждый двадцатый употребляет постоянно - это пусть уголовка занимается. А вот что какой-то - вы уж извините!
– гололобый другому гололобому сказал - вот это уже страшно!
Они переглянулись. Ноэл хотел что-то сказать, посмотрел на Ларта и промолчал.
– А теперь вы, Ноэл. Вас-то что сюда загнало? Да вы не бойтесь, мы здесь никому ничего не сболтнем!
Ноэл улыбнулся эдак виновато, словно опять сейчас дает под дых.
– А я вас разочарую, Ктар. Причины чисто личные. Главный врач Авларского госпиталя ушел в отставку и сразу вспомнил, что у меня нет диплома. А прочее - извините - все-таки не ваше дело.
– А я всю жизнь только не своими делами занимаюсь, своих сроду не имел! Я...
Странный звук... Хэлан замолчал на полуслове, потому что Ларт смеялся. Давился смехом, морщился, задыхался, мотал головой. Успокоился, но все не мог говорить, лежал, постанывая, и Ноэл снова испуганно взял его за кисть.
– Ничего, Сат. Не волнуйтесь. Ох, давно такого удовольствия... Как он нас, а? О-ох, Ктар, да это же прелесть, какой вы драчун и забияка! Как нам этого...
– Он вдруг задохнулся и начал синеть - так сразу и так страшно, что Хэлан вскочил.
– Вон!
– жестко сказал Ноэл.
– Ол, пристройте их где-то, мне понадобится медотсек.
Они вдвоем еще постояли под дверью, дружно вздохнули и пошли прочь. Коридор был кольцевой, неуютно закруглялся впереди, и от этого было как-то... не так. Здесь даже воздух был не такой - душный какой-то, мертвый.
– Где же вас устроить?
– спросил себя Тэви и взял Хэлана под руку. Уже признал. Определил, значит, ярлычок наклеил - и можно дружить. Завидую!
– А все равно. На худой конец, в боте поживем.
– Зачем же? Придумаем. Правда, тесновато у нас. Станция где-то на двадцать человек, а нас уже 32.
– Не рассчитали, - сказал Хэлан сочувственно.
– Много у нас умных, выходит!
– Обиделись? Просто вам немного не повезло. Кела прихватило, а Унол решил не рисковать. Человек, он, конечно, поразительный, вечный двигатель...
– А всякому двигателю нужны тормоза?
– Примерно так.
– А если Ларт умрет?
– Скверно нам будет, Ктар. Очень скверно. Только это не то, что вы подумали. Унол совсем не диктатор. Просто, когда надо решать...
– За дурачков?
– Почему же? У нас тут все мудрецы. Вы бы послушали, как у нас обсуждают глобальные проблемы! График дежурств, например. Какая логика, какой набор аргументов! А вот когда надо решать...
– Ну, а вы?
– А я выскочка, Ктар. Жалкий прогнозер, который затесался в компанию великих. Удостоили.
– Это за что же?
– Сделал десятка полтора удачных прогноз-моделей. Оказалось, что котируется.
– А что оно хоть такое - прогноз-модель?
Тэви так глянул, что у Хэлана рот пополз к ушам.
– Ну, Ол! Это же ваша тарелка, я из нее не хлебал!
– Долго объяснять.
– А мне не к спеху. Вот только бы юркнуть куда, а?
– Чтоб совсем вдвоем?
– Зачем? Чтоб слышать друг друга.
Тэви задумался.
– Погодите.... да, сегодня Ги на контрольном. Можно.
– Ги? Простоватое имечко для вашей банды.
– Новичок.
Они шли, коридор все заворачивал, из поперечных проходов выдавливался гул голосов.
Все-таки или не понял я чего-то, или я уже в игре. Взяли и повели. Смотри: Ларт ко мне подошел. Да ему ж, небось, и вставать нельзя - сам еле дышит, и Ноэл над ним, как туча, висит - а встал. Было зачем? На миг он подосадовал, что завязался с Тэви. Сейчас бы над разговором подумать. Инте-ересный был разговор. Вроде и не по делу. Да нет, по делу. Отмерили порцию информации и засыпали под жернова. А потом Ларт передал меня Тэви. Не знаю, как он его позвал, но в разговор ввел чистенько, еще и по носу щелкнул, чтоб не выпендривался. Он даже немножко пожалел Тэви: идет, дурачок, радуется новому человеку и не знает, что он уже в игре, что его, как и меня, наперед просчитали и куда надо вставили. Ну и хорошо, что не знает. Это я без обиды, даже приятно, пожалуй, что страхуют: идешь сам, а свернешь - воротят. Ладно, поехали.