Чтение онлайн

Дезидерий тут же согласился на это и предложил немедленно сделать объявление в городе и войсках, выставленных вокруг него, через посланных герольдов: «Немедленный Мир с кельриками. Скорый общий поход на Руфуса и его еретиков. Командование в данном походе принадлежит главному имперскому министру — Дуксу империи, «престолодержателю» Дезидерию».

Примерно поняв что именно говорил его собственный секретарь Избирателям и на чём они настаивали, «престолодержатель» всячески показывал сейчас всем готовность услужить и «лишь довести» объединённую армию империи.

Ему важно было получить закреплённый законодательно статус командующего в походе, даже ценой унизительного самопризнания в том, что является лишь малым чинушей в системе имперского управления.

— Если всё удастся, — думал про себя Дезидерий, обходя наследников и их министров, и слушая продолжавшего всё ещё наставлять, собравшихся людей вокруг него, Хорхе, уже вполуха, — Если удастся задуманное, тогда я смогу, уже во время пути к армии Руфуса понемногу полностью перехватить бразды правления, если и не всеми отрядами, наследники свои, положим, мне никогда не уступят, то по крайней мере имперскими и смогу разгромить самолично еретиков Руфуса… ммм… Старый дурень Хорхе думает что после этого будет конец и срочно проведут Избрание? — да ни за что! Нужно будет продумать возможность внове стравить наследников, прямо во время похода: унижая одних из них и давая успешные к выполнению приказы, иным, а там и до потасовок между провинциальными отрядами, в самом лагере, недалеко. Жаль конечно что Корсо и Амвросий так и не свернули себе шею, в атаке на столицу — очень жаль! Но ничего… Если Светило позволит, есть шанс подставить отряды наследников вместе с ними самими, под атаки «честных» и там удача вице королям уж точно понадобится. Пока мы в столице, следует всем уступать и вообще, быть тише воды ниже травы. Как только отправимся в поход — необходимо постараться постепенно перехватить понемногу управление в нём, мотивируя это тем что безвластие на войне недопустимо и ставя на место, попытавшихся со мною спорить, наследников, речами старого дурака Хорхе.

Заметив наконец что Тарасий делает ему какие то знаки глазами, Дезидерий стал прислушиваться к продолжающему свою речь, им недавно помянутому, главе храма «Карающего Жара», Хорхе: «Мы будем вместе с вами в походе и не позволим вновь разгореться спорам! Кто начнёт злоумышлять против братьев и готовить братоубийство, в то время как ереси захлестнули империю — тот лишится нашей дружной поддержки и не будет даже рассматриваться, как кандидат на престол своего великого деда!»

— Что? — несколько странно спросил Дезидерий у Магинария Имерия, который стоял с ним рядом.

— Толково! Избиратели идут с нами в поход, все кроме Роллона — тот отпросился остаться в столице, по состоянию здоровья, и Руггера, который на границах сторожит восточные земли державы. Хорхе и остальные хотят самолично участвовать в походе и, видимо не без цели, в нём отличиться. Считаю что это верное решение, так наследникам будет сложнее начать чудить, если даже у них и были такие мысли несколько ранее…

Через десять минут тронный зал начал пустеть: первыми, попрощавшись со всеми, покинули его Избиратели, потом убыл по делам охраны дворца Магинарий Имерий — и наконец потянулись к дверям и наследники, за которыми вышагивали, переговаривающиеся между собой, первые министры их вице королевств.

Наследники громко ругали на чём свет стоит своего собрата из Кельрики: «Идиот! Если бы не его глупейшее выступление, с войсками на столицу — сами бы коллегиально вели армию в поход на Руфуса!» — буквально плевался на пол Лиутпранд.

— Верно! — соглашался с ним брюхатый бородач Борелл, из Гарданы. — Теперь мы лишь «совещательные голоса», при главном имперском министре. Конечно Хорхе прав и Дезидерий всего лишь малый чинушка из оравы подобных, на службе у нашего деда, и посему не сможет затмить наши подвиги в самом походе, но всё же неприятно быть, даже номинально, подчинённым у подобной мокрицы…

— После похода — отрежем ему уши! — громко сообщил братьям Джанелло и расхохотался. Его не поддержали, но он и сам справлялся со звуковым сопровождением своей обычной «угрозошутки».

Если первые министры заулыбались, при высказывании вице короля Ромлеи и хитро все четверо уставились на Дезидерия, даже воспрянувший духом Великий инквизитор Корсо, который видимо понял что особо никто его с Амвросием судить не станет и всё ограничится денежными компенсациями и общими фразами порицания, то сам «престолодержатель» заволновался: он вспомнил недавнюю беседу с астрологами и то, что те говорили о некоей части его тела, что будет представлена наследникам на подносе.

— Уши?! — в страхе начал лихорадочно соображать главный имперский министр. — Что если это не локон и не голова, а именно уши, когда полоумный Джанелло потребует их? Всё может быть… Следует быть предельно внимательным и осторожным. Возможно и предсказанная мне болезнь, будет именно этого характера — от усекновения ушей! Следует усилить минардов и дать им вводную, пристальнее приглядывать за ромлеянами и искать лазейки, в свите самого наследника Джанелло. Следует быть настороже!

В тот же день по столице скакала полусотня герольдов и объявляла последние, просто невероятные, новости: «Немедленный мир с кельриками! Совместный общий поход на ересиарха Руфуса и его бешенных голодранцев, в ближайшее время! Все наследники и большая часть высокой знати из грандов империи — отправляются на защиту державы! Главный имперский министр Дезидерий становится командующим похода и именно он ведёт войска в направлении Клина, где и располагаются земли «честных»!»

Странное и необъяснимое, внезапное примирение, с кельриками, которыми пугали жителей все последние недели — воодушевило и обрадовало людей.

Вначале в городе, а чуть погодя и за его стенами, в лагерях приготовившихся ранее к обороне отрядов, начали звучать крики одобрения и песни.

Через какое то время гонцы принесли горожанам новое объявление: все кто хочет — могут записываться в поход против еретиков Руфуса! Собираются создать несколько могучих отрядов поддержки имперской армии и отрядов вице королей из добровольцев!

Многие горожане столицы и соседних городков, пропитанные атмосферой воинственности и вкусившие, пускай и крохи, но военной славы от схваток последних дней — немедленно отправились в разгромленные столичные штабы инквизиции, где сейчас располагались переписчики и офицеры придуманных секретарём «престолодержателя» Тарасием «добровольческих отрядов поддержки империи», и стали наперебой предлагать внести и себя, в списки для скорого похода.

Людям казалось что они отчаянные рубаки, ведь смогли так скоро заставить капитулировать прежде грозных кельриков, которых ранее все боялись.

Никто более не говорил о защитных укреплениях и многократном превосходстве над отрядами Великого инквизитора Корсо и наследника Амвросия, наоборот: сейчас никто в грош не ставил кадровую армию, что вице королей что имперскую — и каждый был уверен что именно отчаянная храбрость «местных» и добровольцев, и сломила, прежде всем известную, атакующую ярость представителей Кельрики.

— Да пойми ты! — хорохорился Атаульф перед другом Жаком, когда наконец выбрался из помещения главного имперского штаба инквизиции, который совсем недавно брал штурмом секретарь министра Тарасий и показывая другу специальные накладные знаки на одежды и крохотный клочок пергамента, с указанием его имени и адреса, и к какому подразделению «третьего станового отряда пикинёров поддержки» он был приписан. — Теперь есть шанс сделать отличную карьеру!