Чтение онлайн

— А ты разве не думаешь, что Чудовища — безобразные существа, в противном случае, они бы ведь показались нам? — спросила Зои.

— Возможно для нас и безобразные.

— И что это должно значить?

— На наш человеческий взгляд Чудовища могут показаться уродливыми. Для своего же вида, они — красивы.

— Это значит, что на их взгляд, мы можем быть уродливыми.

Зои подумала, что Коди с приветом. И ей это нравилось.

— Круто. Но не давай мне углубляться в такого рода философию. — Сказал Коди. — Ты не выдержишь.

— А ты попробуй, — Зои подмигнула, потом вдруг поняла, что флиртовала с Коди. Она вспомнила, как Айрис всегда поощряла ее делать все, что заблагорассудится.

Вообще-то, Коди пожал плечами, когда она это сказала. Он допил напиток, словно это было некое магическое зелье, затем произнес:

— Ладно. Вот то, что поразит твой разум. Представь: Чудовища считают нас безобразными созданиями. В смысле без сомнений. Погляди на нас. У нас два глаза. Две ноги и две руки. Это может казаться им уродливым, так как у них, вероятно, один глаз, одна ступня и шесть рук. И они зеленые.

Зои рассмеялась.

— И?

— И представь, что их беспокоит не наша внешность. — Коди нахмурился и поднял палец. — Представь, что их тревожит… что именно делает нас уродами в их глазах, если дело не во внешности.

— Что? — Задумчиво произнесла Зои. — С каких пор уродство не связанно с внешностью?

— Представь, что Чудовищам не нравятся наши действия; наши поступки. Наша ненависть и зависть, и житейская глупость.

— Это оригинальная мысль. — Зои стала задумываться, а не поцеловать ли ей Коди сегодня вечером. У него отвязный склад ума. Ей нравились парни с отвязным складом ума.

— Что, если Чудовища на самом деле видят нас насквозь? — спросил Коди. — Что, если они знают, какие мы поверхностные. — Он указал на Веру, которая казалось, обиделась. Коди быстро отреагировал и сделал вид, что машет ей. Вера забеспокоилась и отвернулась. — Что, если Чудовища знают, какие мы нелогичные? Что, если они видят все эти глупые правила, которым мы как овцы следуем каждый день? Что, если они замечают, что мы по большей части ничего не делаем, только причиняем друг другу боль целыми днями? Что если поэтому они и считают нас мерзкими?

— Я никогда не думала об этом в таком ключе. Я понимаю, почему вы с Айрис тут же поладили, — подумав, сказала Зои. — Но ты говоришь так, будто защищаешь их.

— Не во всем. Я зарубил себе на носу, что они зло. Выбор невест только начало всех ужасов, которые они будут творить в будущем. Я только хочу сказать: трудно определить, кто с космической точки зрения красавица, а кто чудовище.

— С космической точки зрения? — Зои залилась смехом и подняла бокал. — Звучит как тост.

— Обожаю тосты. Пусть он будет в честь несносной Веры. — Он понизил голос, — Через пятнадцать минут часы пробьют полночь и Золушке, то есть Вере, стукнет восемнадцать, и она избежит гнева Чудовищ.

— Кажется, ты сомневаешься, — сказала Зои.

— Кто знает? — Улыбнулся Коди. — Пути Чудовищ неисповедимы.

— 20-

Айрис и Колтон сидели на одной из крыш разрушенного здания, ожидая, когда часы пробьют двенадцать, таким образом, они узнали бы правдоподобность теории Колтона.

— Никто не заслужил быть похищенной в качестве невесты чудовища, — сообщила Айрис Колтону. Она думала, что чем больше времени они проводят вместе, тем больше влияния она на него оказывает. Кто бы подумал, что Колтон будет болтать своими босыми ногами с крыши развалины, как и она. Он выглядел так привлекательно, делая нечто подобное.

— Знаешь, я никогда не видела ни одного бездельника, кто предположительно жил в развалинах, — сказала Айрис, глядя в бинокль и осматривая район на наличие опасностей.

— Не уверен, что нам захочется встретить одного из них воочию, — ответил Колтон, — каждый раз, когда я бывал здесь, у меня возникало странное ощущение, будто за мной кто-то наблюдает.

Айрис опустила свой бинокль.

— У меня тоже, — сказала она, — я тоже всегда чувствовала, что в этих развалинах за мной кто-то наблюдает, но так ничего и не увидела.

— Хочешь сказать, сейчас за нами наблюдает Совет, — предположил Колтон. — Мне кажется, будь здесь Совет, нас бы уже давно поймали. Они никогда не тянут с тем, чтобы бросить кого-либо за решетку, поэтому я не вижу риска в том, что им кто-то может настучать о нас.

— Нам практически ничего об это неизвестно, — ответил Колтон. — Мы ничего не знаем. Копаемся в куче секретов, не в силах вытащить на свет божий ни один из них. Мы ни в чем не уверены наверняка.

— Ты прав, — Айрис пожала плечами. — Как думаешь, если чудовища похитят Веру, это сможет привести нас хоть к чему-нибудь?

— Если они это сделают, то нам придется провести более тщательные поиски, чтобы выяснить что было общего у всех девушек.

— Все трое красавицы, — пробормотала Айрис.

— Что с того? У тебя невероятно привлекательная аура. Если бы я был чудовищем, я бы уже похитил тебя.

Айрис едва не прикусила язык, избегая встретиться взглядом с Колтоном. Как будто она хотела спрятаться в сокровенном уголке свой души и сплясать на радостях, сделать пару раз сальто и опять вернуться к нему. Колтон подумал, как же она была прекрасна. В каком мире это было возможно? По иронии только в мире под управлением чудовищ.

— Ты в порядке? — спросил Колтон. Он выглядел немного сконфуженным. Кто бы мог подумать, что он настолько застенчив. Конечно, нет. Он просто признавался ей стоя у окна, что он никогда не дружил с девушками. Конечно, все девушки изображали кукол Барби рядом с ним, Айрис закусила свою нижнюю губу.

— Лучше поздно, чем никогда, — она облокотилась назад, делая вид, что уверенность была ее характерной чертой.

— Без двух минут двенадцать, — сказал Колтон.

— Что, хочешь пригласить меня на бал, а после найти мою хрустальную туфельку? — флиртовала Айрис.