Чтение онлайн

Сделав свое дело, он скрылся во дворах между серенькими пятиэтажками.

Пацаны знали Вадима Петровича как чекиста старой закалки. Его не брали ни перестройка, ни реформы, а тут он вдруг сдал, будто заболел. Но его здоровье было тут ни при чем – беда случилась с дочерью. Она хотела обрести вечную жизнь, но вместо этого погубила свою бессмертную душу. Несчастный отец говорил о ней как о мертвой, вернее, как о прекрасной усопшей – именно так показалось Гансу. На других пацанов семейная драма, казалось, не произвела никакого впечатления: Автоматчик с безучастным видом тянул кока-колу, а Мандарин жрал апельсины. Лирические отступления их не интересовали. Но тут Вадим Петрович перешел к делу.

Старый выслушал заказ, сочувственно кивая. Расчетливый ум засиженного уголовника был занят не столько суммой оплаты, сколько перспективами дальнейшей работы. Поймать на крючок полковника столичного управления ФСБ было его мечтой, а заказ повязывал Вадима Петровича с бандитами кровью убиенных жертв. Он хотел уничтожения религиозной секты, исповедующей таинственный деструктивный культ. Секта объявилась в Москве недавно, и компетентные органы не успели взять ее на карандаш. Это позволяло Вадиму Петровичу настаивать на полном истреблении адептов новой веры – все они были иногородними.

– Сделаем, – кивнул Старый, тыча в пепельницу окурком. Ему было безразлично, на кого принимать заказ: на сектантов, протестантов или православных христиан.

Договорившись, полковник ФСБ вытащил из карманов пальто четыре увесистые пачки.

– Вот, – сказал он, обводя взглядом уставившихся на упаковки пацанов. – Стрелять будете только вот этим! Стволы под них найдутся? Хорошо. Впрочем, другого калибра все равно нет, не сделали.

«7,62 миллиметра, – смекнул Ганс, пачки были непривычно большими, – под АКМ».

– Цените, – кивнул на патроны фээсбэшник. – Большой раритет, между прочим.

– А чего в них такого особенного? – поинтересовался Старый. – Они что, золотые?

– Серебряные, – холодно ответил Вадим Петрович. – Поэтому использовать будете только их.

Автоматчик разорвал пачку и высыпал на стол патроны. Пули были серыми – настоящее потемневшее от времени серебро, не покрытое защитным слоем лака.

– Сере-ебряные, – протянул Мандарин. – Мы на оборотней, что ли, собрались?

– Сектанты не оборотни, – неловко отведя глаза, сообщил полковник ФСБ. – Они – вампиры.

В доме номер тринадцать по улице Черепанова сектанты откупили половину шестого этажа и поставили на лестничной клетке железную дверь, отгородив себе еще кусочек полезного пространства. У нее и собрались пацаны во главе с Вадимом Петровичем.

– Времени у нас предостаточно, – наставлял фээсбэшник, пока Мандарин колдовал над замком. – С момента первого выстрела будет минуты полторы. Пока соседи в милицию позвонят да пока самая ближайшая машина подъедет, это если поблизости окажется такая машина… В общем, времени – завались. Мы будем действовать быстро: проходим по комнатам – сектанты три квартиры соединили вместе – и мочим всех, кого увидим. Без разбора!

– Господь на том свете рассортирует! – хмыкнул Автоматчик и передернул затвор.

В этот момент Мандарин справился с замком.

Киллеры ввалились в подобие прихожей, куда выходили двери трех квартир. Ганс углядел слева хлипкую дверь из крашеного оргалита и пнул ее со всей силы. Косяк содрогнулся, но выдержал. Тут же по ней врезал каблуком Автоматчик. Дверь распахнулась, словно выбитая пушечным ядром. Гангстеры влетели в коридор, Мандарин дернул на себя дверь в ванную – никого, Вадим Петрович проверил комнату.

– Пошли-пошли! – махнул он братве дальше по коридору, тускло освещенному из дальнего конца.

Автоматчик и Ганс, обогнав его, влетели в следующую квартиру – они соединялись широким проемом в стене.

Тут им повезло. Автоматчик увидел метнувшуюся к окну тень и нажал на спусковой крючок. АКМ стукнул дважды, Автоматчик берег патроны. Тень переломилась в поясе, ее отнесло на стену – тяжелые пули 7,62 мм обладали неплохой ударной силой. Ганс подскочил к упавшему, перевернул ногой, заглянул в лицо. Это был пожилой бородатый мужчина с мешками под глазами, нижняя челюсть отвисла, из густой волосни проглядывали длинные белые клыки.

«Точно, вампир! – подумал Ганс. – Гадость какая!» Он пропустил Вадима Петровича и ринулся следом. Впереди грохнули в два ствола Автоматчик и Мандарин.

Сектантов истребили безжалостно и быстро. Серебряные пули скосили намертво всех, не разбирая, кто вампир, а кто нет. Гансу пострелять так и не удалось. Бандиты выбрались на лестничную площадку, оставив за собой изрешеченную пулями квартиру и шесть трупов. На все у них ушло девяносто четыре секунды.

Вадим Петрович спал тревожно, нервно, без сновидений. Он пробудился среди ночи, как теперь случалось с ним не раз. Сел на кровати, включил торшер, закурил.

После смерти жены ему довелось воспитывать дочь самому, а это было нелегко – много времени уделялось работе. И вот не уследил: проклятая секта засосала дочь и не желала возвращать, даже полностью прекратив свое паразитическое существование. Вадим Петрович ненавидел вампиров, белых братьев, свидетелей Иеговы, остальных потерпевших и вообще всяческие конфессии. Союзы и партии он тоже ненавидел.

Дочь! Он прошел к дальней комнате и остановился перед железной дверью с глазком. Окно в комнате было заклеено газетой и защищено толстыми прутьями решетки, приваренной изнутри. Вадим Петрович заглянул в глазок. По комнате быстро метнулась почти бестелесная тень. Существо, содержавшееся за дверью, лишь внешне напоминало дочь, но в остальном уже не имело ничего человеческого.

Вадим Петрович хотел произнести ее имя – и не смог! У нее теперь не было имени. Прислонившись к двери, он тихо заплакал, поначалу не обращая внимания на приятный запах, достигший его ноздрей.

Ганс и Автоматчик заехали к Старому в полдень, как условились накануне. На звонок никто не открывал. Автоматчик рефлекторно подергал ручку, и дверь легко отворилась. Гангстеры, малость оторопев, переглянулись. Незапертая дверь не сулила ничего хорошего. Они осторожно вошли в квартиру.