Чтение онлайн

— Переключили входной сигнал сразу на записывающее устройство, до этого записывали с экрана интеркома, — прокомментировала Харал. Они пропустили несколько слов. Теперь говорил другой голос.

«Меня зовут капитан Лунд. Кто вы такие и что вы собираетесь делать?» На экране появилось изображение грузного, лысеющего мужчины, его легко можно было узнать по фотографии, которую «Борос» прислал им вместе со списком экипажа. Нет сомнений, что это Лунд. Они прослушали всю запись, в том числе и то, что Лунд говорил экипажу при выключенном интеркоме.

Харал нажала на «стоп» и откинулась на кресле.

— Ну что ж, теперь нам известно, что произошло с кораблем, и мы точно знаем, что на борту были дети, которых спрятали. Но вот вопрос, нашли ли их пираты? И что с ними сделали?

— Должны были найти, — сказала Эсмей. Ей стало дурно от одной мысли об этом. Четверо детей дошкольного возраста, такие же, как была она сама, когда… Она отталкивала воспоминания, но чувствовала, как в ней нарастает яростная жажда действий. Человек, у которого хватило ума взять этот куб с записями в спасательную шлюпку, а до этого включить режим записи, догадался сохранить на видео документы детей. Имена, фотографии. Две девочки, сестры. Два мальчика, двоюродные братья.

— Видеозаписи достаточно чистые, можно легко различить знаки отличия на форме пиратов. Посмотрим, что скажет разведка. Лица тоже должны быть где-нибудь в картотеке. Да и аудиозаписи интересные. Необычный акцент.

Эсмей же думала только о детях, беспомощных маленьких детях. Она беспрерывно вертела в руках сине-оранжевую игрушку.

Спасательные команды разыскивали тела и переносили их в вакуумный отсек.

— Слишком много тел, — заметил начальник команды. — Сколько членов экипажа было на торговом судне?

— Значит, погиб и кое-кто из пиратов, — ответил Солис. — Ни капли их не жалко.

— С этих мужчин, в отличие от других, сняли одежду. Неужели пираты так поступили бы со своими товарищами?

— Не похоже. Сняли одежду, говорите? Почему именно с этих?

— Понятия не имею. У них вообще нет никаких идентификационных бумаг, карточек или значков. Можно, конечно, взять образцы тканей на анализ, но вы знаете, как это обычно бывает.

— А отпечатки пальцев, сетчатка глаз?

— Невозможно. Пальцы и глаза сожжены. После смерти, говорит врач. Умерли они от боевых ранений.

Солис повернулся к Эсмей:

— Что вы думаете по этому поводу, лейтенант?

— Похоже, мы попали на какое-то побоище… нет, не знаю, сэр.

— Члены экипажа торгового судна выглядят внешне как гражданские люди. Среднего телосложения, обыкновенная мускулатура. Возраст разный, кок на два года старше капитана, но были и молодые, и среднего возраста, и дети. Один худощавый подросток, он сражался вместе с остальными, и его тоже застрелили. Но вот эти… они вполне могли бы быть флотскими, только на них нет наших знаков отличия. Такая мускулатура может быть только у людей, регулярно тренирующихся на профессиональном уровне. Конечно, пираты сожгли пальцы, но по мозолям на ладонях можно сказать, что эти руки привыкли держать оружие…

— Предположим, что это были пираты. Почему их товарищи уничтожили все ключи к опознанию? Если основной целью пиратов был торговый корабль (а это кажется очевидным), и тела убитых членов экипажа оставили в целости, почему же с этими поступили иначе?

— Не знаю. Если они не флотские, значит, военные. Может, это был шпионский корабль Доброты? Или Гернеси? Но почему пираты решили скрыть это от нас? Точно можно сказать одно: эти люди не были членами экипажа.

— Вы можете провести генетический анализ?

— В принципе, да… Если бы у нас был большой секвенсер. В лаборатории патанатомии такой есть, но он все равно не дает исчерпывающей информации. Приблизительно можно определить, откуда человек родом, но теперь и на эти данные полагаться нельзя, учитывая, что люди много переезжают с места на место. Я сам проведу простые анализы образцов тканей, хотя никаких результатов обещать не могу. Если мы получим сведения о пропавших без вести с указанием их генома, тогда другое дело.

— С каждым разом находим все меньше и меньше, — сказал Солис. — Пора заканчивать. Сколько выходов обозначено на карте для этого скоростного коридора?

— Пять, сэр.

— Прекрасно. Совершим прыжок до Безаира, куда направлялся торговый корабль, сообщим «Боросу» все, что удалось узнать. Там мы вряд ли узнаем что-нибудь новенькое. Если Главный штаб даст на то приказ, проверим остальные выходы. Подготовьте черновик отчета для сектора Главного штаба, отправим его через анзибль Безаира. Отметьте, что мы рекомендуем наложить строгий запрет на этот маршрут и просим вести наблюдение за всеми выходами из данного скоростного коридора… Хотя вряд ли это что-нибудь даст.

«Шрайк» вышел из коридора в системе Безаира, и Эсмей заметила, как приборы тут же автоматически отправили сообщение о местопребывании корабля в сектор Главного штаба. На экранах сканирующих приборов никаких признаков «Элайаса Мадеро» не было, а, по словам начальника станции, в течение последних ста дней здесь не проходил никакой другой корабль такого размера.

— Я же говорила.

— Да, но проверить все равно надо.

— Местный представитель консорциума «Борос» хочет поговорить с вами.

— Естественно. — Вид у Солиса был угрюмый. — Я тоже хочу с ними поговорить. И очень серьезно.

Станция Безаира, офис консорциума «Борос"

— Неужели все погибли? — Представитель «Бороса» побледнела.

— К сожалению, — ответил Солис. — Судя по всему, корабль захвачен. Им угрожали тяжелым оружием, экипажу обещали сохранить жизнь, они высадились в спасательные шлюпки, но потом всех убили.

— А… дети?

— Не знаем. Среди убитых детей нет. К тому же нам стало известно, что их спрятали в центральных отсеках корабля.