Чтение онлайн

Словно в насмешку, мать Карима Анна остановила молодых магов.

– Оцените мою работу? – попросила мастер Земли. – Боюсь, что в защите окажется брешь, и в следующий раз без жертв не обойтись.

Сиелла наморщила лоб, вспоминая, защиту чего готовила Анна. Хозяйка дворца рассказывала ей вчера за ужином, а она слишком погрузилась в воспоминания, чтобы запомнить. Стыдно, если обнаружат ее невнимательность.

Сам того не зная, Лавджой пришел на помощь:

– После того, как моя дорогая сестричка разгромила лабораторию, дядя работает только в школьной. Говорит, что вернется в семейную, если защита будет идеальна.

– Вы нашли след Лавинии? – будучи побратимом Лавджоя и Карима по боевой четверке, магистр знала немало тайн рода Эспинс. Среди них самым неприглядным считался некромантский дар младшей сестры целителя.

Необъяснимое для магов случается нечасто – по своей природе они страстно ищут разгадки. Почему в роду, берущем свое начало от Антара, появился маг Смерти? Как получилось, что сестра целителя повелевает мертвой материей? Вопросы остаются без ответа, которые продолжают истово искать Эспинсы.

– Нет, – Лавджой сердито поджал губы, – моя сестричка пропала, словно ушла за Грань.

– Боги с тобой, мальчик! Не накликай беду! – Анна испуганно вывела в воздухе защитный знак.

– Да ладно, тетя, – мужчина пожал плечами, – с невероятно одаренной некроманткой Зои ничего не случится. К ней благоволит Смерть.

Сиелла невольно улыбнулась. Зои – не второе имя Лавинии, как могут подумать посторонние. Зои – Зараза Особо Истеричная – детское прозвище, данное старшим братом зловредной сестренке. Лавиния умела добиваться своего и не смущалась примененных способов, чтобы достигнуть желаемого. Крики, слезы, ложь, мелкие пакости – в ход шло все. Подростком она обхитрила взрослых магов-родственников и заполучила в учителя пленного некроманта из Аг-Грассы. И через много лет, своевольно нарушив запрет, отправилась на его поиски, предварительно разрушив семейную лабораторию, где хранились амулеты, настроенные на ее поиск. Девушка рассчитала верно: без этих артефактов родственники ее не найдут.

– Как вам моя работа? – Анна стала в центре пустого зала, такого огромного, что эхо подхватило ее слова и вернуло назад.

Магистр Воды перешла на магическое зрение. Белые свежеокрашенные стены горели защитными узорами насыщенного зеленного цвета. Пересечение линий, завитки, переплетенные растительные орнаменты. Рисунки казались живыми существами – они размеренно менялись, перетекая друг в друга. Стены выстоят и после пожара, и после землетрясения, даже если они произойдут внутри лаборатории. Совершенная защита.

– Тетя, ты бесподобна, – первым похвалил племянник.

– Соглашусь с Лавджоем, Анна. Ты – лучшая в защитной магии Земли.

Анна от удовольствия покраснела и скромно возразила:

– Преувеличиваете, дети, но спасибо. Ладно, идите туда, куда собирались.

Земляная магесса потянула за нить Силы. Завершающие штрихи – и в лабораторию можно вернуть мебель и вещи ее любимых исследователей. Анна улыбнулась своим мыслям и, не обращая внимания на присутствие племянника и гостьи, вернулась к работе.

Как только двери библиотеки закрылась за их спинами, Сиелла дала волю чувствам.

– А теперь, мой друг, расскажи, как двенадцать лет назад ты на самом деле позаботился о самой большой ценности в моей жизни.

От гнева, сверкающего в невозможно синих глазах магессы, Лавджой невольно сделал шаг назад.

– О чем речь, Си? Я выполнил твою просьбу в точности, как просила.

– Не лги мне! – волной сырой Силы мага отбросило на книжные стеллажи.

Удар выбил из рыжего весь воздух. Лихорадочно пытаясь вдохнуть, отдышаться, Лавджой одновременно поднял щит. Девушка без усилий смяла его, точно испорченный лист бумаги.

– Мне нужна правда, Лавджой.

Мужчина скривился. Магесса загнала его в ловушку: ответить боевым заклинанием он не желал, а сбежать она не даст.

– К чему тревожить тени прошлого? Зачем будить боль?

– Будить?! Да она никогда и не засыпала! – Сиелла зло смахнула одинокую слезу. – Разве такое забывают, Джой?!

Маг умоляюще поднял руки, развернув ладонями к девушке:

– Нет, конечно, не забывают. Не плачь, Си, пожалуйста! Я тоже не забыл и разделяю твою боль. Но почему ты спрашиваешь? Разве что-то изменилось?

Магесса тряхнула копной синих волос. Стараясь справиться с волнением, она прошлась взглядом по библиотеке. Приятный мягкий свет камней-светляков освещал затертые корешки тысяч книг. Высоченные стеллажи, теряющиеся в темноте под потолком, длинный стол в окружение удобных стульев. В годы учебы в поисках новых знаний она проводила здесь бесчисленные часы. Но ни в одной книге не найти ответ, как справиться с горем и совладать с виной и сожалением.

– Двенадцать лет назад лихорадку Мульхема остановили в пределах пригорода. В самой Элевтии в тот год не умерло ни одного человека.

– О боги, Си! – Лавджой растерялся. – Я не знал…

– А должен, – гневно возразила магесса. – Я доверилась тебе, как другу, ты пообещал позаботится… Разве ты не вел наблюдения?

Целитель, волнуясь, сжал кулаки и оперся спиной о стеллаж.

– Нет, обустраивала и присматривала Вейра…

– Вейра… Что?!! Ты ей поручил нашего с Каримом ребенка?!

Толстый фолиант упал в паре шагов от них.

Маги испуганно обернулись на шум.

Заклинание невидимости развеялось, открывая их взорам потрясенного Карима. Арбитр вцепился в край стола с такой силой, что побелели костяшки. И язычки пламени перепрыгивали со смуглых пальцев на мебель. Танцуя, огонь жадно пожирал потемневшую от времени дубовую доску.

Сиелла опустила голову, скрыв волосами выражение лица. Лавджой попытался исправить положение:

– Карим, на самом деле то, что ты слышал…

– Неправда? – насмешливо закончил арбитр. – Не лги, брат, хватит с меня и твоего предательства.

– Я не предавал тебя, – заявил целитель и опустил глаза под взглядом огневика.

– Разве? Тогда почему я не знал, что у меня есть ребенок? От Сиеллы можно ждать, чего угодно, она – женщина во власти эмоций. Но ты, Джой…

Тягостная тишина давила на троих, некогда близких по духу людей. В безмолвии пылал старинный стол.