Прокол (сборник)
Шрифт:
— Невовремя!
— Была ночью у Лэмберга?
— Была. Но перед работой у меня еще один, не ждите!
Kиара терпеть не может, что Айвара называют Лэмбергом. [1]
— Логинов? [2]
Она кладет трубку. «Еще один» — это техосмотр: сегодня обязательно надо пройти.
Приобретение тучного вольв'a было кризисным решением, однако она против своей воли уже подчинилась его соблазнам. Кайфа от езды никакого, зато… «Здесь же двое комнат!» Айвар оценил размах Киарьего колена на заднем сидении сладко черной ночью в тихом лесном тупике. И она уже позабыла ощущения, когда в лютый холод или черт знает когда еще у машины вдруг накладка.
1
Айвар Лэмберг: латвийский серый кардинал транзитного бизнеса, хозяйничает в портовом городе Вентспилсе. Это, разумеется, прикол: Айвар Киары — портовый рабочий, никак не Лэмберг.
2
Леонид Логинов: управляющий Рижским портом, конкурентом Вентспилсского.
— У вас два штрафа, итого пятьдесят лат.
— Как скажете, — Киара улыбается, — эксплуатационные затраты…
Техосмотр уже не удивляет: найти что-либо ниже максимальной оценки не удается.
Вольво усыпляет.
— Счастливого пути! — мастер пришлепывает наклейку к ветровому стеклу.
Киара кивает в ответ. Голым задом в миниплатье она чувствует себя шлюхой.
На Островном кольце впереди выскакивает плоская мазда. Нет, Киара не против, что народ ездит. Просто — коль уж тормозить не любо, будь добр нажать на газ, дабы не помешать! Киарий нос чуть ли уже не тычет ему в зад, когда тот наконец выравнивает скорость — и взмигивает аварийками. «Да ну тебя!» она отмахивает рукой. Но на Монашеской мазда мигает еще. «Какие ж мы вежливые», Киара ухмыляется, «уж не до такой степени ты мне нанес», и мило подмигивает дальними, «у светофора еще знакомиться начнет…»
Перед полицейской засадой у железного моста вольво заблаговременно сбрасывает под семьдесят и перестраивается вправо. Мазда впереди тормозит, но — поздно. «Слабейшего поедают», Киара пускает опять свободно, «но уже жрущий лев — не охотник», и успевает на желтом перескочить на Каменный мост.
Работы куча. А самое глупое: Киара сто раз собиралась по пути хоть трусы купить. То пассажир, то чингачгук, то осмотр — о себе, любимой, как правило, забываешь…
Никак не сконцентрироваться после ночи. И бодун. А барчик в кабинете богатый. Можно бы выпить последние пятьдесят тулламора, но не тянет. Ежеминутно мысли возвращаются к геннессу. И Киара откупоривает. Она может себе позволить.
Езда под градусом не забава Киарья. Она просто давно сделала выбор. Можно ли этого избегнуть полностью? Киара не может. А частота — без разницы: если попадешься, то вернее всего — в единственный раз. Или живешь без единого, или живешь: середины нет. Киара живет.
До конца рабочего дня она не много выпила. Полбутылки Hennessy. Привычная дорога домой не волнует. И других поездок сегодня не намечается. Айвар, правда, еще ждет ответа, однако — не пора ли выспаться сей ночью…
Киара катится. Промили не считает. Считает скорость: пятьдесят девять. [3] И спокойно смотрит на оперативную машину в кустах слева. Дорожную полицию она любит и уважает. Взаимно. «У нас никогда нет разногласий», она улыбается, «но все-таки дружественная беседа — чем реже, тем милее.»
Ее улыбке подрезает дорогу зеленый жилет. Что стряслось?!
Окно открывается. Сфинктеры на обнаженной коже сидения чуть ослабевают. Киара смело справляется и с экстремальными моментами, и глубокими жизненными падениями. Но на героизм не претендует. Как Мария-Антуанетта — на эшафоте нагой… Ну, нет: так может вырваться для толпы незаслуженное наслаждение!
3
В Латвии разрешенная скорость в городе — пятьдесят. Пользователи превышением знают, что до шестидесяти точно не останавливают.
— Едем без фар? [4]
Проклятье!
— Простите, только что прошла осмотр — видите в стекле? Так случается, когда отдаешь руль чужому…
Вольво усыпляет.
— У вас были нарушения в течение последнего года? — полисмен придирчиво пялится на Киару.
— Увы… — она не дышит.
— Мне придется составить вам протокол. Обождите! — полицейский немногословен: идет дождь.
Оставшись одна, Киара надушивается, перекусывает жевачку, одергивает край платья, поправляет через ткань соски и открывает окна. Пульс чуточку унимается. Если за скорость — он даже не разбежался бы. Но нет пощады нам: Антуанеттам и другим убийцам, хоть даже лишь за рулем, хоть нагим…
4
В Латвии требуется ближний свет круглосуточно. Забывшему включить фары впереди едущий обычно напоминает подмигиванием авариек.
Ее нахождение здесь в помеху всем — что полицейских, как правило, не интересует. Киара показывает маневр и трогается, глядя в зеркало. Они не реагируют. Тропинкой за кустами она возвращается к трафарированной машине.
Капли брызжут на сидения. Киара второпях закрывает окна: инспектор идет усесться к ней рядом. Крепкий парень с проседью, моложе, чем выглядит. Киара тайком смахивает капли с сиденья платком.
Полицейский возвращает документы.
— Вам надо будет заплатить пять лат…
Киара хватается за кошелек.
— …нет, не здесь — в банке. Тут подпишите…
Киара молча берет ручку,
— …и еще у меня такой вопрос…
— Да?
— …я почувствовал…
— Да!
— …аромат…
— Стакан шампанского. На работе. Не отрицаю.
Смешно, конечно: у полицейского в теплой плащекуртке уж не будет сомнений, что проницаемое микроплатье — с бурной ночи солнечного вчера.
— У нас в машине аппарат…
— Думаю, у меня полпромили наберется, — Киара чувствует, как пылают ее щеки: скорее, полторы. [5] — Как скажете, так и будет, — она открывает кошелек.
5
В Латвии разрешено до полпромили. За одну — тюрьма.
— Нет, нет, так не будет, как вы сейчас…
— Будет, как вы скажете, — Киара во весь блеск поворачивает грудь к смущенному мужчине, — я никогда никого не обидела, никогда своего нарушения не отрицала…
— Киара, — он продолжает фамильярно, в стиле полицейских и врачей, — я понимаю, вы ездите уже пятнадцать лет, и потерять права нынче…
— …двадцать пять, — она перебивает.
— С рождения? — мужчина улыбается.
— Спасибо, вы джентльмен, — Киара жужжит и застенчиво опускает глаза, — но вы видели мои права: нет, со второго класса — в картинге…
— Увы, такое нарушение…
— Я единственный кормилец двоим детям…
— Он не был джентльменом, — полицеский бестактно шутит.
— Он умер.
Неловкая пауза.
— К сожалению…
— …и это наши кредитки, — она раскрывает золотой веер, — без прав у нас их больше не… Телевидения у меня с собой нет, как скажете, так будет, увезу, привезу…
— Маленькие, или уже в школу?
— Дочь — в переходном возрасте: я была прыткой. Как скажете…
— …и остаетесь до сих пор. Нет, я не скажу, мне придется попросить вас пройти в нашу машину…