Чтение онлайн

Там скучно, конечно, без нас.

За скуку пустую прости!

Скоро свидимся — будет час.

Нам тоже недолго здесь быть-

Наш путь навстречу тебе.

Мы не привыкли грустить

Об этом в своей судьбе.

Мы выпьем за ратные дни,

О жизни земной скорбя,

Свои, вспоминая, бои,

Как жили, мы жизнь любя.

Вспомним победы свои,

Добрых коней и пиры.

Чтоб не было горестных дней.

Вспомним удачу игры.

Вспомним: минуты и час,

Вспомним обиду и соль,

Вспомним себя без прикрас,

Свое наслажденье и боль.

Всех женщин, что славили мы,

В лучшие, верные дни,

Поднимем бокалы за них,

Нам жизнь освещали они.

Прости, прости, мой друг, прости!

За то, что жив не ты, а я.

Твою судьбу металл в бою настиг,

И продолжается судьба моя.

………………………

И весь этот вечер за столом нашим звучал смех, звенели бокалы, и раздавалась игра на гитаре.

Это был последний настоящий вечер, который мы провели вместе.

Нас еще больше скрепила скорбь по товарищу, предстоящая жестокая схватка, и мысли о возможной гибели.

Мы вызвали их. И они с большой охотой приняли наш вызов. Фажумар, Бларог, Саконьен и Ржобен. Все те же 'красавцы' — любители трактирных дебошей и дешевых уловок. Двое из них, точно, готовили мне западню в Дори-Ден. А где эти двое — там и остальные. Трусливые лисы, как обыкновенные наемники, хотели напасть на меня толпой.

— Моя любимая Веселая Горка! — Брисот развел плечи и покрутил головой, разминая шею.

— Это место в Мэриэге более почитаемо, чем все храмы Дарбо, — усмехнулся Караэло.

Наши противники смотрели на нас с самоуверенным наглым видом, так, будто знали — кому достанется победа в этой схватке. Мне сразу многое не понравилось: расфуфыренное, как у павлина, 'оперенье' Фажумара, ухмылка Бларога, и откровенная злоба Саконьена — приоткрытый ворот его рубашки показывал звенья кольчуги, блестевшей, как рыбья чешуя на солнце. Такого крепления я еше нигде не видел. Он вытащил меч и покрутил его с легкотю тростинки, рука его даже не напряглась от веса клинка.

'Кажется, мы пришли на убой',- мрачно подумал я.

— Мы им так просто не дадимся, — прошептал Караэло.

Клинки разрезали воздух на куски. Солнце заплясало на лезвиях. Меч Брисота разбился от первого мощного удара.

Он прокатился на спине и вырвал меч противника из его рук, им же его пытался убить, но, сколько ни бил он в его грудь, так и не пробил кольчугу.

Мы бы погибли на этот раз на Веселой Горке, если бы не вмешались какие-то сверхъестественные силы. Мадариане были в магических доспехах — мы нет. Их мечи переламывали наши, словно те были деревянные.

И дуэль бы эта закончилась бесславно для нас. Но что-то произошло — от меня пошла некая пульсирующая сила — она окружила меня, Влару и Бриоста и Караэло — их оружие пропиталось этой силой — и началась настоящая битва.

— Я ничего не понимаю, — сказал Караэло, едва отдышавшись и вытирая пот, ливший по его лицу, когда мы убили последнего мадарианиана.

— Кто-нибудь объяснит мне что произошло? — спросил Влару.

— Кто-то прикрыл нам…спину, — спокойно заметил Брисот. Он, вообще, был фаталистом и многие вещи принимал как должное. Выжили? Значит, так должно было случиться. Он никогда не копал глубоко и именно поэтому имел железные нервы.

— Льен, мне показалось, что вся сила исходила от вас! — сказал Караэло.

— Мне тоже так показалось, — потвердил Влару.

— Не знаю, — стал оправдываться я. — Может, нам помог какой-нибудь волшебник. А меня использовал как проводник для своей силы? Я не найду этому объяснение. Правда.

Но говоря так, я немножко лукавил. Я-то знал, что у меня есть необыкновенные вещи, которые я раньше почти никогда не использовал — медальон графов Олдей, браслет из пещеры, пояс Велеса и перстень Синего клена. Что если эти вещи помогли нам сейчас? Но я не был в этом полностью уверен. Почему раньше они не приходили ко мне на помощь в битве. Возможно, они помогают в случае крайней опасности. Но все это были лишь мои догадки.

— Что будем делать?

— Надо бы снять с них эти доспехи, — сердито буркнул Караэло.

— Раздевать мертвых! — фыркнул Брисот.

— Ну, хотя бы, их мечи заберем.

Но мы не успели бы это сделать в любом случае — на площадку въехал большой отряд всадников: человек десять. Граф Нев-Начимо возглавлял его. Гордый, надутый, надменный.

— Что здесь происходит? — гневно спросил он.

— Уже ничего, — насмешливо ответил Караэло.

— Эти кэллы напали на нас и теперь лежат здесь, размышляя о правилах хорошего тона, — добавил Влару.

— Я вижу, что вы дерзить вздумали! Вы знаете: кто я?

— Ну да, знаем: отец двух убитых мадариан, граф Нев-Начимо.

— Вы напали на людей королевского ордена. Вы убили их! Вы будете держать ответ перед королем.

— Как люди благородного происхождения мы имеем право — всегда так было и так будет — на защиту собственной чести- верования здесь не причем — эти люди оскорбили нас лично и, лишь, по их инициативе мы оказались на Веселой Горке.

Королю придется вникать во многие подробности этой истории и вряд ли она получит одобрение у большинства знатных людей Мэриэга. Ваше решение не прибавит ни королю, ни вашему ордену популярности.

— Вы смеете оскорблять короля!

— А как на счет того, чтобы мы забрали наши трофеи? По древним законам мы имеем на это право — мечи и кольчуги убитых — мы желаем их забрать, а там делайте, что хотите! Идите жаловаться к королю.

Лицо Нев-Начимо сделалось багровым от гнева. Он понимал, что вторгается на поле неписаных правил дворянства — и если о его отказе всем станет известно, то никто не подаст ему руки.

— Мы с вами договоримся по-хорошему! — прошипел он, — проваливайте отсюда, и забудьте, что были сегодня на Веселой горке.