Чтение онлайн

Когда я въехал на постоялый двор, ко мне навстречу выехал Паркара.

— Почему так долго?

— Дорога свободна. Нет необходимости останавливаться здесь. Лучше ехать прямо сейчас. Скажите, Паркара, не подъезжал ли кто сюда перед моим появлением?

— Один всадник проехал мимо постоялого двора.

— Вот проклятье!

— Почему вы спрашиваете о нем?

— Теперь уже не имеет смысла. Я очень хотел с ней познакомиться.

— С ней?

— Да, это была переодетая женщина.

— Вы упустили это приключение, Льен.

Жрецы без колебаний приняли решение ехать, мне показалось, что самый старый из них, что-то передал тому, кого они называли Кэем.

И вот, они поскакали на своих заколдованных бесшумных лошадях в сторону Алабена, а мы с молодым жрецом поехали в Мэриэг. Я прикинул, что мы появимся там на рассвете. Ночка выдалась беспокойная. Мне захотелось спать. И я как будто начал клевать носом. Еще не рассвело, а мы уже ломились в Квитанские ворота.

Их открыли не хотя, со скрипом.

— Исподлобья взглянув на нашу одежду, стражники предпочли не задавать вопросов, но вот к нашему спутнику из Квитании они проявили пристальный интерес.

— А кто же этот юноша? Он не принадлежит дому Орантона, — сказал стражник. — У нас нынче приказ: всех подозрительных приезжих задерживать.

— Вот так чудеса! — возмутился Паркара, — это с каких-таких пор стали задерживать приезжих? Ты, вэлл, сошел с ума, если думаешь, что благородный человек может привести в столицу кого-то подозрительного!

— Ну, ваши высокородные разногласия нас — простых смертных мало интересуют. Только мое начальство приказало, и я не могу впустить в город незнакомца, пока не выясню: кто и откуда держит путь.

Я уже начал подумывать, что нам придется откупиться: золото для этих вэллов может с лихвой заменить все приказы начальства, как произошло нечто удивительное.

— О боги! — вдруг раздался нежный голос, и наш юноша, подъехав ко мне, прижался к моим губам.

У меня глаза на лоб полезли! А нежный голос продолжал говорить:

— Да скажи ему, милый, что я твое ночное приключение! И из-под низко-надвинутой шляпы показались прелестные губы, розовые щеки и чудесные глаза. И как мы их раньше не заметили?! Наверное, потому что было темно.

Тонкие ручки обвились вокруг моей шеи, и стражник, ухмыльнувшись, засмеялся:

— А так бы и сказали сразу! Что у вас тут Маленькое приключение! Проезжайте, кэллы! Веселого вам утречка!

— Что, демон меня раздери, происходит? — возмутился Паркара, когда мы отъехали от ворот по коридору по направлению к воротам в Синий город. Так вы не юный гэлл, вы — женщина?!

— Да, — прошипела девушка, которую мы по ошибке приняли за юношу.

'Два раза за одну ночь встретить переодетых в мужское платье женщин — это чересчур'! — подумал я.

— Так вы имеете отношение к культу? Мы должны обрашться к вам — гэльяна?

— Да, — нехотя ответила очаровательная жрица.

— Куда же вас теперь проводить?

— В дом Орантона, разумеется.

— Флег, это придется сделать тебе, — сказал я, — ты живешь ближе всех к Львиным воротам.

Влару, покраснев, молча согласился.

Мы расстались, Кэй на прощанье метнула в меня красноречивый взгляд, припоминая мне свой вынужденный поцелуй.

Я, едва добравшись до кровати, рухнул в нее прямо в одежде. Всю ночь мне снились корабли Кильдиады, торжествующий импертор Ресунос-Рес, о внешности которого я имел смутное впечатление, и ворох писем, падавший с небес на мою голову.

Ночью я решил уничтожить письмо. Но когда мы вернулись в столицу, я не сделал это сразу, поддавшись усталости, и очень пожалел потом о своей небрежности. Когда я проснулся, то обнаружил, что письмо пропало из моего кармана. Зато вместо него я нашел кое-что другое: письмо со знаком белого караака. Едва справляясь с волнением, я развернул бумагу. В ней было сказано следующее:

'Не тревожьтесь из-за своей утраты. Документ, о котором вы сожалеете, находится в надежных руках и будет использован в нужное время к вашей пользе. До тех пор он никому не причинит вреда'.

Подпись: 'ваш друг'.

Проклиная свое легкомыслие, я был вынужден помалкивать о происшедшем — я не мог ничего сообщить принцу, потому что у меня уже не было доказательств. Зато я намекнул ему, что кто-то может легко воспользоваться его печатью, потому что он весьма небрежен в отношении этого предмета. Я сам не раз видел, как его печать валялась на столе среди безделушек.

— Кто? — глаза Орантона сделались круглыми, а лицо вытянулось.

— Кто угодно. Ваши слуги, пажи, кто угодно.

— И что?

— Вам могут самым банальным образом навредить, используя символ вашей власти.

— Что за вздор! Какие ужасные предположения!

— Возможно, у меня мания, но я предпочитаю предостеречь тех, кому служу, если вижу для них опасность там, где они ее сами не замечают.

— Ладно, — буркнул принц, я буду запирать печать, — хотя в доме у меня не может быть предателя.

Я не мог, конечно, забыть о таинственной женщине, что плела интриги против Ларотумского королевства. Вероятно, она была шпионкой какого-то иностранного государства. Но какого? Я ни разу прежде не слышал ее голос. Я бы узнал.

Я обошел все гостиницы в Мэриэге, я побывал в Черном городе, я наблюдал за посланником из Кильдиады и его домочадцами. Та, которая смутила мой покой, как в воду канула. Возможно, она уехала из страны. Я уже не знал, что делать и решил пока ждать, наблюдая за дальнейшими событиями.