Чтение онлайн

– Эрикир! Чего ревешь? И без тебя тошно!

– Стой.

Алестар покачал головой, поджимая губы. Склонившись над Эри, он проверил пульс, задрал одно веко, потом другое, глядя на зрачки.

– Беспамятство.

– Что?

– То. Он же эмпат. Еще и необученный... А ты с ума не сходи. Если чувствуешь в себе достаточно сил, чтобы лечить - иди и лечи. Слушай себя. Не отца, и не Халахама. Сможешь - значит, не зря мы...

– Что "не зря"?
– Лин притихла.

– Значит, мы не зря идем к Туманным горам, - пока Алестар договорил, красная радужка его глаз побледнела, подернулась так похожим на иней налетом, и су-волд присел на траву рядом с Эрикиром, отводя с его лба темные локоны.

Лайлин отвернулась, избегая взгляда Айхела, поставила ногу на подножку фургона и, сжав кулак левой руки так, что ногти вонзились в кожу, откинула полог.

Каилара не сразу заметила ее присутствие. Склонившись над человеком, она отсчитывала капли, падавшие из стеклянного пузырька во флягу с водой. Девушка уставилась на босые, вымазанные в грязи и исколотые травами ноги человека, скользнула взглядом по спине ведуньи и остановилась на перепачканных пылью и кровью волосах. Виски лизнул знобящий холод: светлые пряди, окрашенные в алый солнечными лучами. Сон плавно перетекал в реальность.

Каилара оглянулась, чуть не выронив склянку. В ее глазах застыл страх.

– Он умирает.

– Я не дам, - девушка решительно прошла к лежанке и... отшатнулась.

Вид человеческого лица под маской засохшей крови с двумя черными провалами вместо глаз обжигал болью.

Невозможно было смотреть. Лайлин зажмурилась.

Невозможно было постичь и осознать жестокость тех, кто сделал это с живым - господи! с до сих пор живым - человеком. И Лайлин запретила себе думать о них.

Страшно было коснуться изувеченного тела, до дрожи страшно. Лайлин медленно опустилась на колени и взглянула на его ликаду, не открывая глаз. Застонала. Заплакала. Положила горящую ладонь на грудь, где еле слышно, затихая, все еще билось сердце, коснулась кончиками пальцев холодного лба и потянулась к клубочку блеклого голубого света, еле теплившегося в сплетении багровых, синих и черных жгутов.

Каилара кусала губы, рассматривая рану, что разорванным кольцом багровела у основания шеи Теарана. Шрам точно такой же формы и на том же месте красовался на шее Эрикира. Каилара дурой не была. Быстро сопоставила факты. Ведьма, провонявшая духом Серых Лесов, вела свою кровавую охоту. Ее целью стал Эри. По утверждению Халахама, Лайлин тоже в списке. Оба обладают небывалым запасом магической лады. То есть, молодой Н'Карн, заинтересовавший ведьму, владеет тем же.

"Вот так, Юнианна. Твой сын стал сосудом той силы, которой ни капли не нашлось в тебе самой, и которой ты так жаждала. Судьба - лишь странная выдумка богов. Неподвластная влиянию".

Ведунья с тревогой перевела взгляд на Лайлин. Та скрипела зубами и морщилась, будто превозмогая боль. Почувствовав чужое внимание, она открыла глаза и срывающимся голосом вымолвила:

– Внутреннее кровотечение. Нужно резать. Отвести кровь. Так ничего не получится.

Глаза Каи расширились, она сжала челюсти и твердо кивнула, бросившись к выходу.

– Нужен нож! И еще вода, - услышала Лайлин, непослушными пальцами расстегивая пуговицы грязной рубашки. Под белой кожей юноши распустили сети багровые кровоподтеки.

На плечо Лин легла чья-то рука. Она, не оглядываясь, приняла флягу с водой. Машинально смочив тряпицу, отерла место будущего разреза. Перед ее взором смешивались две плоскости видения: изувеченное тело и пышущая болезненным жаром ликада. Она смотрела сквозь и внутрь. Рукоятка ножа скользнула в ладонь, удивив неприятной тяжестью.

– Спирт есть или вино хотя бы?

– Нет.

– Надо прокалить.

– Огонь сейчас будет.

Лайлин чувствовала присутствие Каилары и Алестара, но не давала себе ни на секунду расслабиться. Боялась потерять решимость сделать то, что нужно было сделать.

Знахарка, вспомнив что-то, кинулась потрошить одну из своих сумок. В фургоне тошнотворно запахло травяной настойкой на спирту. В поле зрения Лин возникла сухонькая рука с переплетением ровно светящихся голубых жилок ликады под кожей.

– Это все, что смогла найти.

Лайлин прикрыла глаза, пока Каи протирала живот человека - у нее начинала кружиться голова. Плохо.

Алестар вынул нож из ее рук, прокалил над пламенем свечи, которую поднес робко вошедший внутрь Айхел, и вернул девушке.

Она, вздохнув, поднесла острие к намеченному ею началу разреза.

– Ты когда-нибудь это делала?

Лин отрицательно качнула головой.

– Переверни нож. Это тупая сторона... Может, лучше я?

Она сглотнула, борясь с собой. Так хотелось передать холодное оттягивающее руку железо Алестару, но... "Он же не видит ничего, а я вижу. Знаю, где надо и как... а он не знает. Он ничего не видит".

– Я сама.

Закусив губу до отрезвляющей боли, Лайлин надавила и повела. Лезвие было отличным. Острым.

Алестар догнал Халахама в двух ласандах от их стоянки. Ему не пришлось искать: он всегда знал, где Следящий. Неразрывная связь, как натянутая бечева, соединяла гальта и су-волда с момента клятвы и до конца. Если бы знал, как это будет, вряд ли бы он произнес Слова. Су-волд - тень-спутник. До тошноты четкое определение. Только молодому глупцу, выращенному на романтических бреднях, в этом словосочетании могло привидеться что-то чарующее. И ведь он был глупцом, когда согласился. Ненавистная клятва определила его судьбу и предназначение, лишив выбора. Тень гальта. Тень, не имеющая собственной тени...

Халахам быстрым шагом углублялся в степь, отходя все дальше от тракта. Алестар не пытался его задержать и ни о чем не спрашивал. Просто шел следом. Он знал, что гальт таким образом приводит мысли в порядок, и донимать его в этом состоянии бесполезно. Через четверть часа, когда еще пара ласандов добавились к тем, что уже отделяли двоих от лагеря, Халахам остановился. Встал, как будто наткнулся на стену, и отрывисто бросил подошедшему Алестару:

– Что там?

– Она взялась лечить.