Чтение онлайн

– Угу, – качала головой Камилла. – Ты здорово соображаешь, слов нет! Но ты не подумала, что все это может быть случайностью? Дверь могли прихлопнуть, чтобы соседи не обратили внимания раньше времени, ожерелье не заметили или приняли за фальшивку. К твоему сведению, жемчуг – штука деликатная, мало кто различит подделку на глаз. У натурального и форма не идеальна, и блеск довольно тусклый… Ну а потом, твоя мама в самом деле могла в это время пройтись по магазинам.

– А вот пусть докажет! – горячилась Таня. – Тогда ее должны опознать продавцы!

– Детка, это невозможно, прошло слишком много времени. Ты представляешь, сколько народу проходит перед продавцами в центральных магазинах? Они к вечеру себя в зеркале не опознают!

– Ничего, раз другие доказывают свое алиби, эта пусть тоже докажет!

Ольга инстинктивно возмутилась:

– Таня, в каком тоне ты говоришь? Во-первых, почему ты называешь мать «она» или «эта»? Что за манера? Во-вторых…

– Вас не спросила, – неожиданно грубо ответила девочка. – Если я грублю, то у меня на это свои причины. Может, она не только нас ограбила, а еще и отца убила.

Неожиданно Камилла съехала на обочину и заглушила мотор. Мимо пронеслось несколько машин из похоронной процессии. Ольге показалось, что в одной из них мелькнуло встревоженное лицо Ильи.

– Я уже второй раз это слышу от тебя. – Камилла грузно обернулась. Ее взгляд стал угрожающим, лицо потемнело еще больше. – Ну-ка, рассказывай! Это следователь так считает?

Таня, по-видимому, перетрусила, но держалась по-прежнему вызывающе:

– А вам-то что? Это мои родители и мои дела.

– Да как тебе сказать. – Камилла продолжала сверлить ее взглядом. – Всех нас это касается. Я знала твоего отца.

«И довольно близко, – заметила про себя Ольга. – Что же мне делать? Выскочить и уехать на такси? Но куда? Ведь едем-то все в одно место!»

– Я считаю, что у нее была возможность убить папу, – продолжала Таня. – Мало того что она получила эту телеграмму и сразу рванула туда. Она еще и вернулась поздно, да в каком виде! А следователю врала, что провела в гостях у папы всего полчаса да еще и не поссорилась с ним!

Ольга невольно усмехнулась. Девочка заметила это и смерила ее взглядом:

– Хороший повод для веселья!

– Я вовсе не веселюсь. – Ольга взглянула на часы. – Просто нет больше сил слушать такие ужасы. Камилла, я вас прошу, поторопитесь. Мы будем на месте позже всех.

Та молча тронула машину с места. Таня тоже не проявила желания продолжить беседу, и до дома они добрались в гробовом молчании.

Квартира была забита народом – на поминки приехали все, кто был на кладбище, да еще явились соседи из числа тех, кто знал Виталия еще ребенком. В первый момент Ольга никак не могла сообразить, сколько же человек нужно усадить за стол, кто здесь гость, а кто пришел помогать. Наконец, призаняв с десяток стульев у тех же соседей, она кое-как разместила людей.

Илья ничем ей не помогал, он сразу сел за стол и налил себе водки. Еще занял место для Камиллы, и та сразу устроилась рядом с ним. Хозяйка сбивалась с ног. Она бегала на кухню, где бестолково толклись старухи-соседки, за все бравшиеся и ничего не доводящие до конца. Возвращалась с готовыми блюдами в комнату, к накрытому длинному столу. Рылась в переполненном холодильнике, обжигалась у плиты. И ей даже в голову не приходило, что в день похорон мужа распоряжаться застольем должен кто-то другой, а ей, как вдове, полагается сидеть спокойно.

Но одна помощница у нее все-таки была. Впрочем, помощь была скорее теоретическая. Таня ходила за ней по пятам, как хвостик, и то и дело давала ценные советы. Например, сообщала, что водка кончается, у кого-то нет вилки, кого-то облили соусом и срочно требуется соль и салфетка. От этой воркотни у Ольги голова шла кругом, тем более что она никак не могла смириться с переездом падчерицы в ее дом. Оборвать девочку она не решалась, на ум моментально приходили сказки, где обязательно фигурировала жестокая мачеха. Наконец Таня изрекла совсем уж потрясающую фразу:

– А эту отсюда надо выставить, все равно ничего не ест.

– Кто? Кого? – откликнулась замороченная Ольга. Она в это время резала на кухне соленую рыбу. Все крутившиеся на кухне соседки давно уселись за стол, она осталась одна.

– Да маму!

Жирный нож, которым Ольга тщетно пыталась поддеть серебряную рыбью кожицу, выпал из рук.

– Она что, здесь?!

– А вы и не заметили? – удивилась Таня. – Сидит в углу, ничего не ест и смотрит на всех как сыч. Скажите, чтобы уходила.

– Нет-нет, – испугалась женщина. – Раз пришла, пусть сидит. Танечка… Уж прости, что я опять об этом, но… Неужели ты всерьез собираешься жить у меня?

– Конечно.

– Но как ты себе это представляешь? Мы ведь почти незнакомы!

– Так познакомимся, давно пора, – ответила девочка с каким-то невероятным, почти безумным упорством. – Правда, нужно привезти кое-какие вещи, но это сделает дядя Илья.

– И как долго ты собираешься тут жить? – Ольга снова взялась за разделку рыбы. – Когда кончится лето, тебе нужно будет идти в школу, а твоя школа, наверное, далеко отсюда…

– О, – протянула Таня. – Когда мне нужно будет идти в школу, мама уже сядет в тюрьму, и я вернусь домой!

Это было чересчур, даже у Ольги, не питавшей к Ирине никаких теплых чувств, занялось дыхание от неприкрытой, яростной ненависти, которая звучала в этих словах.

– Ты этого хочешь? – Она не верила своим ушам. – Добиваешься, чтобы мать посадили?!

– Пусть получит по заслугам, – твердо прозвучало в ответ. – А я не пропаду. Кого-нибудь назначат опекуном, квартира у меня хорошая, деньги есть. Да все у меня есть, не беспокойтесь. Я вас надолго не стесню.