Чтение онлайн

Некоторое время все задумчиво жевали, усваивая и переваривая, как пищу, так и услышанное… Давно подмечено, что это действие существенно усиливает мыслительные процессы происходящие в голове человека. Похоже, Создатель, не особо утруждал себя при творении человеческого образа и многое позаимствовал из своего опыта, приобретенного при создании животного мира, в данном случае – коровы.

Первым молчание нарушил Медведь, поскольку меньше всех задумывался над высокими материями, а больше помнил о проблемах насущных.

– Ханджар, конечно, соберет все курени в единый кулак, тут сомневаться не приходиться… – хмыкнул и промолвил задумчиво. – Особенно – с таким советником и помощником, как я. Но как наше войско за Барьер провести, коль он даже для Змиев непреодолим? Лично я как-то раз, от нечего делать, пробовал сквозь границу проехать. Ну, ты же знаешь, батька, я рассказывал.

Островид кивнул, а Владивой взглянул вопросительно.

– Да ничего особенного, – ответил ему Медведь. – Сначала ничего не замечаешь, потом потихоньку накатывает сонливость. А когда приходишь в себя – оказывается, что ты уже едешь в обратную сторону…

– Забавно… – усмехнулся Владивой. – Я-то думал, что барьер нарушителя на месте испепеляет. Видно маги, создавая кокон, учли присущее человеку любопытство, а то – скольких уже б истребили.

– Тут другое. Заклятие изменения меньше энергии требует, нежели установка глухой защиты, а маги и так на пределе возможностей Темна удерживали… – ответил Островид. – Но вы, хлопцы, не волнуйтесь: главное, добре свое дело сделайте – а путь откроют те, кому суждено…

Весняна уютно примостилась у меня под мышкой и тихо посапывала, рассматривая какой-то из снов, что по традиции должны сниться новобрачным. А я глядел в потолок и путем глубоких размышлений перекраивал умиление и радость в тревогу и сомнение.

'Хоть убейте, а с приготовлениями к свадьбе что-то неладно! Каким чудом можно успеть закатить такой пир, если начать жарить и парить после того, как Ставр прискакал в замок с известием: где и при каких обстоятельствах он нас нашел?! Никак не стыкуется. Похоже, свадьба была делом решенным заранее. Возможно, графиня специально предложила мне привезти Весняну домой, рассчитывая именно на такой итог?'

Весняна завозилась рядом и сладко почмокала во сне. И все мои сомнения скромно отошли в сторону. Конечно, я во всем разберусь и никому не позволю водить себя за нос, но в данном случае: если эту девочку действительно угораздило меня полюбить, – я обрел значительно больше, чем заплатил. Надо всего лишь переговорить откровенно, и тревоги рассеются, как летний утренний туман под лучами солнца. Они расскажут правду мне, я им – и все встанет на свои места, прочно и надежно, как замок на гранитном утесе.

С этой мыслью я прикрыл глаза и погрузился в полудрему, ведь даже самые важные разговоры не стоят сна любимой.

Но у судьбы свои резоны.

В дверь негромко, но настойчиво постучали.

А Любомир (кто ж еще?!) проговорил негромко, но отчетливо:

– Извини, Игорь… Матушка зовет. А когда графиня хочет кого-то видеть, то даже если человек лежит на смертном одре, я посоветовал бы ему поторопиться. А ты-то, надеюсь, жив? Моя сестра хоть и не писаная красавица, но все ж не такая страшная, чтоб от ее вида, здоровый мужик окочурился за ночь. Верно?

От подобных комплиментов проснулась бы колода для колки дров, а не только молодая девушка.

– Кажется в нашем роду сейчас появятся немые, – прошипела она сердито и, спрыгнув с кровати, стала на цыпочках красться к двери.

Наблюдая за этой дикой кошкой, я не мог решиться: предупредить шурина о готовящейся карательной акции, или дать возможность жене отомстить за 'предумышленное' оскорбление. Но либо у Любомира был отличный слух, либо он прекрасно знал характер сестры, но когда Весняне оставалось пройти всего пару шагов, шурин последний раз громыхнул кулаком и громко добавил:

– Я передал, а дальше решайте сами! Графиня через час собирает всех на легкий завтрак и семейный совет. Присутствие обязательно. Даже, если некоторые свинки, уже начали считать себя журавками! – и затопотал, убегая от разъяренной сестрички.

– Терпеть не могу когда он дразниться! – топнула ножкой Весняна. – А дразниться он всегда!

– А ты попробуй не обращать внимания. Уверен, через пару-тройку раз он отстанет. Какой интерес дразниться, если человек не реагирует. Даже глупо…

– Матушка тоже так говорит, но у меня не получается, – бесхитростно ответила Весняна. – Хочу сдержаться, а уже злюсь. Да ну его…

Весняна прыгнула в кровать и прижалась ко мне.

– Вообще-то нас ждут. А как утверждает мой опыт, чтоб выйти к людям, женщине, даже очень юной, нужно больше часа.

– Ой! – спохватилась Весняна. – И впрямь не успеть. Сделаем так, – быстро решила она. – Ты пойдешь один, а я чуть позже присоединюсь. Не думаю, чтоб матушка сообщила нам что-то важное. Даже если причиной моего возвращения была ее болезнь, то вчера она не напоминала умирающую. И вообще, у меня медовый месяц. Могу капризничать.

– Спешить и в самом деле некуда, – согласился я с молодой женой. – Что терпело до утра, может подождать и до обеда… А вот, о важности: я не столь категоричен. Что-то Вышемир вчера слишком наглел. Думаю, какую-то пакость он еще припрятал в рукаве хламиды.

К моему приходу собралось все семейство. Звенислава торжественно поднялась с кресла и протянула руку.

– С добрым утром! – весело поздоровался я и, подойдя к графине, поцеловал ей руку.