Чтение онлайн

Дин Юсон стал лихорадочно просматривать последние страницы научных материалов, которые он должен был доложить совещанию, но тут дверь кабинета отворилась, и на пороге появилась Гу Бонхи, ходившая в виварий.

— Доктор Юсон… — огорченно начала Гу Бонхи. — С кроликом номер пятнадцать… — Она замялась.

— Что? Что с ним случилось? Говорите же! — Дин Юсон возлагал большие надежды на новую серию опытов, которые проводились по совету профессора.

Рё Инчже тоже вопросительно посмотрел на Гу Бонхи.

— Кролик номер пятнадцать заболел… — наконец проговорила Гу Бонхи.

Сегодня, завершив утренний обход, Гу Бонхи зашла в виварий, чтобы осмотреть прооперированных кроликов, а заодно и покормить их. Неожиданно она увидела, что кролик под номером пятнадцать лежал с открытыми безжизненными глазками. Гу Бонхи приподняла его, хотела поставить на ноги — но безуспешно. Значит, опять неудача.

— Что с ним?

Все поплыло у Дин Юсона перед глазами. Он сидел какое-то время с отрешенным видом, затем вскочил и побежал в виварий.

Неужели опять неудача?.. Выходит, из последних пятнадцати кроликов только два находились в более или менее удовлетворительном состоянии. Дин Юсон внимательно осмотрел больного кролика. Подошла Гу Бонхи.

— Доктор Юсон, как же в такой ситуации идти на совещание? Нужно совещание перенести, — как-то неуверенно сказала девушка.

Дин Юсон молчал.

— Я сама внесу это предложение.

— Я уже разговаривал с профессором, — ответил Дин Юсон. — Он считает, что не следует переносить совещание, советует доложить все как есть и внимательно всех выслушать. Еще не все потеряно.

Хотя Дин Юсон и старался говорить спокойно, но тревожное чувство не покидало его. Что его ждет? А тут еще этот заместитель профессора. Каким ледяным тоном он с ним разговаривал!

Дин Юсон вернулся к себе. Рё Инчже по-прежнему сидел в кресле, он ждал доктора. Узнав о состоянии кролика, Рё Инчже скривил губы.

— М-да, не очень утешительная новость, но ничего не поделаешь, совещание придется проводить. Так я пошел, вы тоже не задерживайтесь, — холодно бросил он и вышел из кабинета.

Дин Юсон так и не понял, сочувствует ему Рё Инчже или злорадствует по поводу новой неудачи. Он посидел еще некоторое время, как бы собираясь с мыслями, затем вышел из кабинета.

В вестибюле стояла санитарка Хусон. Пока Дин Юсон надевал ботинки [10] , она подошла к нему и молча положила в карман его пиджака чистый носовой платок.

Дин Юсон был тронут сердечностью этой доброй женщины, как бы призывавшей его не падать духом. Поблагодарив ее, Дин Юсон прошел в сад.

«Что ж, — рассуждал он про себя, — пусть не все опыты дали положительный результат, я все честно доложу, и мне, наверное, помогут». Но как он ни успокаивал себя, тревога не оставляла его ни на минуту.

Он шел по садовой тропинке, занятый мыслями о предстоящем совещании, и машинально задержал взгляд на яблоне, стоявшей в центре сада. Он невольно остановился. На абрикосах и вишнях уже начали распускаться почки, и только эта больная яблоня, которой ранней весной сделали прививку, еще не подавала никаких признаков жизни. Дин Юсон стоял неподвижно; он с тоской смотрел на голое дерево, и на душе у него становилось невыносимо тяжело. Потом он обошел яблоню вокруг и всю ее тщательно осмотрел. Но вскоре мысли снова вернули его к неудачным опытам.

Когда Дин Юсон вошел в кабинет заведующего кафедрой, там было полно народу — собрались все врачи, преподаватели кафедры, научные сотрудники и лаборанты. Дин Юсон не смел поднять головы.

Профессор жестом пригласил его сесть рядом с собой. Напротив сидел Рё Инчже и что-то сосредоточенно читал в своем рабочем блокноте.

Совещание открыл профессор Хо Герим.

— Товарищи, мы собрались здесь для того, чтобы заслушать сообщение о ходе научно-исследовательской работы по обработке и трансплантации губчатой кости на костных повреждениях. Эта работа проводилась с таким расчетом, чтобы после проведения успешных опытов на животных сделать таким же методом операцию больному Хван Мусону. Как известно, в эту работу всю свою душу вкладывает доктор Дин Юсон. Ему мы и предоставим слово.

Дин Юсон поднялся и, собравшись с мыслями, медленно заговорил.

Прежде всего он подчеркнул практическое значение, которое может иметь решение этой проблемы, а затем стал последовательно излагать суть своих исследований.

Он подробно рассказал об операции на черепе у раненого бойца, которая была им сделана на фронте в военно-полевом госпитале. Он подчеркнул, что в результате измельчения губчатой кости происходит активный процесс регенерации кости и повышается коэффициент восстанавливаемости. При этом даже в случае проникновения инфекции, вызывающей заражение, происходит отмирание не всего участка, как при пересадке компактной кости, а лишь отдельной его части, что увеличивает вероятность успешного исхода операции. Развивая вышеуказанный принцип на опытах с животными, он выделял губчатую костную ткань в форме небольших полосок, полностью заполняя ими дефект. По сравнению с традиционным методом пересадки компактной костной массы данный метод позволил в несколько раз повысить регенерирующую способность костных клеток.

Сообщив о ходе опытов на животных, которые проводятся в течение последних двух месяцев на пятнадцати кроликах и пятнадцати собаках, Дин Юсон остановился на результатах. Хотя и не все опыты увенчались успехом, он выразил твердую уверенность, что новый метод открывает хорошие перспективы; эту уверенность вселили в него положительные результаты, полученные при операциях у двух кроликов и одной собаки, у которых процесс заживления проходил нормально.

— Конечно, наши результаты пока еще не так внушительны, как хотелось бы. Но я глубоко убежден, что эти скромные успехи являются лишь первой ласточкой на новом, еще не изведанном пути, — закончил свое выступление Дин Юсон и собирался сесть, но тут слово взял научный сотрудник из Римсанской лаборатории.

— У меня к вам есть вопрос, товарищ Юсон. Предложенный вами метод обработки и трансплантации губчатой кости кажется довольно оригинальным, имеются даже некоторые положительные результаты. Но чем вы можете объяснить тот факт, что операции у тринадцати кроликов и четырнадцати собак закончились неудачно?

— Это можно объяснить различными причинами, но пока точно ничего сказать не могу, — коротко ответил Дин Юсон.

Затем поднялся один из преподавателей кафедры.

— Нельзя не признать, что за короткий срок уже достигнут определенный прогресс. Но можете ли вы, товарищ Юсон, привести убедительные аргументы в пользу того, что обработанная и трансплантированная новым методом губчатая кость приживется, полностью закрыв такой обширный дефект, какой наблюдается у больного Хван Мусона? Я хочу сказать: будет ли она достаточно прочной, чтобы выдержать вес человека? К тому же надо учесть, что успешные опыты на животных еще не являются гарантией успешных операций на человеке…