Сердце Дуба
Шрифт:
«И как это вас устраивает?»
Толан заметил его раздражение, когда хлопнула ещё одна дверь, и узнал второй голос, который слышал. Высокий мужчина, сложенный как боксёр, примерно его возраста. Как сказал бы Джаго, самодовольный.
Йовелл без всякого тепла спросил: «Вы уезжаете?» — и не стал дожидаться ответа. «Это мистер Толан, который гостит у нас некоторое время. Мистер, э-э, Флиндерс — управляющий соседнего поместья Роксби. Леди Роксби — тётя капитана Болито, как вы скоро узнаете».
Толан чувствовал взгляды и вопросы.
Йовелл мягко добавил: «Мистер Толан был помощником вице-адмирала сэра Грэма Бетьюна».
«И ты, я полагаю, знаешь несколько интересных историй, которые можно рассказать?»
Флиндерс повернулся к двери: «Я пришлю…» Он, казалось, что-то прислушивался, а затем сменил тему на: «Я принесу смету на этот ремонт, и мы сможем договориться о цене». На этот раз он посмотрел прямо на Толана. «Некоторое время назад много говорили о вашем сэре Грэме. Говорят, он был помешан на женщинах».
«И не только глаз!» Дверь за ним захлопнулась.
Дэниел Йовелл снова надел очки и внимательно посмотрел на пришельца. Что дальше? Всё всегда было не так просто.
Но он сказал: «Кажется, вы только что разговаривали с нашей Дженной. Местная девушка, очень уважаемая. Правая рука миссис Фергюсон в последнее время».
Толан промолчал, вспомнив любезное предупреждение возчика: «Острый как гвоздь, так что берегись!» Он был прав.
Значит, девушку расстроил Флиндерс. Привык добиваться своего. Задира, а возможно, и развратник. Ничего нового, но игнорировать его нельзя.
«Я провожу вас в дом и познакомлю с миссис Фергюсон. Думаю, она будет рада вашей помощи». Он не стал вдаваться в подробности. «А потом я найду вам уголок, который вы сможете назвать своим».
Снова этот спокойный, совиный взгляд. «Пока ты с нами».
Толан взял сумку и пошел за ним во двор.
Он почувствовал на лице солнечные лучи и вдохнул тёплый воздух со странным чувством облегчения. Капитан Болито сдержал своё слово.
Один из конюхов взглянул на него и ухмыльнулся. Он ускорил шаг. Йовелл придерживал для него дверь.
Так прохладно и тихо после шума конюшни. И правильно или нет, это было его решение. Пути назад не было.
Ловенна посмотрела на раскрытый чемодан, лежавший на полу, и потрогала аккуратно сложенное сверху платье. Она надела его в их последний день вместе.
Было уже слишком поздно. Она сказала, что уйдёт.
Она подошла к окну и посмотрела через террасу на море. Письмо принёс курьер от Марка Феллоуза, ближайшего друга сэра Грегори Монтегю. Два дня в Лондоне, максимум три. Завещание было составлено; предстояло подписать ещё несколько бумаг. Феллоуз обо всём позаботится, даже о экипаже и проживании в обоих направлениях. Он был хорошим человеком и всё ещё другом, несмотря на общую утрату.
Она оглядела комнату. Безлично, возможно, намеренно. Она всё ещё была здесь гостьей, пока шли работы на крыше дома Роксби, где она официально проживала. Как сказала Нэнси: «Для видимости. Дай всем болтунам повод для болтовни!» Она почувствовала, что улыбается.
Когда Адам вернулся домой. Но когда это произойдёт? Сколько времени пройдёт до…
Нэнси была в Бодмине по семейным делам. Она спросила совета по поводу предполагаемой поездки в Лондон.
«Лучше сделай это сам, дорогая, чем привлекать очередного адвоката, желающего набить свой кошелек!»
Это имело смысл. Но это было тогда.
Раздался легкий стук в дверь.
«Просто хочу узнать, нужна ли вам помощь?»
Это была девушка Грейс Фергюсон. Дружелюбная, женственная, исполнительная и всегда готовая протянуть руку помощи или приятно провести время, когда чувствовала, что ей это нужно.
«Ты была в Лондоне, Дженна?»
Она хлопнула в ладоши. «Никогда не выезжала за пределы Корнуолла – Ловенна». Она помедлила. «Мы, конечно, будем скучать по тебе».
«Я вернусь раньше, чем ты успеешь оглянуться. С кем ты разговаривал? Я не видел, как он уходил».
Дженна протянула руку, чтобы поправить занавеску.
«Человека по имени Толан. Мистер Йовелл знал о нём всё. Она не смотрела на неё. Он служил с капитаном Адамом и адмиралом».
Ловенна улыбнулась. Адам рассказал ей о Толане, верном слуге Бетюна, которого он, не задумываясь, отверг. Как мусор на пляже, где она иногда гуляла.
«Каким он был? Показался ли он приятным человеком?»
"Я полагаю."
Ловенна снова подошла к окну и нежно коснулась руки девочки. Зря она спросила. Дженну отправили на работу, когда она была совсем маленькой. Однажды поздно ночью, возвращаясь домой, она была изнасилована солдатом местного гарнизона, хотя обвинение никому не было предъявлено и никто не был осужден. Она родила ребёнка, который прожил всего несколько дней.
Это мог быть я. И жестокие последствия, слухи, шёпоты, которые никогда не утихнут. Дыма без огня не бывает.
Но теперь она здесь, в безопасности и под заботой.
Как я.
«Если я тебе понадоблюсь…» Дверь тихо закрылась.
Ловенна смотрела на море, на крошечный кусочек паруса, неподвижно покачивающийся на мерцающей воде. Наверное, рыбак, пришедший в порт продать свой улов. Как и в прошлый раз: зеваки на набережной наблюдали за каждым судном. Критически, но и с тоской.
Единственная жизнь, которую они знали. Теперь остались только воспоминания.
Она подумала о Дженне и о новоприбывшем Толане. Они строили новую жизнь, начинали заново. Им можно было позавидовать.
Она вспомнила лицо Адама, его радость, когда она узнала судно, покидающее Фалмут в тот последний день.
Вспомнит ли он об этом? Хочет принадлежать, делиться этим и играть свою роль, а не быть просто привилегированной собственностью. Роза в лацкане…
Она снова подумала о Нэнси: дочери, сестре, тёте морских офицеров, потомке многих поколений, она лучше многих понимала железную хватку кораблей и моря, довлеющую над теми, кто служил им и был отвергнут. Как контр-адмирал Томас Херрик. Херрик был бы прекрасным партнёром для овдовевшей Нэнси, но ему мешала гордость или что-то более жестокое. И Джон Олдей, старый рулевой сэра Ричарда, который держал его на руках, когда тот умирал, а теперь стал популярным хозяином гостиницы «Старый Гиперион» в Фаллоуфилде: мысленно он никогда не покидал ту самую палубу.