Чтение онлайн

только сына Эдгара и давным-давно.

Зато нервная, закомплексованная Риция невзлюбила Зелу с первого взгляда. Сначала

потому, что та напоминала ей Анзанту, а потом за то, что даже Анзанта была для Ольгерда

лишь повторением Зелы. Глупая девочка! Вот уж ей опасаться было нечего. Ее обожаемый

Ольгерд был настолько правилен и зациклен на порядочности, что не изменил бы ей даже

под пытками.

– Пьеса рассчитана на эмоции, а не на разум, - сухо сказала Риция, - причем на мужские

эмоции.

Зела не обижалась на нее. Она знала, что такое не иметь ребенка от безумно любимого

мужчины, не иметь даже надежды на это, не кормить маленький комочек грудью, не искать в

его личике знакомые черты, не наблюдать, как он растет, не рассказывать ему о мире, в

который он пришел благодаря тебе... Но у нее хотя бы был внук. Эдгар вдоволь насиделся у

нее на коленях и наелся ее каш. Риция даже этого не знала.

– Что касается моих эмоций, - весело сказал Леций, - то если б этот Крептон к тебе

прикоснулся, то я бы просто прыгнул на сцену и расплавил его.

– Папа, - не поняла юмора Риция, - если ты не видишь разницы между театром и

жизнью, то хотя бы вспомни, что это не твое дело. Кажется, у Зелы есть муж.

– Кажется, есть, - усмехнулась Зела, - где-то.

************************************************************

Герц завалился пьяный. Зеленый парик сидел на нем криво, под завитками белой краски

лицо было пунцовым, глаза лихорадочно блестели. Зела вздохнула: ничего хорошего можно

было не ждать.

– 72 -

– А этот что тут делает?
– презрительно уставился он на Кси, - он еще смеет тебя

причесывать?! А ну брысь отсюда!

Связываться с ним не хотелось. Это могло кончиться плохо и для гримера, и для

гримерной в целом.

– Кси, пожалуйста, - терпеливо сказала она, - подожди пять минут в коридоре. Только

никуда не уходи, слышишь?

Тот спокойно улыбнулся ей, положил расческу и вышел. Аггерцед стоял шатаясь, он был

в канареечно-желтом камзоле с пышными брыжами, в протертых штанах из резиновой кожи,

в красных сапогах с пряжками и с букетом нежно-розовых хризантем, самых любимых

аппирами цветов. Даже тут он старался подчеркнуть, что он аппир, а не человек.

– Ну?
– повернулась она к нему.

– Что-то я часто стал замечать тебя с этим музыкантишкой, - сказал Герц недовольно, -

таскаешься с ним в «Корку», по выставкам ходишь, в информотеке с ним торчишь... А теперь

он еще и в твоей гримерной отирается? Это как понимать, драгоценная бабуля?

– Ты за этим пришел?
– холодно спросила она.

Он сверкнул глазами, покривился и бросил цветы к ее ногам.

– Что дальше?
– усмехнулась она.

– Я всегда знал, что твой старый муж тебе осточертеет, - заявил Герц, - но выбрать такое

ничтожество, бабуля? Что-то у меня зашкаливает!

– Ты пьян, - сдерживая раздражение, сказала она.

– Я всегда пьян в это время, - надменно ответил он.

– Тем не менее, я не желаю слушать твой бред.

– Бред?!
– снова покачнулся он, - бред был на сцене полчаса назад. Верных жен в природе

не бывает! Ты всегда или после кого-то или перед кем-то. В общем, в цепочке. Это

противно...

– По-моему, ты просто перепил, и тебя тошнит.

– Меня тошнит от жизни! И от вас, верные жены!

Он развернулся и быстро вышел. Зела не ожидала, что так быстро от него отделается.

Кси вошел, усмехаясь, подобрал хризантемы с пола и так и остался сидеть у нее в ногах.

– Бедный мальчишка, - сказал он, - до сих пор считает, что сила и власть - это всё. И

никак не может смириться с тем, что его схема не работает.

– Надеюсь, больше никто не придет, - устало вздохнула Зела, - и я смогу наконец

умыться!

В это время постучал рабочий сцены, вошел и передал ей большую коробку конфет.

– Господин просил, чтобы вы открыли теперь же, - сказал он.

– Спасибо, Гуго, мне совершенно не хочется сладкого, - улыбнулась она, - чего бы я

съела, так это жареного цыпленка. С горошком, с перцем и с тушеной морковкой. И запила

бы это горьким пивом! Что скажешь, Кси?

– Ты не уточнила, под каким соусом. И под какую музыку.

– Это уже на твое усмотрение.

Они посмотрели друг на друга через зеркало.

– Извините, - сказал Гуго, - но господин здесь за дверью и ждет ответа.

– Какого ответа?
– удивилась Зела, - и кто его сюда пропустил?

За сцену пускали только своих.

– Не знаю, - пожал плечами Гуго.

– Может, там записка?
– предположил Кси.

Зела положила коробку на колени, развязала ленточку и открыла картонную крышку. Там

была не записка.

Там было нечто невообразимое. Чего только не видели жены Прыгунов, даже звезды с

неба, но такого!.. Сначала она даже боялась к этому притронуться. Оно сияло и переливалось

всеми цветами, это нечто, похожее на сказочное перо Жар-птицы. После минутного шока,

Зела взяла его в руки. У пера был стебель, даже шипы на нем. Наверно, это была ветка

какого-то фантастического растения с неведомой планеты, до которой не добрались пока

даже Прыгуны.

– 73 -

– Царский подарок, - проговорил Кси, даже его это потрясло, - я слышал, что где-то есть