Серв-батальон
Шрифт:
– Пробуем… – Ответил он, останавливая машину у подходящего укрытия.
– Пробовать некогда. – Огрызнулся Верхолин. – Второй попытки не будет.
Ну, рыжеволосая… – Грин не заметил, как быстро начал одухотворять кибернетическую систему, – не подведи меня, девочка…
Сигналы на целевых мониторах множились, сплошное пятно засветки по мере приближения противника начало дробиться на группы.
– Саймон, как? – Не выдержав, переспросил Антон.
– Готов к запуску. – Выдохнув, ответил Грин
– Отлично. Работаем.
Им не нужно было согласовывать дальнейшие действия, – оба мыслили одинаково, – залп и смена позиции с рывком вперед, навстречу наступающему фронту сервомеханизмов, чтобы поддержать звено лейтенанта Макарова.
Антон не видел бледного лица Саймона, но он и сам выглядел не лучшим образом, такой же напряженный, с резко обозначившимися обтянутыми кожей скулами.
Их первый бой начинался.
Шли последние секунды отсчета перед запуском.
– Внимание, зафиксирован массированный запуск ракет класса «земля-космос»!
Адмирал Ипатов резко обернулся к информационным экранам, но там еще не появилось траекторий, только на фоне укутывающего поверхность, но уже медленно опадающего грибовидного облака яркими точками пылали сигнатуры пуска.
– Есть расчет траекторий!
Тонкие курсовые нити, пополнившие голографическую схему, ввергли всех офицеров находящихся на боевом мостике «Элиота» в секундное замешательство.
– Они атакуют седьмую, девятую и четырнадцатую станции ПКО [27] !
На орбитах началась неизбежная подвижка. Корветы эскадры включили маршевые двигатели, устремившись на перехват шестнадцати ракет, способных превратить в обломки боевые станции.
Счет времени измерялся секундами.
Ипатов, напряженно следивший за продвижением маркеров вдоль нитей траекторий, с облечением понял: корветы успевают поставить заслон.
В следующий миг, подтверждая его мысль, темные корпуса корветов осветились вспышками множественных запусков; все расчеты показывали, что противоракеты перехватят «Пилумы» задолго до рокового разделения боевых частей…
27
ПКО – Противокосмическая оборона.
Мысль оборвалась.
Происходило что-то невероятное, по крайней мере, адмирал впервые наблюдал подобную коллизию: включившиеся двигатели ориентации второй ступени внезапно развернули ракеты назад к земле, и почти сразу, не давая шанса на вмешательство в ситуацию, боевые части «Пилумов» начали разделяться.
Экран сплошь покрылся засечками.
Разделившиеся боевые части стремительно неслись к земле, расходясь расширяющимся конусом, – в зоне поражения оказались две наибольшие по численности группы сервомеханизмов, совершавших фланговый маневр в обход базы.
– Проклятье!.. – Вырвалось у адмирала. – Быстро, на связь специалистов по модулям «Одиночка»!
Через пару секунд заработал выделенный канал связи.
Адмирал отвернулся от суммирующего монитора, не желая наблюдать, как бестолково гибнуть сотни сервомеханизмов, не успевших сделать ни единого выстрела по противнику. Рассмотрев знаки различия своего собеседника, он коротко произнес:
– Один вопрос, капитан. Срочно просмотрите запись применения «Фалангерами» ракет класса «земля-космос». Мне нужен ответ или хотя бы компетентное мнение – модуль «Одиночка» в состоянии додуматься до такого?
Сервомеханизмы фланговых групп двигались вдоль размытой границы дымопылевой завесы, по-прежнему накрывающей всю площадь атакованной базы РТВ.
Их сканеры зафиксировали залп, произведенный двумя машинами класса «Фалангер», но не один серв не отреагировал на него. Ракеты ушли ввысь, а значит, не представляли угрозы. Все остальное совершенно не интересовало кибернетические цепи управления проходящих боевые испытания сервомеханизмов.
Их «мозг» представлял собой мощное вычислительное устройство, связанное с боевым автопилотом, целевым монитором и сканирующим комплексом. Шагающий привод, доведенный в процессе боевых действий до определенной стадии простоты, совершенства и надежности, был полностью скопирован с шасси «Хоплита». Таким образом, механизм, вооруженный мощной лазерной установкой, был дешев в производстве, отличался высокой проходимостью, а по боевым характеристикам представлял реальную угрозу для многотонных серв-машин. «LDL-55» или «шагающие лазеры» (такое название прижилось в войсках) по сути, разрабатывались как ударная сила разового использования. В период испытаний они отлично зарекомендовали себя в составе локальной сети, организовывая различные построения, схемы огневого взаимодействия, применяя простейшие, но эффективные тактические приемы. Если приводить привычные для человека сравнения «шагающие лазеры» действовали коллективно, как стая животных при охоте на крупного зверя.
Единственная боевая задача: «найти и уничтожить», превращала механизмы такого типа в опасную силу.
Второй тип боевых машин, разработанных на Анкоре, получил название «бродячий миномет».
Гусеничный привод, небольшие габариты, в сочетании с «умной» начинкой реактивных боеприпасов, обеспечивающих огромную дальность прицельной стрельбы, плюс грозное противопехотное вооружение, позволяла «МХ-300» работать в одиночном режиме, осуществляя огневое прикрытие «LDL-55». Подключаясь к локальной сети шагающих лазеров «МХ-300» осуществляли серию пусков, и тут же «расползались» в разные стороны, кочуя от одного укрытия к другому, постоянно тревожа противника внезапными ударами, и почти всегда находясь вне зоны ответного огня.
В данный момент около двухсот «LDL-55» и «МХ-300» атаковали базу РТВ с северного направления, еще две группы по шестьсот механизмов в каждой, совершали фланговый маневр, стремясь замкнуть в кольцо окружения высадившийся на планету серв-батальон.
Четырнадцать беспилотных «Беркутов» пока что держались в отдалении.
Произведя залп, «Фалангеры» Верхолина и Грина синхронно сбросили массивные пусковые устройства «Пилумов», с ноющим визгом втянули дополнительные опоры, и, выпрямив ступоходы, резко ушли с демаскированной позиции.