Чтение онлайн

— Возможно, мне все-таки стоит отпустить бороду, — пробормотал Дев. — Чтобы показать, что я и впрямь ручной.

— Вероятно, еще лучше, если по-прежнему будут думать, будто ты евнух, — напрямик ответил Кейда.

— А ты не думаешь, вдруг покажется странным, что ты доверяешь свою безопасность оскопленной собачонке? — тихо спросил варвар с явной насмешкой. — Может, здесь и отыщется служаночка, утехи с которой окупят мои усилия? Естественно, с твоего дозволения, мой господин. Саэдрину ведомо, я бы не прочь разгрузить свои яйца.

— Нет, не стану, если только ты поклянешься мне, что не будешь разговаривать во сне, — осадил его Кейда, пока они шагали по зеленому дерну.

— Тебе-то хорошо. Ты можешь вознаградить себя, едва только пожелаешь. — Дев со вздохом облегчения поставил наземь оба ларца, которые и низко поклонился.

Кейда и бровью не повел в ответ на дерзость варвара, ибо из главных ворот усадьбы вышла Итрак. Слуги рассыпались, а она заспешила к вождю, сжимая в руке что-то белое.

— Моя госпожа, — он скорым шагом двинулся ей навстречу, и его обдало холодом, несмотря на жару. — Прибыли новости с запада? С «Туманного Голубя»?

— Что? О нет.

Итрак была одета со всем благородством, какое пристало первой жене владения. Шаровары зеленого шелка покрывал узор из переплетенных цветов, голубых и золотых. Рубаха такой же ткани плотно облегала тело, подчеркивая его стройность. Горловина, раскрытая спереди, была перехвачена золотыми застежками, а под ними плавно поднимались ее скромные груди. Стройную шею обвивали нити сапфиров и изумрудов, изумрудным же и сапфировым были подведены ее глаза. Солнце высекало зеленые и голубые огоньки из ее колец, когда она поправляла свои хитро убранные волосы.

При всей своей утонченности она на вид дитя, да и только, застигнутое в разгар шалости, которую не оно учинило.

— Что это? — Кейда протянул руки. — Моя возлюбленная жена, — добавил он для ушей рабов и слуг, бросивших свои занятия.

— Я неожиданно обнаружила письмо из владения Дэйш, которое нас ждало, — Итрак с треском смяла тростниковую бумагу. Джевин, следовавший за ней по пятам, в открытую хмурился.

— Это по поводу нашего приглашения? — Кейда чуть повысил голос. — О том, что Рекха Дэйш посетит нас на Равноденствие, чтобы отвезти обратно к господину ее владения весть о предзнаменованиях, дабы он мог сравнить то, что открылось нам, с тем, что небеса предрекают Дэйшам?

— Если бы я могла подготовить все и всех в усадьбе, чтобы принять ее подобающе, — рука Итрак дрожала, и Кейда заметил бурное смятение в ее глазах. — Если бы я могла оживить в памяти все торговые дела Чейзенов с Дэйшами… Но боюсь, нам следует ожидать эту достойную даму сегодня же.

— Правда? — Кейде удалось произнести это слово непринужденно. — Какая неожиданная радость. — Пусть кто угодно различит насмешку в его голосе.

— Еще более неожиданная, чем тебе показалось, мой господин, — осмелев от его слов, Итрак позволила себе легкое раздражение. — Нам предстоит принять первую госпожу соседского владения, Джанне Дэйш, а не Рекху. И следует поторопиться с приготовлениями.

— Особая спешка тем не менее ни к чему, — Кейда старался не глядеть на толпившуюся вокруг челядь, а Итрак раскрыла рот от изумления. — Те, кто нам служит, усердно потрудились, готовясь к этому неожиданному переезду с юга. Я не склонен благодарить их за усердие, требуя большего. — Он преступил с ноги на ногу. — Если мы окажемся не готовы принять Джанне Дэйш, когда она прибудет, то она может остаться на борту корабля. Ведь она сама решила явиться раньше, чем ее пригласили.

Можно не сомневаться, неспроста решила, чтобы сбить Итрак с панталыку и заставить беспрерывно и униженно извиняться за недостаток гостеприимства.

— Ты прав, мой супруг, — Итрак воздела подбородок, лицо ее сделалось безмятежным. — Наши люди хорошо потрудились и заслужили нашу признательность. Благо Чейзенов для нас превыше блага Дэйшей.

Джевин у нее за спиной улыбался во весь рот.

— Разумеется. — Кейда скрыл свои истинные чувства, вслушиваясь в бойкий шепоток, вызванный смелым заявлением Итрак. — День жаркий, жена моя. Давай немного освежимся, прежде чем вернуться к нашим обязанностям. Настало время передышки для всех.

Он величественно повел рукой. И сразу же служители обоего пола поставили кто куда свою ношу и бросили дела. Некоторые рухнули в траву, другие направились к каменному домику над источником, где наполнялись бочки для воды. Те же, кто переносил с берега продовольствие, тут же набрали плодов и воздушного хлеба.

Кейда привлек Итрак, просунув ее ладонь себе под локоть, и они зашагали к главным воротам усадьбы. Над ними нависла внешняя стена, возведенная из светлого эзабирского песчаника. По углам поднимались башни из иного камня, заметно темнее. То здесь, то там сохранились черные пятна, немые свидетели колдовского огня дикарей. Кейда ответил на приветствия воинов, выстроившихся на дорожке вдоль стены.

— У каждого отряда своя башня, мой господин, — пояснил, ступая за ним по пятам, Джевин. — Там они едят, спят и держат свое оружие.

— Превосходно, — одобрил Кейда.

А следят ли они столь же бдительно за тем, что происходит внутри стен? Кому и как проявят они верность, если нам с Девом по возвращении Ризалы понадобится тайно входить и выходить, чтобы не возбуждая подозрений?

Кейда зашагал впереди всех во внутренний двор через ворота, почти не отличающиеся от тех, что имеются в береговых укреплениях. Внутри, лопоча, выбегали из расселин в неровных серых скалах ручейки и направлялись в обход восхитительных беседок, где среди ярких цветов порхали пестрые птицы. Крохотные водопады рушились в заводи с радостным плеском. Проворные, белые с серебром, рыбки метнулись при приближении людей в укрытие среди набухших зеленых стеблей и бутонов, из которых скоро явятся алые цветы, или среди простертых по воде поникших листьев голубых кувшинок, начавших увядать.

— Странно представить себя на место недругов, ступающих по этим хорошеньким тропиночкам, — поделился он с Джевином.

— Попробуй пробеги здесь по воде, живо наткнешься на ямы и ряды копий, — молодой раб указал на тени под играющей поверхностью заводи.

— Но, судя по рассказам, ничто не остановило дикарей, — жестко напомнила Итрак.

Я не единственный, кто не хотел сюда ехать. Ты воспользовалась необходимостью восстанавливать усадьбу на юге как предлогом держаться подальше отсюда, где затаились воспоминания, разве не так?