Чтение онлайн

Судя по всему, мне стоило приготовиться к приближению чудовища. Страх висел облаком над залами королевского замка. А в мыслях придворных присутствовала еще и нездоровая страсть. Все составляющие великого ужаса. Я знал, что дьявол здесь. Собирал информацию о нем по крупицам. Я готовился при столкновении с ним заглянуть в лицо самому своему большому страху, чтобы, наконец, его победить. Но истина превзошла все мои ожидания.

В замке мне отвели небольшую каморку. Но и она была довольна роскошна. Я быстро познакомился со сверхъестественными существами, поселившимися в ней. Лепрехуны обитали в подсвечниках, канделябрах и бра. Они разжигали мне вечером огонь. Фея сновидений по имени Дезель оккупировала не постель, а камин, по дымоходным трубам ей было легко пробираться подобно серебристому дождю во сны всех здесь присутствующих. Бродячая фея Лотта забредала сюда, чтобы поиграть. Она напоминала мне дриаду. Все, что осталось у нее от ее дерева, которое срубили, это вырезанные из ствола сердце и стрелы. Она метала их над моим ложем, напевая, что это символика любви. Я недоверчиво хмыкал. Любовь нежна. Стрелы больше напоминали лично мне символы гнева и мести. Эти чувства меня раздирали, а не любовь.

Я шнырял по замковым коридорам в поисках объекта мести, а не желания. Вместо этого я заметил вдруг и нечто поразительное. На самом деле я уже видел нечто подобное, но только не в реальности.

Существа, которых до этого мига считал волшебными, вдруг перестали для меня существовать. Они ползали рядом и подшучивали надо мной. Поселившись в замке, я делился с ними своими наблюдениями, а теперь мне не стало до них дело.

Потому что я заметил его. Это был именно он! Тот самый юноша, который мне снился. То самое лицо, которое я столько раз видел во снах. При взгляде на него я даже позабыл, что это были на самом деле кошмары. Ведь драконьего огня в жизни не было. Был только принц. И он меня покорил. С первого взгляда.

Сердце и стрелы. Символика Лотты теперь стала мне понятна. Но стрела была только одна, и она меня сразила.

– Никогда в жизни я не видел ничего более прекрасного, - с придыханием прошептал я.

– Сколько раз ты это уже говорил, - недоверчиво буркнул лепрехун, на миг выпуская изо рта украденную трубку. По размерам она была вдвое больше его, и он стащил его у местного сенешаля, хотя тащить ее за собой для него было весьма обременительно. Курить он тоже совсем не умер, но пытался. И от запаха дыма и табака мне уже становилось дурно. Я даже чуть не выкинул табакерку, которую сам у кого-то стащил. Не помню у кого. Но, едва познакомившись с запахом этой гадости, я даже думать уже не хотел о том, чтобы нюхнуть табака. Однако, глупо было поддаваться порыву и выбрасывать зря дорогую вещь. Ее можно будет потом заложить или проиграть в карты. Зачем растрачивать имущество зря. Лепрехун очевидно считал также, ведь ручка его трубки была инструктирована золотой резьбой. Потом он, наверное, оттащит ее в пещеру к своим сокровищам. У него такие же практичные планы, как у меня. Но в отличие от меня он еще старался использовать ее по назначению.

Я же потерял дар речи. Вот, что такое любовь. Это, когда видишь кого-то и вдруг перестаешь существовать сам. Потому что при виде такой обжигающей красоты, ты просто чувствуешь себя испепеленным. И я сгорел. Не в буквальном смысле, хотя за мои колдовские навыки меня давно уже следовало отправить на костер. Но расплата пришла в другом качестве.

– Это он, - шепнул я, сам не зная зачем. Он! Тот, кого я знал, потому что видел во снах. Но, оказывается, он существовал в реальности. Если только мне не казалось. Но тогда казалось и другим, потому что слишком многие им восхищались. Я ревниво улавливал множество мыслей. Целую какофонию восхищений и восторгов. Это сводило меня с ума. Да здесь все в него влюблены. Как многие его обожают и ревнуют и тем не менее боятся подойти к нему близко. Бояться сгореть, как горю сейчас я. Что за чувство? Наверное, я упал бы в обморок раньше, чем сумел приблизиться к нему.

– Он тот самый! Тот самый!
– звенели в моем сознании предостерегающие голоса духов, но мне уже было все равно. Я видел деревянное сердце и стрелы, и ловкую руку Лоты метающую их в цель. И дерево вдруг закровоточило. Я был уверен, что теперь увижу его истекающим кровью прямо над моей постелью. Все, как будто было уже решено. Так и должно было быть. С сотворения мира. Я был не первым и не последним, кто подчинился первобытному греху. Вернее тому, кто этот грех воплощал.

Мне действительно было уже все равно, что он тот самый. Я в миг все забыл и готов был оставить все планы мести, лишь бы только он взглянул на меня. Но он не взглянул. Даже мельком. И во мне самом пробудился дьявол. Я нанял брави в ту же ночь. Сердце и стрелы Лоты действительно были залиты кровью. Но не моей. Какие-то мелкие существа истекли ею пригвожденные стрелами к мишени. Это было жутко, но я не обратил внимания. Меня волновало другое. Рок. Я должен убить его, но я его люблю.

И я желаю ему смерти именно потому, что люблю его. А он не любит меня. Даже не замечает. Вот истинная причина. А не месть. Я хочу его смерти, потому что он не ответил мне взаимностью. Но гораздо сильнее я хочу, чтобы он жил и принадлежал мне. А как же дыхание дракона из моего сна? Кому нужен возлюбленный, который обожжет тебя огнем? Опалит лицо при поцелуе... И что с того. Я все равно его хотел. Так сильно, что горел предварительно.

Я ревниво наблюдал за ним. Эдвин все время был один. Так почему же он всегда снился мне в окружении кавалькады.

– Это его неземное окружение, - шепнул назойливый голосок за плечом, но я небрежно отмахнулся от него.

С недавних пор духи стали мне докучать. Как ни странно я уже совсем не удивлялся тому, что вижу и слышу их и даже тому, что они спешат со мной подружиться. Они будто слетели со страниц всех магических книг, которые я изучал, и стали меня осаждать. Иногда это было неприятно, иногда полезно. Но в целом сносно. Вполне можно было привыкнуть к тому, что кроме людей я вступаю в контакт еще и с потусторонним миром. К тому же от сверхъестественных существ часто можно было узнать то, в чем люди никогда бы не признались. Но мои феи, призраки и духи были незаметны и шустры. Они витали везде, они могли подсмотреть сквозь стены и все мне рассказать. Интересно, что они знают о принце. А если их порасспросить? Но что-то подсказывало мне, что говорить о нем они как раз испугаются. Он ведь тот, кто он есть.

Я наблюдал за Эдвином, таким холодным и равнодушным, и вечно одиноким. Даже в центре всеобщего внимания он оставался одинок, как будто был выше всех. Не он ли пара для меня?

– А ты скромен, - я отмахнулся от замечания свечной феи, притаившейся позади в канделябре.

Она тоже восхищалась им. Все им восхищались. А он принимал знаки восхищения как нечто само собой разумеющееся, сухо кивал в ответ, бросал по сторонам лазурные взгляды и как будто не замечал никого вообще. Вот он Денница в ожидании своего часа. Подсознательно он уже понимал, что часы, заведенные судьбой, вот-вот пробьют и мир перевернется. Он был невозмутим, а я сходил по нему с ума. Я обезумел. Я мечтал об Эдвине. О его сверхъестественном теле, о его разуме, полном тайн. Я хотел его всего. И мне не важно было, что вместе с ним я приму проклятие. Для него я был на все готов. Даже жить в аду всю вечность рядом с ним. Я смотрел издали на его лицо, будто на икону. Передо мной оживала статуя, сделанная из золота. Какая чистая почти прозрачная кожа, какие глаза, брови и ресницы будто выведены золотом, что особо сочетается с лазурью взгляда, точеные черты и такие губы. Я мечтал их поцеловать и не важно, что он опалит меня огню. Если поцелую его, я могу весь сгореть в его огненном вздохе. Я представил себе это. Наши губы соприкасаются, и он дышит в меня огнем, сжигая и небо, и внутренности. Это ли значил мой сон? Он меня погубит? Я и так был уже близок к гибели. Ну, зачем я только на него посмотрел. От первого взгляда на него я совсем рехнулся. А ведь до этого еще сохранял хоть какие-то остатки рассудка.

– Ты всегда был чокнутым, - вновь загомонила фея.

Она то откуда могла знать.

– Я летала над твоим поместьем и видела.

– Значит, это ты воровала пряники и монеты из моего ларца в спальне.

– Воровать у дураков не предосудительно. Ты всегда был умалишенным.

Нет, это Эдвин свел меня с ума. Сам того не зная. И вряд ли ему польстило бы восхищение такого неудачника, как я.

– Волокита, лежебока, лодырь, болван, никчемность, - ругался где-то гном, которого я обокрал, а здесь ему вторила фея. Как будто я нуждался в ее наставлениях.

– Пошла от меня.

Она обиженно фыркнула. Кажется, назвала меня извращенцем. Неужели и она ревновала. Я засмотрелся на Эдвина так, что уже ни на кого больше не обращал внимания. Она злилась и летала вокруг меня, а мне было все равно.

Легкий булавочный кол на шее похоже был пинком ее туфельки. Проклятие, она же порвет мое последнее целое жабо. Теперь я опомнился. Я лишь недавно выманил этот воротник у троллей. Я должен был престать перед Эдвином в подобающем виде.

Фея могла бы сплести мне кружева на манжеты даже из паутинки не то, что из черных нитей. И я улыбнулся ей.