Сказочник
Шрифт:
– О, разумеется.
Ийлура скривилась и, обхватив себя руками за плечи, села на кровать.
– Послушай, Дар-Теен, в мои планы не входит кормить тебя сказками. То, что произошло ночью, было просто необходимо…
– Как и протыкание меня ножами, да?
– Да, как и протыкание тебя ножами. Не переживай, Элхадж и меня в свое время хорошо истыкал… Я сразу предупредила, что ключ изменился. Жрице Дракона что? Она удалилась в свое особенное местечко, и ее больше ничего не интересовало. А я носила на себе этот кристалл, и тряслась над ним, как мамаша над ребенком – особенно когда серкт были близко. А затем я подумала, что если ключ может слышать мои мысли? Я всего-то попросила его принять такую форму, чтобы никто его не смог отнять. И проснулась однажды утром с пустой оправой на цепочке и с незабудкой на груди.
– Мне вот что любопытно, – Дар-Теен стоял к ней в пол-оборота. Жрица говорила откровенно (ну, или ему так казалось), – откуда ты узнала, как передать ключ другому?
– Это само пришло, – глухо пробормотала Нитар-Лисс, – нехорошее такое чувство, знаешь ли, когда кто-то подсовывает тебе в голову свои мысли.
– И это значит, что теперь ключ у меня никто не отнимет?
– Ровно до тех пор, пока ты сам не решишь его передать счастливому смертному.
– Угу. Хорошо…
Он потрогал розовые гортензии в вазочке. Ночью он, Дар-Теен, и столик перевернул – а сейчас все было как прежде, нарядно и уютно. Хорошо бы часок побыть одному! Нужно подумать, помолчать, и осмыслить наконец все происшедшее. Реальность – она, конечно, походила на бред, но… Цветочек-то на коже настаивал на обратном.
– Так что ты должен быть доволен, – холодно заключила Нитар-Лисс, – теперь ключ у тебя. Забирай свою бескрылую девку и убирайся хоть к самой Шейнире. Помни только, что с этим ключом ты можешь смело топать до самых Врат. И, будь любезен, не забудь: наследник Северного Престола. Пусть он останется жив.
Так и не дождавшись ответа, Нитар-Лисс поднялась.
– Уж извини, мой сладкий, провожать и прощаться я с тобой не буду. Не люблю, когда меня пытаются задушить в моем же доме.
… Она ушла.
А Дар-Теен все стоял, глядя на залитую солнцем улицу, на кусок чистого неба, припудренный нежным облаком. Тоска по Эристо-Вет становилась просто нестерпимой. Она грызла с удвоенной силой, после сегодняшней-то ночи. И как же он перепутал черное с белым? Уж лучше бы Нитар-Лисс сразу объяснила, что к чему. Так было бы куда честнее и не так больно потом.
– Дар-Те-е-ен!
К городским воротам неспешно двигалась процессия: Андоли и два синха, каждый из которых тащил на поводу крылана. Даже издалека было видно, что на элеане новая одежда – не иначе как с плеча самой Нитар-Лисс. Светлая блузка с кружевными манжетами, изящные штанишки. Сапожки с блестящими пряжками, позолота играла на жарком солнце так, что глаза резало.
Едва завидев поджидающего ийлура, девушка сорвалась с места и побежала.
– Покровители! Хвала Богам, ты жив!
И, не успел ийлур что-либо сказать, как она повисла у него на шее. Затем пожаловалась:
– А меня все это время в поганом чулане держали! Кормили-поили, но когда я про тебя спрашивала, ничего не отвечали! Ничегошеньки, представляешь?!! Я извелась, думала, что и не свидимся больше…
– Ну-у-у, – протянул ийлур, выбираясь из цепких объятий элеаны, – теперь все в порядке. Мы отправляемся к пирамиде.
Андоли требовательно заглянула в глаза.
– Тебе… отдали ключ?
Дар-Теен только похлопал себя по груди.
– Да, все тут.
Она замерла на мгновение, а Дар-Теену показалось, что элеана чего-то боится. Очень сильно, до дрожи в коленках.
– Ну тогда – вперед!
И Андоли с деланной веселостью метнулась к синхам.
– Эй, а ну отдавайте мне крыланов! О, спасибо. Очень мило с вашей стороны.
Ийлура поморщился – какая-то элеана была чересчур болтливая, как будто за потоком пустых слов и вправду что-то скрывалось.
– Пойдем, – сказал он.
Но проходя сквозь ворота все-таки оглянулся: далеко, посреди широкой и посыпанной песком улицы стояла одинокая фигура в черном. Но капюшон был откинут назад, и солнце рассыпалось мириадами осколков по ярко-рыжим волосам.
«Все-таки пришла», – Дар-Теен уныло вздохнул. Как-то все нелепо вышло – и эта ночь с подменой Эристо-Вет, да и сам он наутро… тоже хорош был.
«Главное – не забыть про наследника Северного престола», – вертелось под стенками черепа, – «интересно, а кто там был наследником, в те годы?»
Ийлур спохватился: Андоли что-то тараторила, а он и не слушал.
– Прости, задумался.
– Ну, ничего. Бывает.
Она так и подпрыгивала на месте, словно засиделась в чулане и теперь разминала ноги. Два десятка тонких черных косичек метались вокруг головы, вокруг плеч подобно сказочному плащу.
– Я говорила о том, что лучше подняться во-он на тот пригорок. Оттуда крыланам взлетать удобнее будет.
– И то правда, – согласился ийлур.
Город синхов стоял в живописной низине, окруженный южным лесом и небольшими возвышениями. Холмы эти – сотворенные богами или же смертными – походили на гребни волн и белели совершенно лысыми известняковыми макушками. Возможно, они и использовались как-то синхами, потому что к каждому из холмов вела аккуратная тропинка, даже выложенная камнями.
– И как он выглядит? Покажи! – приставала Андоли.
– Вот заберемся на вершину холма – и покажу, – проворчал ийлур, волоча за собой упрямого крылана.
– Это медальон? – принялась гадать элеана.
– Не совсем, – Дар-Теен ухмыльнулся. Вот удивится, когда увидит…
Там, где на коже синел цветок, потеплело. Потом начало припекать – «Да что это с ним?»
Но они почти добрались до вершины, осталось совсем чуть-чуть. Солнце самодовольно плыло по небу, поджаривая Дикие земли; Дар-Теен остановился, вытер пот со лба.