Чтение онлайн

К Анастасии приблизилась коренастая молодая морячка. Была не в меру загорелая и в белом, облегающем фигурку платье. Подружки картинно облобызались, оживленно пощебетали на ходу о чем-то своем, девичьем. Потом морячка в белом поспешила на выход, а юная прелестница села за отдельный ажурный столик - и в томительной атмосфере ресторации возникло ощущение искрящегося праздника. Лабухи ещё радостнее ударили по фанерным гитарам, вспенилось крымское шампанское, мятые курортники застеснялись самих себя, а их крупнозадые дамы надули губки, видимо, решаясь на темпераментную нетрадиционную любовь в ночных древних папоротниках.

Через несколько минут я обратил внимание на странное обстоятельство: прекрасную Анастасию никто не приглашал на танец. Я задал естественный вопрос лейтенанту: в чем дело, товарищ, неужели нет желающих помацать такую красоту?

– Были такие, - признался.

– И что?

– Им ноги вырвали.

– И что?

– И кое-что еще.

– И что?

– Иди ты...

И я пошел... приглашать юное пленительное создание на танец. А почему бы и нет? Во-первых, должен же я оправдывать высокое звание столичного ловеласа Cинельникова, во-вторых, любовь с первого взгляда у Алекса Стахова, в-третьих, надо диктовать обстоятельствам свои условия, а не ждать у моря погоды.

То есть своим безответственным поведением я нарушал не только все принципы mаnhanter, но и посягнул на самое святое, что есть в провинции на патриархальные, скажем так, устои.

Мой выход на освещенную сцену приморского театришка вызвал фурор, замечу без ложной скромности. Все взоры обратились к умалишенному в сандалиях на босу ногу и с обжаренными, как пирожки, щеками. Делая вид, что ничего ужасного не происходит, я приблизился к столику, шаркнул ногой и пригласил приморскую принцессу на танец. Та с приятным недоумением подняла на меня чудные глазища, впитавшие в себя всю свежесть южной растительности, и тем не менее протянула руку:

– Вы меня?
– улыбнулась.

– Вас, - и показалось, что мне лет сто, если не более того.

Пока публика приходила в себя, а телохранитель прелестницы давился импортным мороженым, мы с зеленоглазой красавицей кружили в вихре соблазна и мило флиртовали.

– А мы уже встречались, - наступал я.

– Не помню.

– В море.

– У вас яхта?

– Нет, я сам по себе, - и кратко изложил историю нашей нечаянной встречи в нейтральных водах.

– А я вас не заметила, - рассмеялась.

– В следующий раз буду подавать звуковой сигнал, - пообещал.

– А зачем?
– усмехнулась.
– Ваше лицо, точно красно солнышко, заметно на многие мили.

– Очень приятно, - горячился.
– Вячеслав Иванович, - представился. Можно Славик.

– Анастасия, - было такое впечатление, что под моими руками проходят воздушные потоки, прозрачные и чистые.
– А вы на отдых, Славик? Или на работу, Вячеслав Иванович?

– Скорее второе, чем первое.

– Ой, какой бедненький...

Ну и так далее. За столь романтическим флиртом я не обратил внимания на новые изменения в атмосфере кабака. Видно, нетрезвая бражка-компашка решила защитить честь отсутствующих братьев Собашниковых и поэтому за столиками замечалось штормовое волнение крутого посола. Юный телохранитель многообещающе улыбался мне, как даун отечественному пломбиру. Лейтенант Татарчук ерзал на стуле и готовился писать рапорт командованию о ЧП в "Парусе".

– Кажется, у вас, Славик, проблемы, - заметила отзывчивая девушка.

– А что такое?

– У нас не любят, когда чужие танцуют со мной.

– А мы не танцуем, - отшутился.
– Мы пляшем.

Анастасия засмеялась, покачала головой и пожаловалась, что у неё безумно ревнивые братцы - шагу не дают свободно ступить.

– За свободу надо бороться, солнышко, - не был оригинален.

– Как?

– Можно вместе, - предложил я.

– Вместе?
– и посмотрела осторожным потаенным взглядом.

Этого оказалось достаточным - я наклонился к современной Нифиртити и, вдыхая пряный запах духов и морских водорослей, нашептал дерзкие слова, которые её одновременно и рассмешили, и озадачили.

– Вы серьезно?
– не поверила.

– А почему бы и нет, Анастасия?
– поцеловал её руку.
– Могу показать рекомендации.

– О, Господи! Какие рекомендации?

– Что я лучший борец за права и свободы человека!

Не без колебаний она согласилась. План наших действий был прост: освободившись от назойливого внимания публики и телохранителя, прокатиться с ветерком на личном авто Анастасии. А почему бы и нет? Я горел желанием полюбоваться ночным приморским городком, а у моей спутницы возникло желание обрести наконец независимость от условностей душного местечкового миропорядка.

– Спортивный "пежо" красного цвета, - сообщила заговорщица, когда мы вернулись за столик.
– Только ключики у Эдика, - и с детской пытливостью перевела взгляд с личного телохранителя на меня, мол, все кавалеры готовы огород городить, а как действовать, бегут от ревнивых братцев в кусты жасмина.

– Нет проблем, - улыбнулся я.

Иногда мне трудно объяснить свои поступки, они кажутся сумасбродными и лишенными смысла. Потом по прошествию времени приходит понимание, что действия твои верны, поскольку были основаны на интуиции. А интуиция для профессионального охотника на людей все равно, что нюх для борзой. Хотя в данном случае я руководствовался совсем другим соображением.

Не таясь, прошествовал в гальюн ресторана. Правда, перед этим открыто поцеловал персиковые щечки юной прелестницы. Такая дерзость окончательно утвердила общественность в хамстве пришлого донхуана. Желающих совершить акт возмездия было трое. Они так были уверены в себе, что забежали в "М" с поспешностью африканских носорогов и... не обнаружили жертвы, то бишь меня. Почему? Потому, что находилась она, жертва, совершенно в другом месте, но рядом - в "Ж". Смешной и нелепый анекдот, не правда ли? Но наша жизнь не есть ли бесконечное анекдотическое происшествие? Привычный ко всему женсостав у зеркал отреагировал с вялым южным недоумением: