Чтение онлайн

Тиренн тихонько шел за юношей, пока они не отошли достаточно далеко от Северных ворот и стражи, которую энониец мог позвать на помощь.

Сердце у Тиренна гулко бухало о ребра, в горле пересохло так, что пришлось сунуть в рот отломанную с крыши одной из лачуг сосульку. Сорвать с человека кошелек - это совсем не то же самое, что умыкнуть забытый в караулке плащ. Что будет, если энониец схватит его за руку?.. И что случится, если мать и Белл узнают, что он сделал? Возможно, Белл воспользуется этим, как предлогом, чтобы раз и навсегда от них избавиться. И тогда они все окажутся на улице…

Тиренн понял, что, если еще чуть-чуть подумает - то уже никогда не наберется смелости, чтобы осуществить задуманное. И рванул вперед. Сама кража заняла у него до смешного мало времени - гораздо меньше, чем предшествующие ей колебания. Он помнил только то, что налетел на энонийца сзади и дернул кошель с такой силой, что чуть было не упал, когда завязки лопнули. А потом бросился бежать. Столичные воры, привыкшие срезать кошельки бритвенно-острым лезвием и растворяться в толпе раньше, чем их жертва что-нибудь почувствует, надорвали бы животы, если бы могли это увидеть. Но самому Тиренну было не до смеха. Он не знал, преследует ли его энониец - да и не особенно задумывался о таких вещах. Просто бежал вперед, пока в боку не закололо, а ноги не налились свинцом - и лишь тогда позволил себе обернуться. Погони не было - что и не удивительно, поскольку во время своего панического бегства он столько раз нырял в какой-нибудь проулок или подворотню, что уже и сам не очень понимал, где именно находится. Но главное - кошель был у него в руках. Тиренн осмотрелся по сторонам, чтобы удостовериться, что никто не отнимет у него так тяжело доставшийся ему трофей, и развязал тесемки кошелька. Пальцы у него все еще дрожали от недавно пережитого волнения.

Увы - ни золота, ни серебра в тяжелом кошельке не оказалось - только запечатанные воском пузырьки из темного стекла, клочок пергамента и несколько медных монет. Поняв, что он чуть не попался из-за такой чепухи, Тирен едва не взвыл. С досады он готов был выбросить свою добычу в первую попавшуюся канаву, но потом подумал, что будет разумнее ее сберечь. Вдруг эти пузырьки стоят каких-то денег? Тирен плохо представлял, что кто-нибудь польстится на такую ерунду теперь, когда почти никто в столице не есть досыта, но все-таки - чем Хегг не шутит… Надо показать их тому же старьевщику, которому он сбыл украденный из караулки плащ.

Тиренн попробовал представить, что скажет о постигшей его неудаче Тен, и тяжело вздохнул. Брат, может быть, и посочувствует ему, но потом будет потешаться и припоминать ему эту историю несколько месяцев. А ведь сам Тен на его месте поступил бы точно так же - но об этом он, конечно же, не вспомнит. Предпочтет сосредоточиться на том, что братец снова оказался в дураках.

– Как вы смотрите на то, чтобы поехать со мной в город?
– спросил Валларикс, не отрываясь от своих бумаг.

– Почту за честь, милорд. А могу я узнать, куда мы едем?
– спросил Аденор, всерьез опасаясь, что Валларикс снова вознамерился отправиться в Шатровый город… словно в том, чтобы торчать на холоде среди всех этих оборванцев, в самом деле было что-то увлекательное.

– Мастер Ольверт пригласил меня на верфи, посмотреть на "Этельрикса" с "Бальдрианом".

– Ничего себе названия для кораблей, - хмыкнул лорд Аденор.
– Два человека, едва не поубивавшие друг друга!

Валларикс только улыбнулся. Впрочем, Аденор возражал не очень-то всерьез. Если верить летописям, Этельрикс и его оруженосец были лучшими друзьями, пока их не разделила любовь к одной женщине. Которая, видите ли, не могла окончательно решить, кто же из них двоих ей нужен… Неудивительно, что ее муж и Бальдриан стали врагами. Но в конце этой истории Бальдриан все-таки предпочел пожертвовать собой, чтобы спасти бывшего сюзерена. Ральгерду это даже в детстве представлялось форменным идиотизмам, но сентиментальным людям повесть нравилась. Помнится, Крикс тоже когда-то попросил в себе в подарок эту книгу, хотя мог бы выбрать что-то более полезное.

Видя, что император не настроен ввязываться в спор, лорд Аденор вздохнул, теребя свою золотую цепь. Взглянуть на корабли мастера Ольверта - это гораздо лучше, чем часами наблюдать за плебсом, выстроившимся в длинную очередь за дармовой едой. В последний раз Ральгерд едва не окочурился от холода и скуки, а король все продолжал беседовать с дозорными и даже кое с кем из беженцев, упорно игнорируя все его осторожные намеки, что пора бы возвратиться во дворец.

В принципе Аденор не ставил себе цели усидеть одновременно на двух стульях, угождая и Валлариксу, и его главным политическим противникам в Совете. Но, пока он прилагал усилия к тому, чтобы заново укрепиться при дворе, он неожиданно для самого себя завоевал симпатию правителя, а дальше… дальше у Ральгерда попросту не оставалось выбора. Валларикс, безусловно, был довольно необычным королем. Но даже самым необычным королям не говорят, что думают. А уж тем более – им не отказывают.

Император так ушел в работу, что, казалось, совершенно позабыл о его существовании.

– Может быть, мне уйти, милорд?..
– осведомился Аденор.

– Лучше побудьте здесь, пока я не закончу, - сказал Валларикс, придвигая к себе чистый лист пергамента. Лорд Аденор отметил, что массивное кольцо с печатью, которое он привык видеть на безымянном пальце императора, теперь было надето на указательный. Похоже, Валларикс похудел так, что перстень начал попросту соскальзывать у него с пальца. Ральгерд поспешно отвел взгляд, как будто бы увидел нечто не вполне приличное. Валларикс всегда отличался странными понятиями о том, что подобает королю, но эта его последняя причуда была настоящей дикостью.

Осведомители Ральгерда Аденора доносили, что Валларикс по какой-то одной ему ведомой причине отказался от услуг дворцовых поваров и все эти недели ест ничуть не лучше, чем оборванцы в Шатровом городе. И Аденор без всяких доглядчиков мог убедиться, что в покоях императора почти не топят. Результаты были налицо - как в переносном, так и в самом прямом смысле. На последнем заседании совета Аденор отметил, что правитель теперь двигается экономно, почти вяло, как человек, который старается беречь силы. Своей бледностью и заострившимися чертами лица Валларикс резко отличался от присутствующих в том же зале членов Круга лордов - румяных, полных сил и выглядевших до неприличия здоровыми.

Ральгерду вспомнился недавняя беседа в доме Филомера Флаэна. По виду это был обыкновенный ужин, а по сути - встреча заговорщиков.

– Мы уже с неделю распускаем слухи, что, пока хлеб дорожает, во дворце Валларикса пируют, - сказал лорд Дарнторн.

– Если убрать из этих слухов имя Валларикса, то получится чистая правда, - саркастически заметил Аденор, изящно вытирая о салфетку пальцы, перепачканные в кисло-сладком соусе. Повар у Фин-Флаэнна был превосходный, так что фаршированная орехами и черносливом утка удалась как нельзя лучше.

– Общее недовольство налицо. Можно не сомневаться в том, что слухи упадут на подготовленную почву, - продолжал глава Совета, сделав вид, что не услышал реплику Ральгерда Аденора.
– Мы должны объяснить горожанам, что правитель развлекается и устраивает во дворце приемы для своих сторонников, пока все остальные голодают. Пусть считают, что казна дан-Энриксов полна, просто король не хочет содержать Шатровый город за свой счет. Верные мне люди уже работают над этим, раззадоривая недовольных на торговых площадях.