Чтение онлайн

–  Трогай!
– взмахнув рукой, скомандовал воевода.

И тут же возничий, хлестнув вожжами по крупу коняги, изрек привычное:

–  Пшел.

Телега, проминая колесами выпавший снег, не-охотно покатилась вперед.

Без остановок ехали весь день, а к вечеру, когда темные облака полностью скрыли небесный свет, отряд повстречал конный разъезд.

Услышав топот копыт, Вадим выгнулся в телеге и узрел шедшую на рысях им навстречу группу всадников и даже успел их пересчитать. Их было ровно десять, но одеты были похуже, чем их конвой. Почти все только в толстых кожаных рубахах, а поверх - в синих походных плащах. Шлемов ни у кого Вадим не разглядел.

Телега остановилась, и отряд воеводы замер в ожидании встречи. Дружинники подтянули щиты, склонили копья.

–  Свои, - наконец опознал приближающихся Тилей.

Воины немного расслабились, опустили оружие.

–  Воевода!
– громко позвал передний конник из разъезда.
– князь послал вас встречать.

–  Добро, - коротко изрек Тилей, - кто старший?

–  Десятник Палей, - приложив руку к груди, ответил все тот же воин.

–  Хорошо, Палей, давай своих назад, за телегу.

Услышав знакомое имя, пленники переглянулись. В глазах товарища мелькнула надежда.

«Конечно, - подумал Вадим, посмотрев на Валуя - у него есть шанс, ведь он ничего не знает про мои княжеские хлопоты… тьфу ты…»

Палей как раз, проезжая мимо телеги, повернул голову. Да, он узнал их, сомнений в том не было. Щербатый удивленно расширил глаза, открыл было рот, но Вадим отрицательно покачал головой, - мол, тише, не надо…

Палей медленно проехал мимо. Палей Щербатый, под началом которого Вадим и еще Сигурд начинали свою княжескую службу три месяца тому назад. Конечно, десятник Палей не мог не узнать их, ведь они вместе стояли в одном ряду в битве с варягами, у реки. В той битве, где Вадим потерял друга, и даже могилки теперь нет…

Пленники проводили отъезжающего Палея долгим взглядом - возможно, он им поможет? Хотя какая ерунда… Разве можно идти поперек князя. Вадим разом отогнал глупые мысли.

–  Слышь, - толкнул он плечом Валуя, - а наш Щербатый все десятником ходит.

–  А что ему сделается?
– ответил товарищ.
– выжил - и хорошо…

–  Да, - согласился Вадим, - выжил, а ведь с нами на одной ладье был…

Оба замолчали, вспоминая ту неудачную для них битву под Альдегьюборгом.

–  М-да… - задумчиво протянул Вадим.

Вскоре доехали до какой-то деревни и встали на ночевку. Дружинники заняли сразу три избы. В двух поменьше разместился десяток Палея, а большую избу занял воевода со своими людьми. Здесь же, во дворе, остановилась телега с пленниками. Воины выгребли их из соломы и заперли в сарае вместе со свиньями. Иного подходящего места для содержания «самозванцев» не нашлось, хорошо еще, что сена было много, и они устроились вполне мягко.

Руки им развязали лишь на короткое время приема пищи. На этот раз пришлось довольствоваться только хлебом и водой. Затем руки им вновь спутали, и спасибо, что не за спиной. Спать с выкрученными назад руками было ох как неуютно.

–  Новгород-то когда?
– спросил Вадим.

–  Так уже к полудню завтра и будем, - ответил Валуй, устраиваясь на мягком сене.

–  Хорошо.

–  Чего ж хорошего?

–  В Новгороде все и разрешится…

–  Что разрешится?
– недовольно вопросил бородач.
– я и так в толк не возьму, какая на нас вина?

Вадим пристально посмотрел на боевого товарища и сказал:

–  Ты прости меня, Валуй…

–  За что?

–  За то, что я впутал тебя во все это…

–  Ох, путано ты излагаешь… не пойму я, к чему ты это?

–  Прости, если можешь, - продолжил Вадим, - из-за меня весь этот балаган. Там, в лесу, у старого деда… ты еще от ран не оправился… В общем, я теперь…

Он резко оборвал свою речь и прислушался. У ворот сарая скрипнул снег, а затем послышался шорох снимаемого запора. Вот створка едва заметно пискнула, послышались шуршащие по сену шаги.

–  Вадим… Валуй… - тихо позвал голос из темноты.

–  Кто здесь?

–  Это я, Палей…

Щербатый приблизился на их голос, подсел рядом на сено.

–  Ну и угораздило же вас, - шепотом изрек Палей.

–  Ты про что?
– Валуй округлил глаза.

–  Я говорю, и угораздило же вас к молодому князю в немилость попасть…

–  Да за какие такие прокуды?
– не унимался бородатый «самозванец».
– Ты не ведаешь?

–  Хуже и не бывает, - вздохнул их старый знакомец, - в дружине сказывают, будто вы к врагам Гостомысла подались…

–  Чего?
– не поверил Валуй.

–  Как князя Боривоя схоронили…

–  Погиб все-таки?
– неуверенно переспросил Вадим.

–  Так с вами же в бою у ихнего града и зарубили его…

–  Да уж, а я, признаться, и не верил, - перебил его юноша, - стало быть, правда.

–  Правда, как есть правда, - продолжил Щербатый, - наши тогда из боя вышли, а чудины, так те вообще вой подняли. Все своего Юмала поминали, дескать, отвернулись боги от нас и не дадут победы над врагом. Младшие воеводы дружину в Новгород и повернули…

–  Ты-то как спасся?
– не удержался от вопроса Валуй.

–  Да как… так и спасся, за борт меня опрокинули варяги, насилу до берега догреб… Я потом со всеми до Новгорода подался… там и князя хоронили, да сына его, Гостомысла - нового князя встречали. Вот так-то.

«Ладно, это все лирика», - подумал Вадим, а вслух молвил:

–  Ты же не сказки нам сюда пришел рассказывать? Говори дело.

Щербатый покрутил головой, прислушался.

–  Знаю доподлинно, тебя, Вадим, дюже князь видеть желает и, чую, не пирогами встречать станет, а железом каленым… уж я не знаю, кто на тебя донес, но поклеп был, тут не сомневайся.