Сунг
Шрифт:
– Промашка, Руслан… – ответил я, – Когда я говорил, что пошел к вам без документов – не шутил. Действительно все бумаги на Сунге оставил. И мои бойцы тоже.
– Ч-черт…
– Как вы лоханулись, не пойму. Разве, когда ты в поиск отправляешься, берешь с собой удостоверение личности офицера?
– Ах, ты блядь какая… – матерился Руслан.
– Это ты про меня?
– Про обстоятельства. …Ну что ж, так пойдешь. Будешь молить Бога, чтобы свои же «зеленые» не шлепнули.
– Веселенькая перспективка.
– Что ж, какая есть… Тебя как звать?
– Александром.
– У тебя семья есть, Сашка?
– Родители только.
– А жена?
– Не успел…
Я вспомнил Алену из Хабаровска. Ее мокрые от слез глаза. Губы, распухшие от нашей последней бессонной ночи, горячо шептавшие мне в ухо: «Я дождусь тебя. Обязательно дождусь…» Все-таки надо было жениться на ней – чем она хуже других, во многом, наверное, лучше. Сейчас бы кто-нибудь после меня остался…
Я вспомнил салон самолета Ил-86, рейс Москва-Хабаровск.
Тогда при посадке в салон нас встретила стюардесса – голубоглазая блондинка с высокой грудью.
– Талия полновата, – толкнул меня в бок однокурсник Костя Кашук по кличке «КоКа», с которым нас распределили на Дальний Восток. – Мне нравятся с осиными талиями. А эта лет через пять расплывется как бочонок…
Кашук еще в училище имел репутацию неисправимого ловеласа. Он старался как мог, чтобы поддержать реноме. И даже умудрился закрутить роман с дочерью начальника курса.
Народ хмыкал в кулаки:
– КоКа, ты же говорил, что твой стандарт – блондинки «натюрель» с ногами от коренных и голубыми глазами, удивленно распахнутыми на этот мир, и «лифчиком» четвертого размера!
Дочка полковника под этот стандарт никак не подходила: 156 сантиметров, темно-русые волосы, средней величины карие глаза и маленькая грудь.
– Нарушаешь принципы, Костян! – балагурили однокурсники в курилке, – Если сегодня отступился от блондинок, то завтра вообще на китаянок перейдешь. Как же тебя потом на китайскую границу посылать? Ты ж неустойчивый элемент!
– Балбесы, держите выше! Это он на китайской границе неустойчивый элемент, а на западной, где блондинок много, наоборот – самый что ни на есть благонадежный! Туда его и пошлют…
– Хитрый!
– Да он с таким тестем дальше Москвы не уедет!
– Тут он все просчитал!
– Да вы что, мужики, – защищался КоКа, – Я никогда не буду карьеру за счет женской юбки делать, даже если у нее папа будет командующий погранвойск. У меня принципы…
– Засунь «прынцыпы» себе же в жопу! Предал ведь блондинок, редиска? Предал! Так и Родину предашь!
– Ну, вас в баню, идиоты… – обижался Константин.
На дочке полковника он все же женился. Однако распределение в Москве Костику поблазнило, да не далось: начальник курса оказался тоже с «прынцыпами» и помог распределиться зятьку не куда-нибудь на Лубянку в штаб погранвойск, а на китайскую границу (накаркали все-таки, обормоты – однокурсники!). Несмотря на слезы своей дочери.
– Чтобы генералом стать, нужно узнать, что такое дальние заставы, – ответил папа, – А то начнет паркетным шаркуном, так им и останется. «Шестеркой», способной только папки на подпись носить…
Так мы оказались со Кашуком в одном самолете.
Как выяснилось, стюардесса услышала экспертную оценку лейтенанта. Во время очередного прохода по салону она остановилась напротив наших кресел. Глядя насмешливо бирюзовыми глазами на несколько потерявшегося ловеласа, девушка произнесла:
– Послушайте, заток женского тела и прочих прелестей жизни… А вы не знаете, что полненькие в юности девушки затем могут похудеть? И наоборот?… Гормональная перестройка в процессе жизни случается со всеми. Особенно после родов. Ах, да, вы слишком юны, чтобы думать о таких подробностях… Так что не судите о женщинах чужими мыслями, вычитанными из бульварных романов!
КоКа был уничтожен на месте. Он даже не пытался сопротивляться. А я, несмотря на отчаянные протесты Костика, начал упорно нажимать на кнопки вызова, требуя поочередно то минералки, то сосательной конфетки, то таблетки от головы…
После очередного такого вызова, стюардесса не выдержала и заявила:
– Лейтенант, вы мне надоели! Если хотите знать, то меня зовут Аленой. Я освобождаюсь в 19 часов по местному времени. И если вас к этому времени не отвезут в какую-нибудь тьмутаракань, вы можете встретить меня в кафе аэропорта.
Так я и сделал.
Странный это был роман. Роман лейтенанта Александра Саранцева и стюардессы «Аэрофлота» Елены Тимашовой.
За время службы в Дальневосточном пограничном округе в Хабаровске мне довелось бывать нечасто. И только последний год мы были близки. Я не обольщался насчет этих отношений. Отлично понимал, что у такой девушки должен быть еще кто-то, кроме старшего лейтенанта с далекой заставы. Вряд ли такая девушка станет связывать свою судьбу с офицером, застрявшим с повышением по службе на китайской границе. И, чтобы не устраивать неприятных моментов ни себе, ни ей, за несколько дней до своего очередного приезда звонил и предупреждал о встрече.
– У тебя есть еще кто-то, кроме меня? – лежа на куче разворошенных простыней, в ночь перед вылетом в командировку на афганскую границу я решил расставить все точки над «и».
Алена настороженно отодвинулась от меня:
– Я тебе давала повода для ревности?
– Нет. Просто такая видная девчонка как ты не может быть одна.
– А себя ты в расчет уже не берешь, Сашенька? – Аленка ехидно усмехнулась.
Было видно, что за этой насмешкой скрывалось внутреннее напряжение. С чего бы это, а?