Чтение онлайн

— Вы сказали, путеводная? — переспросил Сардор джаннида. — Что это значит? — но ответа на свой вопрос он не получил.

Фарух был занят посадкой ковра на крышу одного из домов, которая быстро к ним приближалась. Он отвернулся от ребят и смотрел внимательно вперед и вниз, лавируя между пышными кронами дубов и чинар, занимающих все пространство между стоящими недалеко друг от друга невысокими домами. Каждый дом, судя по форме посадочной площадки для летающих ковров, расположенной на крыше, имел ровную геометрическую форму — квадрата, прямоугольника или ромба.

Фарух снизил скорость до минимума, взял немного правее и по малой дуге плавно зашел на посадку. Рустам и Сардор немного напряглись, в ожидании толчка о твердую поверхность крыши, но ковер остановился и завис на высоте не более полуметра от земли так, что они могли свесить ноги и спрыгнуть с него. Фарух тоже соскользнул с ковра за ними, продолжая держать свою ладонь в контакте с его поверхностью. Только после того, как все с него сошли, он оторвал свою руку, и ковер плавно, с легким шорохом опал на чистую и ровную каменную площадку, которая одновременно была крышей находящегося под ними небольшого двухэтажного дома.

На площадке они оказались не одни. Еще один ковер, чуть побольше размером, лежал на другом конце крыши, на расстоянии нескольких метров от только что приземлившегося ковра Фаруха. Рядом с неизвестным человеком в темном плаще с накинутым на голову капюшоном стояли Дильфуза и Кахрамон, наблюдая за приземлением ковра, на котором прибыли принц Рустам и Сардор. С радостными криками они подбежали к своим друзьям.

— Рустам, Сардор, как здорово, что вам удалось выбраться живыми и здоровыми после атаки джинна! — Дильфуза смотрела на принца и не могла скрыть своей радости.

— Я тоже доволен, что мы снова вместе! — ответил принц.

Его лицо озарилось доброй и искренней улыбкой, от которой на его щеках появились ямочки. Он откинул со лба прядь непослушных волос и провел по ним рукой, пытаясь пригладить их на затылке. Дильфуза не могла оторвать от него глаз. Ей казалось, что она знает Рустама уже сто лет, ну если даже не сто, то, по крайней мере, всю свою недолгую прожитую жизнь. Она чувствовала в нем близкого человека, родственную душу и не могла понять, как она вообще могла жить все это время без него.

— Кахрамон, друг, ну я натерпелся страху! — Сардор крепко обнял подошедшего к нему товарища.

— Я думал, что нам конец, — тихо сказал Кахрамон, прижавшись головой к его плечу и чуть не плача от радости, что все уже позади и что им всем удалось благополучно выбраться из этой переделки.

Принц Рустам наклонился и взял в руки книгу, которая после приземления осталась лежать на ковре. После потери контакта с джаннидом, ковер превратился в обычный кусок плотной шерстяной ткани, украшенный красивыми кистями, которые немного спутались и в данный момент были беспорядочно раскиданы в разные стороны. Книга также приобрела свой обычный вид, и Рустам смог легко взять ее в руки.

— Какая у вас чудесная книга, — подошедший незнакомец обратился к Рустаму приятным низким голосом.

Трое ребят и Дильфуза подняли на него глаза.

— Я Фархад, а это мой сын Фарух, — и он указал своей рукой на стоящего рядом с ним молодого джаннида.

— Очень рад нашему знакомству. Вы спасли нас от неминуемой гибели, — принц приложил правую руку к сердцу и поклонился стоящим перед ним джаннидам в знак своей глубокой признательности.

— Я — принц Рустам, а это мои друзья: Дильфуза, Сардор и Кахрамон.

— Мы рады встрече с вами, принц, — отозвался Фархад. — Я уверен, что она была предопределена заранее. Именно поэтому мы прибыли в нужное место, в тот самый момент, когда вам была необходима помощь. — Он ненадолго задержал свой взгляд на Дильфузе. — Мне кажется, что нам есть о чем поговорить. Давайте спустимся в дом, и вы нам расскажете все, что с вами произошло, с самого начала, — предложил джаннид и сделал знак своему сыну.

Фарух пошел первым, показывая дорогу к узкой лестнице, каменные ступени которой были выложены вдоль стены дома и вели с крыши вниз на небольшую веранду, расположенную на втором этаже. Все последовали за ним. Замыкал это небольшое шествие Фархад, который еще раз окинул взглядом крышу дома, посмотрел вверх и по сторонам и тоже начал спускаться вниз.

Веранда была расположена с задней стороны дома, и вид с нее простирался на сад, в котором изобиловали фруктовые деревья и клумбы с цветами. Несмотря на горящие светильники, расставленные на перилах веранды, в доме и в саду, света было недостаточно, чтобы разглядеть всю красоту цветника, разбитого возле дома джаннидов.

— Вы, должно быть, сильно устали и проголодались, — сказал Фархад, обращаясь к гостям.

— Да, немного, — отозвался Сардор, испытывая прилив чудовищного голода.

Дильфуза тоже хотелось есть, и она чувствовала навалившуюся усталость. От прохладного ветра и ночной сырости ее тело покрылось мурашками. Они стояли все на веранде и не решались зайти внутрь дома. Фархад заметил их заминку.

— Уже поздно, но я хотел бы попросить вас не откладывать до утра и сразу же все нам рассказать. Давайте присядем прямо здесь, чтобы на свежем воздухе ваши мысли были ясными, и вы могли бы нам быстро и понятно изложить вашу историю, — предложил он ребятам.

— Я сейчас все подготовлю, отец, — сказал Фарух и скрылся в глубине дома.

Было слышно, как он спустился вниз и чем-то начал шуршать во дворе.

— Располагайтесь, не стесняйтесь, — Фархад указал на небольшое возвышение, покрытое коврами и красивыми маленькими подушками.

Легкий ночной ветер шевелил плотными молодыми листьями айвы, ветви которой тянулись к людям, наклонившись и почти касаясь перил веранды. Принц Рустам, Дильфуза и Сардор с Кахрамоном с удовольствием опустились на мягкие ковры и прислонились к подушкам, расслабив уставшие от долгой дороги руки и ноги. Рустам наконец-то смог как следует рассмотреть старшего джаннида. У него были такие же ровные, почти идеальные черты лица, как и у его сына, но только слегка размытые временем, оставившим свой неизбежный след в виде складок на лбу и в уголках глаз и седеющих прядей длинных волос, которые падали ему на плечи. Он был высокого роста, почти на голову выше своего сына и гораздо выше Рустама. Но телосложение у него было астеническое, можно сказать, хрупкое, и вместе с темным плащом, в который он был закутан, создавалось впечатление, что перед ними стоит очень высокий человек.