Танатонавты
Шрифт:
«В течение нескольких недель граждане Французской Республики считали своего президента, господина Жана Люсиндера, сумасшедшим. Однако оказалось, что он не только абсолютно здоров, но и является одним из самых светлых умов современности, и мы полагаем, что нам следует пойти по его стопам. Безусловно, Люсиндеру достаточно часто не хватает чувства юмора, и он никогда не проявлял особого сочувствия к странам, попавшим в затруднительное положение. Напомним, что на страницах нашей газеты мы уже не раз критиковали французского президента за его недальновидную протекционистскую политику. Тем не менее мы восхищены его амбициозными проектами, которые он держал в полном секрете. Мы имеем в виду завоевание Континента Мертвых! Против всех ожиданий, французский доброволец Феликс Кербоз сумел достичь царства мертвых и вернуться оттуда. Наше правительство рассматривает вопрос об открытии научной программы, целью которой будет более полное изучение этого феномена».
«У французов, видимо, времени и сил хватает на все. В то время как их экономика, хлопая крыльями, мечется между забастовками и демонстрациями протеста, безуспешно пытаясь противостоять разгулу наркомании и волне нелегальной иммиграции, захлестнувшей страну, президент Люсиндер отвлекает внимание граждан от кризиса, затеяв эксперименты со смертью. Он утверждает, что сумел отправить человека на тот свет. Группа немецких экспертов в самое ближайшее время проверит результаты этого сомнительного эксперимента».
«Зеленый свет завоеванию Континента Мертвых. Как и во времена политики канонерок, великие державы не скрывают своих колониальных аппетитов. Несмотря на наглые опровержения и завесу секретности, которой они пытаются прикрыть свои махинации, стало известно, что несколько дней назад американские, английские, немецкие, итальянские и японские эксперты приступили к строительству танатодромов. Из надежного источника мы узнали, что француз Феликс Кербоз уже достиг некой «критической точки», невидимого и непреодолимого порога, границы, которая находится на расстоянии «кома плюс двадцать минут».
86. После победы
Сомнений больше нет. Научные круги, общественное мнение и пресса восторженно отреагировали на успех проекта «Парадиз». Комиссия экспертов, прибывшая во Дворец конгрессов, чтобы утопить нас, представила в парламент отчет, в котором признавала наши заслуги и серьезные намерения.
Никто больше не осмеливался говорить о «лаборатории запрограммированной смерти» или «президентском склепе».
«Что такое смерть? Что такое смерть? Что такое смерть? Что такое смерть? Что такое смерть? Что такое смерть?..»
Я мог бы исписать этими словами двадцать страниц подряд. Чтобы вспомнить, как отчаянно я хотел это понять.
Когда ничего не знаешь, то и вопросов не задаешь, но стоит ухватить за хвост какую-нибудь идею, как тут же возникает потребность узнать и понять все.
Теперь загадкой, оккупировавшей все мои нейроны, стала смерть, и мозг постоянно требовал новой информации.
То, что мы так близко подошли к ней, едва ли не приручили, должно было вселить в меня уверенность. «Вот что такое смерть — это страна, в которую можно попасть и вернуться обратно!» Наш предшественник Геракл уже спускался в Аид и сразился с Цербером. Почему бы и нам не повторить его подвиг?
Рауль добился того, чего хотел. Теперь меня терзало желание узнать, что происходит с людьми после того, как они расстаются с жизнью. Где окажусь я сам, когда все кончится? Говорят, что жизнь похожа на комикс, и я хочу знать, что происходит в последнем эпизоде.
Я все еще был в шоке. В голове роились вопросы. Может ли человек одной силой воображения и верой покорить другое измерение? Где предел его возможностей? И главное, что такое смерть… смерть… смерть…
Президент Люсиндер пригласил нас на совещание в Елисейский дворец. Он встретил нас в просторной комнате, набитой компьютерной техникой, строгой и совершенно непохожей на роскошный кабинет в стиле Людовика XV, где он обычно принимал официальных гостей.
Глава государства объяснил, что теперь мы должны идти вперед семимильными шагами. Мы одержали победу над скептиками, но нам предстоит бой с новым противником — подражателями. Вдохновившись нашими успехами, почти весь мир начал строить танатодромы.
— Мы не можем допустить, чтобы нас обогнали американцы или японцы. Мы уже уступили им в авиации, — ругался он. — Братья Райт заявили, что построили первый самолет, хотя всем известно, что на самом деле это сделал Клеман Адер [13] ! Вы добились успеха при запуске, но будьте начеку — наверняка найдется тот, кто скажет, что опередил вас в продолжительности пребывания на том свете.
13
Клеман Адер (1841–1925), французский инженер. В 1890 г. впервые в истории совершил полет (50 метров) на летательном аппарате, который был тяжелее воздуха.
После нашего триумфа во Дворце конгрессов я и подумать не мог, что какая-нибудь темная иностранная команда осмелится оспаривать наше первенство.
Я запротестовал.
— Мы знаем точную химическую формулу «ракетоносителя». Эта формула — тот самый «чемпион», которого видел весь свет. Мы даже изобрели новую терминологию для путешествий между тем светом и этим. Наше первенство бесспорно, мы стремительно идем вперед, так что догнать нас будет непросто.
Люсиндер воздел руки к небу:
— Да подумайте же сами! Пока наши депутаты спорят, предоставлять нам средства или нет, американские университеты уже начали щедро финансировать своих ученых. И уверяю вас, они работают не в тюремных подвалах и отправляют танатонавтов на тот свет не из стоматологического кресла, которому место в музее, а не в научной лаборатории! Нет, они купаются в роскоши, в их распоряжении самая современная аппаратура! Поэтому мы должны работать гораздо быстрее. Я вижу только один выход из этой ситуации… Профессор Разорбак, доктор Пэнсон, мадемуазель Баллю и господин Кербоз! Вы поступаете в прямое распоряжение президента. Я объявляю вас государственными служащими высшего эшелона.
Конрад на стену полезет, когда я ему об этом расскажу!
— Отлично. Сможем обновить нашу лабораторию, — обрадовался Рауль.
Люсиндер перебил его:
— О нет, Разорбак, больше никакой кустарщины! Речь идет о международной конкуренции. Наша страна должна держать марку. К тому же нам больше не нужно прятаться. Наоборот, надо работать у всех на виду. Мы построим новый, более современный и просторный танатодром. Нам нужно место, которое войдет в Историю! Станет новой триумфальной аркой, памятником в честь победы над смертью!