Чтение онлайн

«Звание лейтенанта мало что значит, сэр Ричард. Я могу пойти. Могу отнести письмо контр-адмиралу, если хотите».

Он почувствовал, как пальцы Болито сжали его плечо, и тихо сказал: «Он не придет. Я знаю это».

Эйвери ждал. В его голосе слышалась боль.

Болито сказал: «Но это было хорошо сказано». Рука была отдернута.

Эйвери осторожно сказал: «Капитан Сэмпсон, возможно, соизволит пригласить его также на обед».

В этот момент вошел капитан и направился прямо к своему винному шкафу. Он достал бутылку коньяка и хрипло произнес: «Прошу прощения, сэр Ричард». Он быстро осушил бокал и снова наполнил его. «Гангрена — штука неприятная. Всё равно уже поздно». Он устало посмотрел на них. «Не этого я ожидал от вашего визита, сэр Ричард!»

Эйвери шумно прочистил горло. «Сэр Ричард хотел бы узнать, не могли бы вы передать приглашение контр-адмиралу Херрику, сэр?»

Сэмпсон смотрел на них, как утопающий, увидевший неожиданное прибытие помощи.

«Я буду очень рад, сэр Ричард! Я немедленно сообщу своему слуге и отправлю весточку принцу Генриху на моём катере».

Болито внимательно посмотрел на своего флаг-лейтенанта. «Вы много рискуете, сэр». Он увидел, как тот смущённо потупился. «Но, как говорил наш Нель, приказы никогда не заменят инициативы рьяного офицера!» Он улыбнулся. «Он всё равно может не прийти». Тихий внутренний голос словно говорил: «Вы можете никогда его больше не увидеть. Никогда. Как Сэмпсон, как корабли, которые проходят мимо и остаются лишь в памяти».

Вбежал личный стюард Сэмпсона, почти ещё один Оззард, но с акцентом жителей трущоб Восточного Лондона. Он налил ещё вина и заметил: «Прошу прощения, сэр Ричард, но мой отец служил под вашим началом на фрегате «Ундина». Выпрашивает у любого, кто готов выслушать его байки на эту тему, глоток рома!»

Он вышел из каюты, и Болито посмотрел на тёплое вино. Снова семья. И всё же он даже не назвал ему своего имени.

Когда сумерки сгущались над пришвартованными кораблями, а огни на воде мерцали, словно светлячки, Болито услышал, как шлюпка зацепилась за цепи. Горстка оставшихся морских пехотинцев выстроилась по стойке смирно, и послышались приглушенные голоса, когда Сэмпсон приветствовал второго флагмана, посетившего его за несколько дней.

Болито обнаружил, что смотрит на сетчатую дверь, а Эвери стоит у кормовых окон, едва заметная тень в мерцающем свете свечи. Почему он сомневался, что Херрик придёт? Не из любопытства или дружбы, а потому, что он был и всегда был приверженцем долга и правильных процедур. Он никогда не проявит неуважения к приглашению капитана Сэмпсона, что бы тот ни думал.

«Это было самое худшее, — подумал Болито. — Он знал его так хорошо, пожалуй, даже слишком хорошо».

Морской часовой открыл дверь, и они вошли в освещенную свечами комнату.

Болито сразу же ждало два сюрприза. Он не мог вспомнить, чтобы когда-либо видел Херрика без формы, даже в более неформальной морской форме, и он

был потрясен, увидев, как он постарел за столь короткое время.

Херрик был одет в тёмный сюртук; он мог быть и чёрным, и лишь рубашка нарушала мрачность его облика. Он выглядел немного сгорбленным, вероятно, из-за ранения, полученного на борту флагманского «Бенбоу». Лицо его осунулось, вокруг рта пролегли глубокие морщины, но, когда он вошёл в пляшущие огни, его глаза остались такими же ясными и синими, как в тот день, когда Болито встретил его лейтенантом.

Они пожали друг другу руки, причем рукопожатие Херрика было по-прежнему крепким и сильным, как дубленая кожа.

Болито сказал: «Рад тебя видеть, Томас. Никогда не думал, что мы встретимся вот так».

Херрик взглянул на поднос со стаканами, который черный слуга протягивал ему для осмотра.

Он коротко спросил: «Имбирное пиво?»

Сэмпсон покачал головой и забеспокоился. «К сожалению, нет, сэр».

«Неважно». Херрик взял бокал красного вина и сказал: «Я тоже никогда так не думал, сэр Ричард. Но мы должны делать то, что должны, и у меня нет ни малейшего желания оставаться в Англии», — его голубые глаза стали спокойными, — «безработным».

Удивительно, но Болито вспомнил высокого морского пехотинца, который отметил «хорошие моменты на приёме у Хэмета-Паркера в Лондоне». Как он сказал, что отправка Херрика в Новый Южный Уэльс — это неправильно.

Херрик взглянул на Эвери, а затем на золотую ленту на его плече. «Другой, кажется, был назначен на другую должность?»

«Да. Теперь командует Стивен Дженур».

«Еще один счастливчик».

«Он это заслужил».

Херрик смотрел, как наполняется стакан, словно не помнил, что пил из него.

Затем он повернулся к капитану Сэмпсону. «Ваше здоровье, сэр, но я не завидую вашей задаче здесь». Обращаясь к каюте, он продолжил: «Странно, не правда ли, что, с одной стороны, мы ослабляем нашу оборону и бросаем людей и корабли, когда они крайне необходимы в других местах, просто чтобы найти и освободить кучу дикарей, которые изначально продавали друг друга работорговцам!» Он внезапно улыбнулся, и на секунду Болито увидел того упрямого, заботливого лейтенанта, которого знал. Херрик сказал: «С другой стороны, мы перевозим наших людей, как животных, нет, даже меньше, чем зверей, на судах, которые могут лишь унижать и ожесточать каждого мужчину и женщину среди них!»

Он сменил тактику и спросил: «А как поживают ее светлость, сэр Ричард, и девочка Элизабет? С ней все в порядке?»

«Леди Кэтрин в добром здравии, Томас». Даже обращение к нему по титулу было для него словно пощёчина.

Херрик серьёзно кивнул. «Простите. Я забыл».

Еда, которую приготовил Сэмпсон, оказалась на удивление аппетитной: основным блюдом была какая-то дичь и сочная рыба, также пойманная местными лодками.

Сэмпсон не замечал напряжения между двумя своими главными гостями или делал вид, что не замечает. К тому времени, как они добрались до фруктов и превосходного сыра, оставленного заезжим индийцем, он едва мог говорить, не заплетаясь.

Болито взглянул на него. Сэмпсон, тем не менее, был счастлив.

Херрик спросил: «У вас возникли важные дела, сэр Ричард? Кажется, они с вами обходятся неохотно. Возможно, мне будет лучше в колонии».

Лейтенант заглянул в каюту. «Мистер Харрисон, сэр, к вашим услугам, контр-адмиральский катер».

Херрик резко встал и посмотрел на часы. «В любом случае, вовремя». Он взглянул на капитана, но тот крепко спал, тихонько похрапывая, а на его оттопыренном жилете, словно от выстрела вражеского стрелка, лежали следы вина.