Чтение онлайн

Она погладила кровать рукой. Там, где она отдавалась, снова и снова. Кровать была заправлена, и Софи, как всегда, приготовила для неё платье.

Как Зенория воспримет это последнее расставание? Она едва успела оправиться от последнего, когда пришла ужасная новость о кораблекрушении.

Адам сам сообщил ей эту новость. Тогда ли это и случилось?

Она встала и подошла к окну. Большая часть облаков рассеялась, а те, что всё ещё двигались в сторону влажного юго-западного ветра, скользили по лунной дорожке, словно твёрдые предметы.

Кэтрин подняла платье и несколько мгновений стояла обнаженной, бросая тяжелый халат на стул.

Она смотрела на высокий зеркальный столик, где стояла с Ричардом, наблюдая, как его рука с изысканной медлительностью обнажала её тело. Сильная рука скользила по её телу, исследуя его, как она сама его умоляла.

Затем она снова встала у окна и распахнула его, хватая ртом воздух, когда резкий воздух обрушился на ее наготу.

«Я здесь, Ричард. Где бы ты ни был, я с тобой!»

И в наступившей тишине ей показалось, что она услышала, как он зовет ее по имени.

Сэр Пол Силлитоу остановился у одного из высоких окон здания Адмиралтейства, глядя на кареты, блестящие, словно полированный металл, под непрекращающимся моросящим дождём, и размышлял, как и почему он должен терпеть такое существование. У него было два поместья в Англии и плантации на Ямайке, где он вскоре сможет прогнать холод из своих костей.

Он точно знал, почему он это сделал, и даже это минутное недовольство было всего лишь проявлением его собственной нетерпеливой натуры.

Ноябрь, только три часа дня, а он уже не мог как следует разглядеть дорогу. В Лондоне было сыро, холодно и уныло.

Он услышал, как адмирал сэр Джеймс Хэметт-Паркер вернулся в комнату и спросил: «Готова ли эскадра к отплытию, сэр Джеймс?» Он слегка повернулся и увидел тяжесть беспокойства на лице адмирала. Хэметт-Паркеру, возможно, было труднее справиться с этим проектом, чем он предполагал. Он вдруг вспомнил о Годшале, который теперь был в Бомбее. Даже он был в чём-то лучше; он наверняка нашёл бы женщину, которая облегчила бы его бремя. Силлитоу знал, что жена Хэметт-Паркера умерла. Он улыбнулся про себя. Вероятно, от скуки.

«Я сегодня послал весточку. Как только коммодор Кин будет доволен, я прикажу ему готовиться к выходу в море».

Он посмотрел на Силлитоу, едва скрывая неприязнь. «А что премьер-министр?»

Силлитоу пожал плечами. «Когда герцог Портлендский решил уйти с этой почётной должности, как он утверждал, из-за плохого здоровья, мы были готовы принять изменения, по крайней мере, в стратегии. В следующем месяце нас ждёт новый тори, Спенсер Персиваль, который со временем может добиться большего успеха, чем герцог».

Хэметт-Паркер был поражён тем, как легко Силлитоу так открыто выражал своё презрение. Это было опасно даже среди друзей. Хуже было некуда.

«Вы понимаете, сэр Джеймс, что без надлежащего руководства мы подвергаемся всевозможным опасностям».

Французы?

Прикрытые веки Силлитоу заблестели, когда он ответил: «На этот раз французы не враги. На этот раз гниль идёт изнутри». Он снова проявил нетерпение. «Я говорю о Его Величестве. Неужели никто не видит, что он буйный сумасшедший? Каждый приказ, на море или на суше, должен быть ему представлен».

Хэметт-Паркер взглянул на закрытые двери и с тревогой ответил: «Он — король. Долг каждого —…»

Силлитоу словно набросился на него. «Тогда вы глупец, сэр! Если эта кампания на Маврикии провалится из-за его уклончивости, вы воображаете, что он возьмёт на себя вину?» Он заметил внезапное беспокойство на суровом лице адмирала. «Божьей милостью, помните? Как монарх может быть ответственным?» Он постучал пальцами по столу. «Он безумен. Но вы станете козлом отпущения. Впрочем, вы же всё знаете о военно-полевых судах. Вам не нужно напоминать».

Хэметт-Паркер резко ответил: «Я больше не потерплю вашей дерзости, чёрт возьми! То, что вы описываете, — это измена!»

Силлитоу снова взглянул на дорогу, когда мимо проскакал отряд драгунов в черных от дождя плащах.

«Его старший сын однажды будет коронован. Молитесь, чтобы не было слишком поздно».

Хэметт-Паркер заставил себя выпрямиться в кресле. Силлитоу, казалось, чувствовал себя с ними непринужденно, независимо от того, кто пользовался вниманием премьер-министра или даже королевской семьи. Он старался не думать о своём роскошном доме, который раньше принадлежал Энсонам. Как и Годшейл, он мог потерять всё. Даже лорды Адмиралтейства больше не были застрахованы от наказаний.

«Вы хотите сказать, что народ не любит своего короля?»

Силлитоу не улыбнулся. Адмиралу пришлось дорого заплатить за столь нескромный вопрос.

«Было бы справедливее сказать, что король не знает их и не заботится о них».

Он подождал немного. «А что, если бы вы устроили роскошный приём по вашему лондонскому адресу?» Он знал, что у Хэметт-Паркера другого адреса не было, но сейчас был подходящий момент для лести.

Адмирал сказал: «Какая от этого польза?»

«Для вас, вы имеете в виду?» — поспешил он продолжить, прежде чем Хэметт-Паркер успел оскорбить его. — «Приглашайте гостей, которых знают, любят, даже ненавидят, но не только офицеров и чиновников короля, которые могут оказать вам милость».

«Но в следующем году…»

«В следующем году, сэр Джеймс, королю уже не будет помощи и манипулирования. Его сын возьмёт на себя ответственность». Он ждал и видел сомнения и страхи человека, которого считали почти тираном.

«Пригласить его, ты это имеешь в виду?»

Силлитоу пожал плечами. «Это предложение. Уверен, премьер-министр его одобрит». Он увидел, как мяч падает, словно наблюдая за падением мяча на дуэли, когда ты думал, что твой мяч пролетел мимо цели.

«Мне придется хорошенько над этим подумать».